ПРОПАЛ МАЛЬЧИК…

Борис Немировский

kВот уже на протяжении нескольких недель подряд диктатора Северной Кореи Ким Чен Ына никто не видел. Страной то ли временно, а то ли постоянно управляет его 27-летняя сестра. Что случилось с «лучезарным вождем»?

Быть диктатором – работа нелегкая. Это только со стороны кажется, что диктатор может творить в своей стране все, чего его левая нога пожелает: захотел – соседнему государству ядерной бомбой пригрозил, захотел – сотню врагов народа помиловал, а захотел – так и наоборот, родного дядю из пулемета расстрелять приказал. На самом деле у диктатора, даже у такого, как северокорейский – у абсолютного, никому не подконтрольного, единолично правящего вот уже в третьем поколении, но называющегося при этом не монархом, а «лучезарным вождем», «товарищем» – есть множество обязанностей, манкировать которыми просто чревато.

Одна из таких обязанностей – регулярное появление на всяческих торжественных и не очень торжественных сборищах. Праздники, вручения орденов, показательные суды – все это является «обязательной программой» для диктатора Северной Кореи, невысокого, сравнительно молодого человека по имени Ким Чен Ын. Если он вдруг где-нибудь не появился, его пресс-служба тут же выдает пояснение: мол, был занят, принимал послов из Уагадугу или там собственноручно вводил в строй новую, современную тюрьму для инакомыслящих из стали и стекла. А вот если пресс-служба вдруг замолкает, словно в рот воды набрала, тут уж дело плохо, тут, похоже, что-то серьезное стряслось. Не то смертельная болезнь, не то государственный переворот. В любом случае народ начинает беспокоиться, иностранцы теряются в догадках, а мировая пресса, обожающая живописать диктаторское существование, срывается с цепи и выдает версии одна ярче другой.

Именно такое несчастье произошло нынче с Ким Чен Ыном. Его последнее появление на людях датируется аж третьим сентября – то есть, вот уже более месяца лидера чучхе никто в глаза не видел. Что с ним? Заболел? Сидит под домашним арестом? Лишен власти родной сестричкой? Ведь и в пятницу, 10 октября, товарищ Ким пропустил мероприятие, бывшее до сих пор не просто обязательным, а просто-таки непреложным для его предшественников – как отца, Ким Чен Ира, так и для деда, Ким Ир Сена. Ведь десятого октября Рабочая партия Северной Кореи празднует очередную, 69-ю годовщину со дня своего основания. Как же тут без лучезарного-то? В этот день Ким Чен Ын должен был посетить усыпальницу своего отца и произнести пламенную речь о скорой победе коммунистического учения чучхе, которое правильное, потому что оно верное. Не посетил. Не произнес.

Десятки тысяч северокорейских солдат торжественным маршем прогрохотали перед трибуной с почетными гостями в самом сердце Пхеньяна. Вслед за ними не менее торжественно протащили чуть ли не половину ракетно-стратегических сил Северной Кореи – и как почетные гости, так и ликующие народные массы вели себя образцово-показательно: хлопали в ладоши, выкрикивали верноподданнические лозунги и прилежно, старательно радовались. Но радость эта оказалась… с душком, что ли. Не было в ней той искренности, того неподдельного восторга, каковой предписан благонадежным гражданам страны победившего чучхизма. Сотни тысяч глаз сколь привычно, столь же безуспешно пытались отыскать на трибуне обожаемого вождя. Где он?

«Подобное празднество – важнейший момент в политической жизни Северной Кореи, – отмечает эксперт по странам Азии университета Аделаиды (США) Феликс Патрикеев, – если Ким туда не явился, что-то в стране не так». Спекуляции по поводу внутреннего положения в Северной Корее растут и ширятся, за минувшие недели они достигли невероятных размеров. В основном, на эту тему сплетничают соседние, южнокорейские издания, а также северокорейские оппозиционеры, живущие в изгнании в разных странах мира. Они не желают ничего иного, как увидеть конец диктатуры семейства Ким. Они рассказывают о путче, о лишении Ким Чен Ына власти, возможно – о тяжелой болезни 30-летнего диктатора.

На самом деле, что там происходит, и впрямь непонятно. В последний раз Ким Чен Ына видели в начале сентября, на концерте в Пхеньяне. После этого пропал с концами, а ведь «лучезарный вождь» до сих пор проявлял себя, как человек крайне тщеславный, буквально дня не проходило, чтобы он не произнес очередную речь или не открыл какой-нибудь детский садик. Вряд ли у него вдруг столь резко изменился характер, что он стал нелюдимым. Еще летом этого года государственное телевидение Северной Кореи выдало в эфир кадры, на которых отчетливо видно, как товарищ Ким спотыкается и шатается – так, словно очень плохо себя чувствует. В конце сентября, когда диктатор уже пропал, по тому же телевидению было передано сообщение о некоем «легком недомогании» лидера государства: Ким-де «не очень хорошо себя чувствует». Это был первый раз в истории северокорейской диктатуры, когда СМИ вдруг сообщили о телесном недуге обожаемого вождя. Позже уже южнокорейские журналисты писали, что Ким-де сломал себе обе ноги и в данный момент лечится в какой-то закрытой клинике для партийной элиты. Так это или нет – Бог весть.

Группа политологов, эмигрантов из Северной Кореи, работающих в расположенной в Сеуле Организации Солидарности интеллектуалов с Северной Кореей, выдвинули предположение о том, что Ким Чен Ына лишили власти – по крайней мере, временно. Его место, по их выкладкам, заняла в данный момент его младшая сестра, 27-летняя Ким Йо Чен – эту версию повторил также американский телеканал CNN. Китайские СМИ вообще сообщили, что против молодого диктатора был совершен переворот, возглавляемый вице-маршалом Йо Мьон Роком, и что армия, возмущенная массовыми «чистками» в своих рядах, взяла власть в свои руки. Но маршал Йо, побывавший в 2000 году в Вашингтоне в качестве «посла доброй воли»… умер еще осенью 2010 года.

Пожалуй, единственное бесспорное рациональное зерно в этом ворохе на данный момент – это тот факт, что делами в Пхеньяне управляет сестра Ким Чен Ына. 27-летняя молодая женщина, учившаяся в Берне в частной школе вместе со своим старшим братом под вымышленным именем, до сих пор никакими особыми государственными талантами не отличалась – она была, так сказать, личной пиарщицей своего брата, организовывала его принародные выступления.

«Северокорейский режим, как хороший игрок в покер, держит карты ближе к орденам», – говорит Феликс Патрикеев. Долгое отсутствие Ким Чен Ына может означать, что он ушел на задний план, чтобы укрепить или расширить свою личную власть – ведь после смерти его отца его самого долгое время, так сказать, «держали за молодого» и пытались им командовать. В конце концов, и Ким Чен Ир, и дедушка Ким Ир Сен тоже время от времени исчезали с политического горизонта. Эти их фазы обычно служили делу консолидации их власти.

Другое дело, что впервые во время такого отсутствия диктатора из Пхеньяна вдруг начали поступать сигналы, намекающие на возможный внешнеполитический разворот страны. На прошлой неделе, к примеру, группа высокопоставленных представителей режима отправилась в Сеул, использовав в качестве предлога финал Азиады. Южнокорейское правительство страшно удивилось этому визиту – он не был запланирован – но, конечно же, радостно приняло северных гостей и провело с ними переговоры. О чем говорили, никому не известно. Может ли так быть, что северокорейский «дедушка Мороз» пропал с горизонта, и в Корее начинается весна?