ВИРУС ЭБОЛА: НОВЫЕ ПОДРОБНОСТИ

Динара Гутарова

alex_bukreyevВ больницы обращается множество людей, которые когда-либо побывали в Африке, с желанием провериться на вирус Эбола. В американской больнице Nebraska Medical Center от лихорадки умер еще один человек – врач Martin Salia из Сьерра-Леоне. Солдаты 34-й пехотной дивизии Red Bull Национальной гвардии Миннесоты в составе 700 человек готовятся к отправке в Либерию для поддержания порядка в районе эпидемии.

Страшная лихорадка набирает обороты. А между тем ученые нескольких крупнейших научных лабораторий США работают над изучением вируса и созданием лекарства от этой болезни. Среди них наш соотечественник – Александр Букреев (Alexander Bukreyev, Ph.D) из Хьюстона. Со своими коллегами Национальной лаборатории Галвестона клиники UTMB профессор отделения патологии, микробиологии и иммунологии проводит серьезную исследовательскую работу, о которой любезно согласился рассказать нам.

Недавно ваша лаборатория получила грант более $ 6 млн от Министерства обороны США на разработку лекарстава от вируса Эбола. Как продвигается работа?

Над изучением Эболa мы начали работать еще до вспышки вируса. В прошлом году наша лаборатория получила два гранта, в этом году – четыре гранта на общую сумму более $10 млн. на следующие 5 лет. Часть грантов направлена на разработку вакцины от вируса Эбола, а часть нацелена на фундаментальное исследование вируса. Один грант финансирует только мою лабораторию, другие рассчитаны на несколько лабораторий (в том числе мою), в которых проводятся экспертизы разного типа, и данные можно будет потом сопоставить.

Когда исследования только начинались до вспышки заболевания, предполагал ли кто-нибудь, что такое произойдет?

Чисто теоретически предполагали, что кто-то может прилететь и завезти сюда инфекцию, но это казалось отдаленной перспективой.

Хотя многие, наверное, помнят, что в 1989 году была подобная вспышка вируса, который теперь называют Ebola-Reston. Тогда в лаборатории в городе штата Виргиния начали болеть и умирать обезьяны, завезенные из Юго-Восточной Азии. Ученые провели исследование и с ужасом обнаружили, что это вирус Эбола. У них, конечно, волосы дыбом встали от страха, потому что они не были защищены. Но вскоре оказалось, что это новый вид вируса, не вызывающий тяжелой болезни у людей. Так что, в принципе, возможность эпидемии Эбола не исключалась.

Обнаруженный тогда вирус Эбола не был опасен для человека. Теперь им болеют люди. Значит ли это, что вирус видоизменяется и мутирует? Может ли случиться так, что завтра заразиться им будет также легко, как гриппом, и множество людей заболеет?

Нет, в 89-м году открыли другую разновидность вируса, отличающуюся от нынешнего. Каждая из этих разновидностей меняется, но не очень сильно.

Как вы считаете, почему заразились медсестры при осмотре больного Томаса Эрика Дункана в Далласе? Ведь считается, что Эболой заразиться сложно?

В СМИ все твердят, что вирус Эбола не передается воздушно-капельным путем. Это не так, и я не знаю, почему все это повторяют.

В 1995 году в крупнейшем научно-медицинском журнале «The Lancet», который издается в Лондоне, была опубликована статья. Она была посвящена результатам экспериментальной работы, проведенной в Военном институте медицинских исследований инфекционных заболеваний в Fort Detrick (U.S. Army Medical Research Institute of Infectious Diseases). Я лично знаю авторов этой научной статьи, некотороые их них работают сейчас здесь, в галвестонском отделении UTMB. Они провели следующий опыт: заразили вирусом Эбола группу обезьян и поместили их в отдельную клетку. В другую клетку они поместили группу здоровых обезьян. Обе клетки были установлены на расстоянии 10 футов друг от друга. Две из трех здоровых обезьян заболели и умерли. Так что ученые на основе этого опыта сделали заключение, что заразиться вирусом воздушно-капельным путем возможно.

Дело в том, что на поздних стадиях болезни концентрация вируса в крови и других биологических жидкостях очень высокая. И как показывают опыты на обезьянах, всего несколько частиц вируса достаточно, чтобы вызвать инфекцию. Поэтому сам факт передачи инфекции воздушно-капельным путем меня не удивляет. Но, конечно же, этот вирус не распространяется так же легко и быстро, как, например, грипп или атипичная пневмония. Но тем не менее на поздних стадиях болезни человек может распространять инфекцию подобным образом, и, возможно, именно так и заразились медсестры в Далласе.

Что делать, чтобы не заразиться вирусом Эбола?

Заражение происходит через поврежденную кожу или через слизистые оболочки, включая респираторный тракт. Надо держаться подальше от зараженного человека и охранять слизистые оболочки.

А если у человека инкубационный период, и никто еще не знает, что он болен. Можно ли от него заразиться?

Заболевший человек становится высокозаразным примерно с того периода времени, когда у него появляются первые сиптомы. То есть в первые дни после заражения концентрация вируса в крови и других биологических жидкостях ниже определенного порога, поэтому человек на этой стадии болезни не заразен.

Пациентам, которые были больны лихорадкой, вводили экспериментальные сыворотки. Все они были разные: доктору Кенту Брэнтли, например, вводили лекарство ZMapp. Над какой сывороткой работаете вы?

ZMapp – смесь из трех антител, которые были получены в Канадской национальной лаборатории в Winnipeg и в Военном институте медицинских исследований инфекционных заболеваний в Fort Detrick. Гены, кодирующие эти антитела, были пересажены в геном растения табака, и антитела выделяются из зеленой массы растения.

В отличие от антител, входящих в состав препарата ZMapp, антителa, с которыми работает наша лаборатория, человеческиe – они получены в лаборатории Джеймса Кроу (James Crowe) из лимфоцитов людей, излечившихся от вируса Эбола. Наша часть работы заключается в том, что мы изучаем, как эти антитела взаимодействуют с вирусом.

На какой стадии находится изучение? Если завтра начнется эпидемия Эбола, есть ли у вас на данный момент возможность выпустить лекарство?

Мы проводим опыты над обезьянами, мышами и морскими свинками, но это только малая часть наших исследований. В основном, мы заняты молекулярными исследованиями, связанными с изучением взаимодействия вируса с человеческими иммунными клетками. Например, мы изучаем, как вирус подавляет иммунную систему.

Сейчас изучаем способность антитела реактивировать вирус, но требуются дальнейшие исследования. Если же мы покажем, что это работает, есть фармацевтическиe компании, которые готовы наладить производство препарата в короткий срок – в течение полугода. Но мы не единственные, кто работает над лекарствами от вируса Эбола в этой стране, и трудно сказать, какое лекарство будет лучшим.

Как проходит ваш обычный рабочий день?

Я начинаю работать в 7.30 утра. Первые два часа я читаю ведущие научные журналы в области вирусологии, иммунологии и молекулярной биологии. Затем около двух часов отвечаю на электронные письма: у меня много проектов, и каждое сообщение – это принятие решения. После этого у меня совещания, которые, к сожалению, нельзя избежать. Зачастую они бесполезные, но в них приходится участвовать. Остальное время я анализирую научные результаты со своими сотрудниками. У нас хороший коллектив, а с получением грантов наша лаборатория расширилась до 14 человек. Конечно же, это самая главная часть работы: взаимодействие с сотрудниками и анализ данных.

Я работаю до 7 вечера шесть дней в неделю. Иначе не получается. Надо многое успеть сделать, да и конкуренция в этой сфере очень высокая.