МИКРОБЫ ВОЙНЫ

Анатолий Гержгорин

Все больше убеждаюсь в том, что никогда не стоит создавать себе чужих проблем. Еще в древности люди знали, что истинное удовольствие можно получить, глядя, как горит огонь, течет вода или кто-то работает. Но самый идеальный объект наблюдения – пожар. И соседу плохо, и следов никаких.

Надеюсь, я не делаю никакого открытия. Бесполезно наблюдать за тем, как падает с ветки зрелое яблоко. Гораздо важней, когда это яблоко падает на зрелую голову.

В центре внимания на прошлой неделе был саммит в Шарм-аш-Шейхе, где Ариэль Шарон и Махмуд Аббас не подписывали никаких документов, а как давно знающие друг друга бизнесмены просто скрепили соглашение рукопожатием. Это можно было сделать и не выезжая в Египет. А устная договоренность на Востоке дешевле собачьего лая. Ветеран «переговорного процесса» Саеб Эрекат сразу предупредил, что не стоит проявлять излишних восторгов, дабы не разочароваться от несбыточных надежд. Шарм-эш-Шейх – только первый шаг. «Второй – выполнение «дорожной карты», которая ставит своей целью прекратить израильскую оккупацию, начавшуюся в 1967 году», – не моргнув глазом, солгал он.

Ложь все дружно проглотили. Израильские журналисты тоже. В 1967 году палестинцами были евреи, все остальные называли себя арабами, которые арабами и остались. Даже в Европе и Америке, где они тоже пустили глубокие корни. Впрочем, чему удивляться? Новейшая история – тоже ложь, только более свежая. А «дорожная карта», о которой так много говорят, это как книга на китайском языке: вроде и буквы есть, а не прочитать. Вот и относятся к ней, как к китайской грамоте. Написано одно, а каждый читает по-своему. Ариэль Шарон пообещал Махмуду Аббасу освободить некоторых террористов, чьи руки обагрены кровью. Никто до него на это не решался. Пусть вас не вводит в заблуждение слово «некоторых». Главное – начать. Это в беду падаешь, как в пропасть, а к преступлению сходишь по ступенькам.

Начать решено с террористов, отсидевших за убийство более 20 лет. На свободу выйдут Сами Юнис, Наэль и Фахри Баргути и Акрам Мансур. Как это воспримут родственники убитых Авраама Бромберга, Мордехая Йекотиэля и Ицхака Трумфельдора, никого не волнует. Еврейская кровь в еврейском государстве дешевле водицы. Кабинет министров голосовал единогласно. Только министр здравоохранения Дани Наве заартачился перед отъездом в командировку: “Мы сами воспитываем у террористов пренебрежительное отношение к наказанию за преступление, – сказал он. – И если даже досрочно освобожденный не вернется больше к старому промыслу, его пример вдохновит десятки других”.

Зная статистику, слова министра могут показаться даже излишне оптимистичными. Ибо четверо из пяти арабских заключенных, досрочно выходящих из израильских тюрем, возвращаются на террористическую стезю. Эту цифру, взятую из доклада Службы общей безопасности Израиля, привели активисты движения “Альмагор” в письме, адресованном Ариэлю Шарону и Шаулю Мофазу. Это организация, созданная родственниками израильтян, убитых арабскими террористами. Они проводят манифестации протеста. Рядом митингуют выселяемые из своих домов поселенцы. В банановой республике, в которую превратил страну Шарон, и законы банановые. Не успел он вернуться из Шарм-аш-Шейха, как боевики ХАМАСа «отсалютовали» ему ракетно-минометным огнем по нескольким поселениям. Чтобы как-то спасти лицо (или тыльную сторону маски?),

израильский премьер обратился с официальной жалобой… к США и Египту.

Капитан всегда думает, что знает все. Но крысы знают больше. Даже маленькая течь топит большой корабль. Безумство прекрасно в любви, допустимо в спорте, но опасно в политике. Простивший преступление – тот же его соучастник. Но евреи так долго боролись за права негров, что почти их получили. И ведут себя соответствующим образом. Амнистии 900 арабских заключенных показалось мало. Оказывается, Шарон пообещал, что позволит вернуться и 56 террористам, нашедшим пристанище в Европе. В том числе тем, кто захватил Церковь Рождества в Бейт-Лехеме в 2002 году. Почему бы не проявить такую же трогательную заботу об израильских заключенных, отбывающих наказание за «преступления» в сфере безопасности, которые, между прочим, никого не убивали?

О них вспомнило не правительство, а общественная организация «Ханейну», созданная для оказания юридической помощи поселенцам и военнослужащим, которых обвиняют в противоправных действиях по отношению к палестинцам (читай, террористам и их подпевалам). Активисты «Ханейну» настаивают на амнистии всего-то 20 заключенных, среди которых члены так называемого «еврейского подполья Бат-Айн» из Хеврона Ицхак Пас и его родственник Матитьяху Шво. Пытаясь заработать себе политический капитал, это требование поддержали 45 депутатов Кнессета. У остальных с этим «капиталом», надо полагать, все в порядке. В 1998 году тоже проводилась массовая амнистия. В честь соглашения, достигнутого в «Уай Плантейшн». Под давлением «Ханейну» из тюрем выпустили 14 израильтян. Ариэль Шарон в то время был министром иностранных дел. И знаете, что он тогда сказал? «Речь идет о справедливом требовании. До сих пор мы убеждались, что амнистированные еврейские заключенные не возвращаются к преступной деятельности – в отличие от большинства палестинских заключенных, которые возобновляют террор».

