ТАКАЯ РАЗНАЯ ВОЙНА

Алмат Аскаев

uУкраинский парламент принял пакет законов, предложенный президентом Петром Порошенко – об «особом статусе» оккупированных Россией территорий в Донецкой и Луганской областях. Многим кажется теперь, что на этом война и завершится. Так ли это?

Откровенно говоря, совершенно не хочется вступать в споры на тему «кто победил?». Российские «ватники» захлебываются слюной, злорадствуя по поводу «обосравшихся укров», украинские «вышиватники» кричат вопилку: «Порошенко нас продал!», при этом более разумные индивидуумы с обеих сторон фронта считают, что проиграли все, а самые дальновидные с грустью качают головами – ничего еще не завершилось. Настоящая война только начинается.

К сожалению, ваш автор также причисляет себя к «самым дальновидным», причем отчаянно желает оказаться совершенно недальновидным, ошибиться и признать свою ошибку, но в данный момент все складывается таким образом, что российско-украинская война будет продолжена, причем уже более серьезными средствами. Просто потому что нынешний формат перемирия никого не устраивает: ни украинцев, понимающих, что агрессору только дай; ни пресловутых «ополченцев», мечтающих уже о «Новороссии от моря и до моря», ни российского президента, который по-прежнему остается а) под международными санкциями; б) без сухопутного коридора в Крым; в) с «думбасской» бандитской вольницей на руках, которую нужно кормить, снабжать деньгами и оружием, заверять в поддержке и присматривать, как бы она не вырвалась из-под контроля и не распространилась уже на приграничные российские регионы.

Поэтому есть смысл постараться разобраться, что это вообще за война, какова ее сущность, смысл и конечные цели? Ведь то, что мы видим «на поверхности» – это лишь вершина айсберга. Какие побудительные мотивы скрыты «под водой»?

Для начала следует полностью отрешиться от идеи о том, что на востоке Украины идет война между украинскими войсками и сепаратистами, то есть украинскими же гражданами, пожелавшими создать свое собственное государство ввиду засилья украинского языка, диктата хунты и ужасного Правого сектора. Это все – для пропаганды. На самом деле, те банды уголовников, которые были вооружены и возбуждены с помощью российских денег, оружия и, что немаловажно – сладкого примера Крыма, «принятого в состав», в большинстве своем давно уже разбежались или, как минимум, занимаются грабежами и убийствами, не подчиняясь «центральному командованию». Из бандитов бойцы за идею слабые. Поэтому основной боевой контингент «Новороссии» в данный момент составляют российские «добровольцы», «солдаты в отпуску», засланные казачки, наемники-кадыровцы, наемники из Абхазии и прочие наемники. Плюс несколько тысяч бойцов регулярной российской армии, «заблудившихся» по основным направлениям наступления на украинские позиции – собственно, именно они и являются ударной силой. Таким образом, следует четко определить: эта война – между Украиной и Россией, а не между Украиной и сепаратистами. Сепаратисты – это всего лишь а) предлог; б) вспомогательные силы – полицаи, надзиратели, мародеры и т.д.

Теперь рассмотрим позицию украино-российской войны. Она началась не с введением регулярных российских частей на Донбасс, а с введения «зеленых человечков» в Крым – и тот факт, что она не была объявлена, не означает того, что ее нет. Какова ее цель, если смотреть с российской стороны? Захват и присоединение кусков Украины, которые «плохо лежат»? Вряд ли. Разглагольствования про «Крымнаш» и про защиту русскоязычных следует оставить телепропагандистам. Они хороши лишь для первоначального вдохновления определенной части патерналистски настроенных люмпен-патриотов, жаждущих «жирных» российских пенсий, зарплат и «гусударственного русского», избавляющего от необходимости слышать ненавистный украинский язык. В данный момент многие из этих людей уже оказались в качестве беженцев в Хабаровском крае и в Адыгее, где им предоставлена блестящая возможность профессионального роста с лопатой в зубах в условиях вечной мерзлоты за 15 тысяч рублей в месяц, а их детям – великолепная перспектива учить адыгейский вместо украинского. Они уже отработанный материал, отстреленная первая ступень.

