БЕРЛИН. 60 ЛЕТ СПУСТЯ

Феликс Патрунов

Вспоминаю свои мальчишеские военные годы.

Каким был для меня в те далекие годы Берлин? Как и для всех советских людей – черное гнездо, город Гитлера и фашистов, из которого к нам пришла война, смертельно опасная для Родины.

Переехав в Германию, увидел красивую страну мирных и приветливых людей, с самыми старыми в Европе университетами, со средневековыми соборами и музеями, в которых бережно хранятся предметы прошлого. Сколько бы ни читал объяснения историков –сердцем не могу понять, как народ с такой культурой мог поддержать Гитлера с его примитивными идеями?

Шесть десятилетий назад здесь была война. Если приглядеться, еще можно увидеть следы ожесточенного сражения. Кое-где груды развалин, там – пустыри, в статуях на площади Звезды остались следы пуль и осколков снарядов.

Напоминает о войне и церковь Вильгельма I в западной части города. Ее не стали восстанавливать, она – как предостережение потомкам. В разрушенном здании – показываются фрагменты былого великолепного сооружения. В новой пристройке я задержался у «Cталинградской мадонны». Её нарисовал углем на задней стороне русской военной карты офицер, бывший студент-теолог. По краям рисунка – надписи: «Сталинградский котел’’,’’Рождество”, ”Любовь”.

Один день я провел в Трептов-парке и Карлхорсте. Нет сегодня – как в прошлые годы – многочисленных делегаций из разных стран с венками и цветами, совсем пусто у могил павших и на мемориальной аллее с березами, привезенными из России. Одиноко стоит солдат, перерубивший своим мечoм проклятую свастику, со спасенным ребенком на руках. Но надо быть справедливым: этот памятник – как и мемориал советским воинам у рейхстага – содержится превосходно, проведена его реставрация.

По-другому смотрится сегодня и экспозиция в бывшем саперном училище в Карлхорсте, в котором была подписана безоговорочная капитуляция Германии. Вместо музея победителей и героев – ныне совсем другой музей: немецко-русский “Берлин, Карлхорст “, объективно рассказывающий о войне, где факты показываются с обеих сторон. Так с помощью фотографий и предметов фронтовой амуниции сравнивается быт советских и немецких солдат. Цифры ошеломляют: на фронтах, протянувшихся на тысячи километров от Северного Ледовитого океана до теплых морей, сражалось 15 млн. солдат и офицеров со стороны СССР и 10 млн. – со стороны Германии. Но кровопролитные сражения разворачивались и на юге Европы, и в Африке, и в Юго-Восточной Азии. Масштабы войны показывают, какую силу набрал фашизм: десятки миллионов людей с оружием в руках сражались за «расу господ», «жизненное пространство на Востоке», «новый порядок в Европе», «окончательное решение еврейского вопроса». Еще два прискорбных факта из музейной экспозиции: в гитлеровской армии служило 800-1000 тыс. солдат и офицеров из граждан Советского Союза и около 200 тыс. служили в полиции.

Следуя по путеводителю, я забрел на Ораниенбургштрассе, чтобы увидеть восстановленную новую синагогу с золотым куполом в мавританском стиле. 9 ноября 1938 г. – в «хрустальную ночь», по выражению Геббельса – она, как и все другие молельные дома евреев, была разрушена. В 1942 г. здесь был сборный пункт. Отсюда фашисты увезли полмиллиона берлинских евреев на смерть. Автор путеводителя едва ли заглядывал внутрь, в синагоге сегодня нельзя молиться: за парадной передней стеной – пустота, только в купольной части открыт музей, в котором демонстрируются уцелевшие фрагменты некогда великолепного здания. Ныне это такой же памятник истории, как и упомянутая церковь Вильгельма 1.

На выставке “Холокост“ в историческом музее Берлина я долго не мог отойти от макета четвертого крематория в Освенциме. Польский художник детально показал, как тысячи людей входят в «баню», раздеваются, как их душат газом «циклон», и зондеркоманда загружает трупы в печи. Человеческий язык не знает таких слов, чтобы рассказать об ужасе убийства безвинных людей!

Во вновь открывшемся Еврейском музее Берлина увидел башню Холокоста, остров изгнания – создатели экспозиции попытались художественными средствами показать посетителям трагедию еврейского народа. Радует обилие посетителей.

В каком бы городе Германии я ни был, всюду видел памятные доски о взорванных синагогах, о депортированных (читай: замученных и убитых) евреях – часто с перечислением всех фамилий. Неподалеку от Бранденбургских ворот, в самом центре Берлина я разыскал площадку, на которой заканчивается строительство главного памятника шести миллионам погибшим евреям Европы. Сравнительно близко от этого места увидел камни с надписями, напоминающие о других жертвах фашизма: цыганах и гомосексуалистах.

Прошел по улице Штауффенберга к мемориалу «Немецкое сопротивление». В здании министерства обороны открыт для посетителей внутренний дворик. В нем среди безликого колодца из серых зданий на булыжной мостовой высится фигура одинокого голого мужчины. У подножья памятника – плита: здесь, у здания главного командования сухопутных войск, в ночь с 20 на 21июля 1944 г. были расстреляны пять участников неудавшегося покушения на Гитлера.