С тех пор много воды утекло. А понятие справедливости так же подвержено моде, как женские прически. Да и справедливы мы обычно к тому, что нас меньше всего волнует. Если освобождать арабов с кровью на руках, то тогда это правило должно распространяться и на Игаля Амира, отбывающего пожизненное заключение в тюрьме строгого режима за убийство Ицхака Рабина. Но ему даже жениться запретили. Все люди равны, но Рабин равнее.

В общем, все хорошо, только мимо.

Правильный путь один – свой. Шарон начал борьбу за Нобелевскую премию мира и сметет всех, кто встанет на его пути. Только что взамен? Мир зависит не от него и даже не от Аббаса, а от какого-нибудь беззубого имама, чьи «политинформации» более доходчивы и понятны. Во время последней пятничной молитвы, транслировавшейся по палестинскому телевидению, шейх Ибрагим Мудрис пообещал правоверным: «Мы вернемся в каждую деревню, в каждый город, на каждый клочок земли, политый кровью наших дедов и потом наших отцов и матерей. Мы не откажемся от Иерусалима и Хайфы, Яффо, Лода, Рамле, Аль-Зухура (Нетании) и Тель Аль-Рабия (Тель-Авива). Никогда! Кровь ваших отцов пролилась в Ашдоде, Ашкелоне, в сотнях городов и деревень. Их кровь требует этого от нас, и будь проклят любой, кто согласится уступить хоть пядь нашей земли! Это поколение, может быть, не доживет до этого, но родится новое поколение, которое вернется на землю Палестины, как вернулся Мухаммед – завоевателем!».

И скажите после этого, что сегодня – не завтра, живущее вчерашним днём.

Если расставлять приоритеты, не ориентируясь на международное общественное мнение, то в центре внимания на прошлой неделе, несомненно, должна была быть Северная Корея, объявившая себя ядерной державой. В официальном заявлении северокорейского МИДа, говорится, что Пхеньян приостанавливает «на неопределенный срок» свое участие в многосторонних переговорах, поскольку, дескать, только атомная бомба способна изменить курс Вашингтона «на изоляцию и удушение социалистического корейского государства». Однако корейский народ «во главе с любимым вождем Ким Чен Иром» готов дать отпор любому агрессору.

Демарш Пхеньяна стал полной неожиданностью для Соединенных Штатов.

В недавнем послании Конгрессу Джордж Буш не упомянул Северную Корею в числе стран «оси зла», заметив лишь, что Вашингтон работает над тем, чтобы убедить КНДР отказаться от ядерных амбиций. Но Пхеньян посоветовал «искать себе собеседников среди рыночных торговцев или северокорейских беженцев, которых Америка держит на зарплате». Последний раунд шестисторонних переговоров состоялся в июне прошлого года в Пекине и результатов не принес. В сентябре делегация Северной Кореи не приехала. Великолепная «пятерка» – США, Япония, Китай, Россия и Южная Корея – объяснила это тем, что в Пхеньяне, дескать, ждут результатов президентских выборов в Америке.

Теперь все стало на свои места: «любимый вождь Ким Чен Ир» просто тянул время. И уже вдогонку Кондолиза Райс заявила, что Соединенные Штаты не предоставят КНДР политических и экономических поблажек до полного ядерного разоружения, хотя и не будут возражать против любой экономической помощи, если коммунистическая Корея возобновит переговоры. Первой отреагировала Япония. Не правительство, а народ. Премьер-министр Коидзуми получил петицию, подписанную пятью миллионами японцев, с требованием немедленно наложить на Пхеньян санкции в ответ на его ракетно-ядерный шантаж. И с этим придется считаться. Во всяком случае, ни о каком увеличении гуманитарной помощи речи быть не может.

Пхеньян бросил дерзкий вызов. США не могут оставить этот демарш без последствий, поскольку пассивность единственной сверхдержавы только вдохновит другие диктаторские режимы. Но Америка связана по рукам и ногам «союзниками» – Евросоюзом, Россией и Китаем, которые будут бороться за мир до полного уничтожения планеты. Земля, не крутись под ногами!

… Во время встречи Хрущева с Эйзенхауэром, которая проходила на борту военного корабля, Никита Сергеевич стал возмущаться: мол, военные базы США вплотную подошли к границам СССР. Президент не растерялся. Понимаете, говорит, ко мне приходят генералы и докладывают, что Советский Союз готовится к войне с нами, поэтому мы вынуждены принимать ответные меры. А мне, возразил Хрущев, генералы докладывают, что именно Соединенные Штаты готовятся к нападению.

– А что, – сказал после паузы Айк Эйзенхауэр, сам в недалеком прошлом боевой генерал и герой Второй мировой войны, – если собрать всех этих генералов, посадить на один корабль, вывезти в океан и утопить в самом глубоком месте? Может, после этого в мире станет тише?

Когда-то прусских офицеров называли микробами войны. Теперь их место заняли исламские и коммунистические «аятоллы». Может, их тоже собрать на один корабль, вывезти в океан и утопить в самом глубоком месте?