ВСЕ МОЖЕТ ЕЩЕ ИЗМЕНИТЬСЯ

Анатолий Гержгорин

Судья, который не способен карать, становится, в конце концов, сообщником преступления. Это, кажется, Гете. Если Америка – все еще сверхдержава, то должна выполнять свою миссию, не деля полномочий с Малайзией или Верхней Вольтой. Но вместо этого Соединенные Штаты чутко прислушиваются к “общественному мнению” тех, кого в приличном обществе и на порог бы не пустили. Дошло до того, что роль госдепартамента взял на себя Конгресс. Законодатели чуть ли не силком заставляют исполнительную власть выполнять свои обязанности. Палата Представителей приняла законопроект о введении экономических санкций против Сирии.

Это строки из моей статьи «Кто раздувает пожар?», написанной два года назад. Иногда полезно перечитывать старые публикации, чтобы удостовериться, что мы все еще стоим на месте, обдумывая, с какой ноги начать движение. А мысли, как дети – кто-то обязательно скажет, что они не твои. Как это ни удивительно, но примерно в то же время прозвучала и знаменитая фраза Джорджа Буша: «Если вы не с нами – вы с террористами». Когда слушающий не понимает говорящего, а сам говорящий не знает, что имеет в виду – это и есть политика. Санкции против Сирии Соединенные Штаты все-таки недавно ввели. Россия как бы в ответ на это подписала с Дамаском договор о военном сотрудничестве. А Евросоюз готов ратифицировать соглашение о политическом и экономическом сотрудничестве, подписанное в прошлом году.

Белый дом потребовал отложить ратификацию так называемого “Договора об ассоциированном членстве” в связи с «негативной ролью Дамаска в регионе». Кондолиза Райс назвала этот шаг “преждевременным”. Евросоюзу не терпится предоставить Сирии такой же статус, как Израилю. Договор давно мог бы вступить в силу, но Дамаск требовал вычеркнуть пункт о нераспространении оружия массового поражения, добавленный в соглашение в 2003 году. Несмотря на то, что его ратифицировали Египет, Иордания, Марокко, Тунис и даже Палестинская автономия. В конце концов, Сирии пришлось уступить, поскольку над головой сгустились тучи американских санкций.

Но внезапно изменившаяся ситуация в Европе отодвинула европейско-сирийский диалог на второй план. Главным событием прошлой недели можно считать референдумы во Франции и Нидерландах, в ходе которых по проекту европейской Конституции был нанесен сокрушительный удар. Возможно, для многих это стало неприятной неожиданностью, хотя тревожные нотки звучали уже давно. И трудно не согласиться с редактором нидерландской газеты «Альгемеен дагблад» Йорисом ван Поппелем:

«Голландцам нравился Евросоюз, состоявший из шести стран, поскольку их голос тоже был слышен. А сейчас, когда в альянсе 25 государств, у Нидерландов почти нет никаких возможностей влиять на общие решения. Поэтому они и хлопнули громко дверью».

И все же это только одна сторона медали. Как пишет германская «Франкфуртер альгемайне цайтунг», основная причина все-таки психологическая. В сердцах европейцев накапливается тревога. Пока еще границы, как стена, защищают богатые страны от бедных. Если хлынет поток тех, кто ищет лучшей доли, те же Франция и Нидерланды перестанут существовать как нация. А у французов, которые боятся, что им урежут социальные блага, перед глазами печальный опыт интеграции Восточной Германии. И в самом деле, вроде все за чертой бедности, но по разную ее сторону.

То, что «бунт» поднят населением именно этих стран, тоже вполне закономерно. Почти каждый пятый француз – мусульманин. В Голландии с ее населением в 16 миллионов человек – миллион мусульманских иммигрантов. И ведут они себя агрессивно и бесцеремонно. На решение голландцев в немалой степени повлияло недавнее убийство правнука известного художника Винсента Ван Гога. По словам свидетелей, убийца хладнокровно расстрелял режиссера, несмотря на его мольбы о пощаде. В связи с этим вспоминается и убийство средь бела дня в Нью-Йорке рава Меира Кахане. Но тогда на это не обратили внимания, словно убили бездомную кошку, а не человека. Более того, убийцу еще и оправдали. Тот нью-йоркский выстрел рикошетом ударил по Всемирному торговому центру и долгим эхом отозвался по всему миру. Это эхо слышно и сейчас.

Если бы человечество знало о своем будущем, оно бы не так смеялось, расставаясь со своим прошлым. Впрочем, Джордж Буш уже подвел черту: «О незаконности действий нам необходимо говорить так, словно их у нас нет».

Даже самую прекрасную идею можно довести до абсурда. Само по себе строительство общеевропейского дома – затея, безусловно, привлекательная. Но, стирая национальные границы, невольно приходится стирать и национальные черты. Возможно, француз когда-нибудь полюбит немецкое пиво со свиными сосисками, а немец будет запивать отбивные французским бургундским или бордосским. Но что делать с сынами Аллаха, которые пришли в чужой дом и сразу стали требовать от хозяев жить по их правилам и «нормам»? Они, это и сейчас уже видно, не будут жить по общеевропейским законам. И не окажутся ли хозяева на улице в одно очень тихое утро, которое обычно наступает после Варфоломеевской ночи? «Овца и волк по-разному понимают слово «свобода», в этом суть разногласий, господствующих в человеческом обществе», – заметил еще Авраам Линкольн. Он, по-видимому, тоже знал народную примету: если вы проснулись на улице, значит, там и заснули.