На самом же деле России эти и впрямь отсталые территории, извините за нежурналистское выражение, и нафиг не сдались. Ни хронически дотационный Донбасс с его обесценившимся углем и твердой уверенностью, что он «кормит всех», ни зависимый от сухопутного снабжения всем на свете Крым. О более-менее развитых индустриальных районах вроде Днепропетровска, Харькова и Запорожья можно было бы помечтать, но на оккупацию подобного размаха просто не хватает ни сил, ни средств: ведь оккупация – это сотни тысяч солдат, это военная администрация и снабжение мирного населения, это тысячи мелких и крупных неприятностей.

Гораздо более вероятным представляется тезис о том, что Кремлю потребовалось спровоцировать в Украине (во всей, а не только на оторванных территориях) хаос, после чего ловить рыбку в мутной водице, не заморачиваясь на поддержку местного населения. И в самом деле – признаки подобных устремлений налицо: в Крыму за здорово живешь «отжимается» все, что только можно – от украинских буровых вышек, купленных за немалые деньги, до украинских же ретрансляторов мобильной связи, от отелей до химических предприятий. На Донбасс «заходят» гигантские, но при этом полупустые конвои, привозящие соль и питьевую воду, а взамен увозящие целые заводы.

Опять же, подобный хаос закрывает Украине возможность когда-либо войти в состав Евросоюза или НАТО – туда таких не берут. Ну и, конечно же, своим, российским вольнодумцам демонстрируется пример: вот, мол, чо быват, ежели противу царя бунтовать кто вздумает.

Именно поэтому конечной целью войны является не присоединение украинских территорий, а обескровливание Украины как таковой и лишение ее всяческой перспективы самостоятельного развития. Это значит – никакой Новороссии, никаких «независимых республик», но и – никакой Украины. Ну, или «банановая Украина» с марионеточным правительством. То есть то, в чем нынче принято обвинять «заокеанских кукловодов». Недаром в нынешней российской прессе все меньше слышно, собственно, о войне с Украиной, а все больший упор делается на противостояние Западу и, в первую очередь, США.

Тут получается интересно. У автора давно уже (задолго до войны в Украине) возникло ощущение, что Путин ведет войну с Америкой… за признание себя «высокой воюющей стороной». То есть, все разговоры о необходимости противостоять американской геополитической экспансии, все действия, направленные на то, чтобы расстроить очередные козни США, даже все теории о том, что злобные пиндосы спят и видят, как бы навредить Великой России, происходят от ощущения, что злобные пиндосы этой самой Великой России попросту не замечают. И надо исхитриться сделать что-нибудь такое, чтоб заметили и признали великими и ужасными. Иначе как-то неудобно получается.

Ну, вот – похоже, исхитрились. Тяпнули кусок Украины, поубивали кучу народа, рассказали всем про опасность военных баз НАТО в Крыму. Удостоились санкций и теперь радостно осознаем – да-да, мы в самом деле такие великие, что на нас санкции наложили. И нам, великим, на эти санкции наплевать – мы на себя еще худшие наложим, чтоб все видали!

То есть, получается в сухом остатке, что Запад и впрямь взялся вести против России войну – но не ту, на которую Россия рассчитывала и не ту, в которой российские лидеры компетентны. Война не танками и не военными базами – война деньгами, экономикой. А в такой войне Россия вооружена не стальным мечом, а деревянным рублем. Можно, конечно, разглагольствовать про «потерпим, не такое терпели» и про «им, буржуям, еще хуже будет», можно выискивать бьющихся лбом об яблоню французских фермеров и захлебываться восторгами, повествуя о питательных качествах африканских бататов и венесуэльского маиса в сравнении с польской картошкой и немецкой кукурузой, но это все опять-таки из разряда политрекламы. А на деле ничего не остается, как только объяснять населению, что взлет цен на продукты обусловлен «подорожанием кормов» (сразу вспоминается бессмертное ильф-и-петровское «овес нынче дорог!»), а падение курса рубля – ну, скажем, подорожанием спецкрасок и бумаги, используемых при печати долларов и евро.

К сожалению, вывод из наблюдения за этим третьим видом войны неутешителен. Не имея ни возможности, ни силы, ни, честно говоря, желания воевать с США в экономической войне (такие войны, в конце концов, не приносят генералам ордена, а производителям оружия – заказы), российская сторона с тем большим энтузиазмом будет воевать так, как умеет – танками, «Градами» и прочими гуманитарными средствами, вплоть до тактического ядерного оружия. Но так как с США этим всем не повоюешь, то война будет продолжаться там, где она возможна: в Украине. А значит – еще ничего не кончилось.