АМЕРИКА РОССИИ ДРУГ ИЛИ ВРАГ?

Георгий Трубников

В самой постановке вопроса уже проявляется наш национальный характер: или друг (он же кореш) навеки до сентиментальных пьяных соплей, или враг до злобного помутнения оставшегося разума. Если продолжить аналогию с человеческими отношениями, то в хороших семьях юноше советуют стремиться к кругу общения, в котором господствуют высокие ценности, открытость, достоинство, завоевывать дружбу достойных людей, у которых есть чему поучиться. Но для этого нужно самосовершенствоваться. А подросток из плохой семьи, где ничему не учат, неизбежно оказывается в плохой компании и потом всю жизнь ненавидит круг общения своего соседа, того самого юноши из хорошей семьи. Мы – вечный подросток.

Будет прискорбно, если Путин, вернувшись с братиславского саммита, еще раз не начал раздумывать над тем фактом, что, хотя «демократия – это не картошка», как выразился С. Иванов, но аналогия с картошкой не так уж плоха. Да, картошку внедряли насильно, поскольку люди не сразу разобрались, для чего предназначены вершки, а для чего – корешки. Но потом картошка неоднократно спасала наш народ. А некоторые скотоводческие кочевые племена картошку так и не научились выращивать. Западная демократия – не искусственная схема, а путь, указанный две тысячи лет назад. В ней есть непреложные ценности, и мы должны их усвоить. Вот если мы сегодня же отменим 7%-ный барьер на выборах по партийным спискам, то всем докажем, что мы продвинулись в постижении демократии.

Да, согласно опросам общественного мнения, 60% нашего населения враждебно относятся к Америке. Это означает, что мыслящему человеку нужно иметь мужество, чтобы публично не согласиться с мнением большинства. Никакое большинство не заставит меня разлюбить Америку, потому что Америка – это первый увиденный мною цветной мультфильм «Бэмби», Марк Твен, О’Генри, джаз, Фолкнер, тушенка, мука, бекон, сахар 44-го года, «Дугласы» и «Студобеккеры», Рузвельт, Кеннеди, получившие приют мои знакомые, «In Got we trust», наконец, мой дружок персональный компьютер. Лично мне Америка – друг. Как бы объяснить большинству, что меньшинство нельзя угнетать?