Отмечу с удовлетворением: в комнатах мемориала много людей, особенно школьников. В экспозиции рассказано о всех, кто сопротивлялся фашизму, который в те черные годы – увы – поддерживал почти весь немецкий народ. В бывшем служебном кабинете полковника Клауса Шенка, графа фон Штауффенберга я задержался у его семейного портрета. Обаятельный, милый, еще совсем молодой мужчина, оторвавшийся ненадолго от службы, сияет от счастья около своих сыновей-подростков. Какую же надо было иметь силу убеждения, чтобы переступить через любовь к детям и военную присягу и, смертельно рискуя, протащить в ставку “фюрера“ в своем портфеле взрывное устройство с часовым механизмом! Не мог не остановиться и перед портретом основателей организации “Белая роза” – студентов сестры и брата Сони и Ганса Шоль. Молодые люди с чистой совестью. Их с товарищами по подполью казнили на гильотине в гестапо, а листовки против Гитлера, которые они разбрасывали в учебных аудиториях, теперь навсегда воспроизведены на мостовой, у главного входа в Мюнхенский университет.

Бродя по Берлину, часто встречал и небольшие памятные доски о разных событиях времени национал-социализма. Вот листок бумаги под стеклом на площади Августа Бебеля. Надписи сверху: «запрещено, уничтожено, сожжено». И далее – Эрих Мария Ремарк, Лион Фейхтвангер и еще длинный список писателей, книги которых горели здесь. От искр этого костра, зажженного фашистами 10 мая 1933 г. на Унтер-ден-Линден в самом центре Берлина, вскоре запылало полмира.

Посетил я и “Топографию террора“ – в подвалах главного управления гестапо, где пытали узников, сегодня развернута экспозиция из фотографий. Неподалеку строится новое здание музея.

Во время своей экскурсии еще раз убедился: немецкий народ не пытается скрыть правду о национал-социализме. Уверен, что вина за содеянное фашистами, за тоталитарное прошлое – в сознании живущих. Преодолеть позор прошлого можно только покаянием. 7 декабря 1970 г канцлер Вилли Брандт на глазах удивленного мира встал на колени в Варшаве там, где было гетто.

Будь Гитлер похоронен в гробу – он бы не раз перевернулся: правительство Германии много лет разрешало эмиграцию евреев из стран Восточной Европы. На улицах Берлина полно турок, встречаются корейцы, китайцы, индусы, черные – здесь живут и сюда приезжают люди со всего мира.

Символичен и такой факт: в знаменитой Новой вахте архитектора Шинкеля – центральном мемориале Германии – похоронен не только неизвестный солдат с полей сражений, но и привезена земля с бывших концлагерей. Памятные доски в Берлине, содержание музеев о войне, разрушенная христианская церковь и синагога – это тоже покаяние.

В Германии есть и такие, которые хотят закрыть глаза на кровавые годы фашизма. Местные неонацисты подали заявку на проведение 8 мая шествия в центре Берлина под лозунгом ’’Хватит лжи о прошлом’’. Можно быть уверенным: они встретят контрдемонстрацию. Обеспокоенное правительство намеревается принять и свои меры.

Мир вздрогнул, узнав правду о ГУЛАГе: советская система рабского труда и уничтожения почти не отличалась от фашистской, но была еще более масштабной. Без нее коммунистическое государство просто не могло существовать. Рухнул ГУЛАГ, вскоре развалился и СССР. Но отец перестройки Михаил Горбачев поступил не так, как Вилли Брандт. На последней конференции КПСС он заявил, что коммунистической партии не в чем каяться. Нынешний президент Владимир Путин вернул государственному гимну музыку из позорного прошлого. В Москве до сих пор существует Ленинский проспект, памятники Ленину, его тело в мавзолее. В дни юбилеев палача Сталина – главного виновника фантастических потерь советской армии и народа в войне с фашистами, лидер коммунистов Геннадий Зюганов возлагает на его могилу на Красной площади цветы.

Остановимся и задумаемся! Как бы реагировал весь мир, если бы подобные почести воздавались праху Гитлера? Страна-победитель, самая богатая в мире по природным ресурсам, из-за разброда так медленно поднимается от разрухи?

Миллионы советских солдат, живые и павшие, выполнили повеление истории: победили фашизм. Но что сделано для преодоления собственного тоталитарного прошлого?

Камень с Соловецких островов на Лубянской площади, музей А.Сахарова, существующий на деньги зарубежных спонсоров, несколько памятников в Санкт-Петербурге, Магадане и в других городах – вот почти и все. В «расстрельных» книгах памяти я не нашел фамилии своего отца, сотрудница общества «Мемориал» пожаловалась мне: из-за жалкого финансирования нет денег на поисковую работу и переиздания этих книг. Где уж мечтать о памятных досках на улицах городов…

..Последние часы в Берлине. Прежде чем нырнуть в метро, чтобы уехать на вокзал «Зоологический сад», в самом центре Западного Берлина, на площади «Виттенбергплатц» я заметил вертикальную плиту-памятник. Надпись сверху: «Такое никогда не должно повториться». Далее перечисление: «Бухенвальд, Дахау, Треблинка» и еще много других скорбных названий.

Будет ли когда-нибудь такой же памятник–покаяние в Москве у Красной площади и музей во внутренней тюрьме Лубянки? Или над Москвой, над всей страной вновь поднимется сумеречная фигура Дзержинского?