Невольно приходит на память словесный «кульбит» модного в современной России «геополитика» Александра Дугина: «В отличие от многих проектов, которые мне казались идиотскими, этот проект, несмотря на весь его очевидный идиотизм, мне таким уж идиотским не кажется». Но уполномоченный Евросоюза по иностранным делам Бенита Ферреро-Вальднер не унывает: «Конечно, референдумы во Франции и, особенно, в Нидерландах стали для нас серьезным провалом. Тем не менее, мы продолжаем работать. И ничто нам не мешает заниматься этой важной работой совместно с США. Мы можем сотрудничать с Америкой сегодня так же успешно, как и вчера». Тони Блэр в этом не уверен, поэтому решил с референдумом в Великобритании не торопиться. «Нам необходимо адаптироваться к требованиям мировой экономики, к технологическим переменам. Как лучше это делать – сообща или в одиночку? Вот над чем сейчас надо задуматься», – сказал британский премьер.

С 1 июля Великобритания будет председательствовать в Европейском союзе. Британский премьер получает возможность навязать собственную концепцию дезориентированной Европе. Суть ее в том, что Евросоюз должен стать всего лишь зоной свободной торговли, а не политическим “противовесом” США. Франция первой почувствовала опасность. Жак

Ширак срочно разослал письма всем своим 24 партнерам, уговаривая их не торопиться хоронить Конституцию: “Нужно взять тайм-аут для того, чтобы проанализировать последствия, которые могут негативно сказаться на нашем Союзе. Поэтому предлагаю обсудить этот вопрос на Совете Европы”. Встреча в верхах назначена на 16-17 июня. Однако Лондон встретил это предложение прохладно.

Все понимают, что Франция уже не может провести еще один референдум, оставив текст без изменений. Польский премьер-министр Марек Белька уже заявил, что “повторные переговоры, если они состоятся, будут неблагоприятны для Варшавы”, а потому исключены. Так что Евросоюз обречен оставаться в подвешенном состоянии еще в течение

ближайших нескольких лет. Но при отсутствии политического единства неминуемо даст трещину экономический и валютный союз. Ибо расчет был на то, чтобы единая валюта скрепит и политический союз. Евро и так уже начал “терять в весе”. О финансовой солидарности, похоже, больше никто не думает. Шесть наиболее богатых стран, в том числе Германия и Франция, стремятся заморозить европейский бюджет на его нынешнем уровне (1% от совокупного ВВП стран-членов). Великобритания же не прочь сохранить за собой “скидку”, которая освобождает ее от финансирования предстоящего расширения ЕС.

Вновь подтверждается старая истина, что политика – всего лишь высшая степень цинизма. В ее основе чисто деляческое: “что мне за это будет?” Такую политику проводят все, кто хоть чуть-чуть себя уважают. В Вашингтоне европейцам посочувствовали, но особо печалиться не стали.

Белый дом вообще долгое время воздерживался от комментариев о европейской конституции. А многие, в том числе министр обороны Доналд Рамсфелд, и не скрывали своего откровенно враждебного отношения к ней.

Почему? Отвечу по-горбачевски: это будет сложнее, чем простой ответ. Не секрет, что воду в Европе баламутит Франция. 12 стран, входящих нынче в состав Евросоюза, то есть фактически половина, отправили своих солдат в Ирак. А если бы европейская внешняя политика определялась в Брюсселе, чего Париж как раз и добивается, то никакой поддержки бы Америка не получила. И не было бы нынешних “особых отношений” между Лондоном и Вашингтоном.

Но без интриг тоже скучно. Обычно для грязной работы лучше всего подходят чистые руки. Лепя единую Европу, ни Англия, ни Франция даже мысли не допускали уступить свои места постоянных членов Совета безопасности ООН. Более того, рвется туда и Германия. Так что же тогда изменилось? Перефразируя Ленина: есть нечто высшее, чем демократия – товарищеское доверие между избранными государствами. А другие «евросоюзовцы» пусть радуются, что пока их пиджак не надевают на чужое плечо.

На этот месяц в Вашингтоне запланирован американо-европейский саммит. Предстоит обсудить широкий круг вопросов. Подход ко многим из них у сторон разный. Удастся ли сблизить позиции? Вряд ли. Единственная тема, где возможно взаимопонимание – маленькое пятнышко на Ближнем Востоке.

Американский посол в Израиле Дан Керцер заявил на днях, что «для мирного урегулирования палестино-израильского конфликта Вашингтон нуждается в Европе». Выступая в Хайфском университете, он сказал, что “во многих случаях интересы США и Европейского союза совпадают”.

Его «дипломатическая атака» началась не случайно: накануне встречи между Шароном и Абу Мазеном, запланированной на 21 июня, в Израиль прилетит Кондолиза Райс. Ей президент поручил контроль за эвакуацией еврейских поселений из сектора Газа. Но что делать с арабами? Jerusalem Post рассказывает о бедуинской деревне Дахания с населением около 450 человек. Некоторые имеют израильское гражданство, а остальные считают, что после размежевания их расстреляют как «коллаборационистов». Кстати, власти автономии уже тоже заявили, что бедуинов ждет суд. Но до суда не дойдет: с ними расправятся раньше. Поэтому они просят, чтобы им разрешили жить в Израиле и даже готовы платить за израильский паспорт 20,000 долларов. 34 семьи уже подали совместную апелляцию с требованием переселить всю деревню в Израиль.

Ну, как тут не вспомнить еще один перл Джорджа Буша: «Полагаю, что мы стоим на пути к еще большей свободе и демократии, с которого невозможно свернуть. Но все может измениться».