ПЬЕСА ОТ ВСЕЙ ДУШИ

Борис Гольдин

«Плавильный котел»

Почти сто лет назад английский драматург Израель Зангвил написал пьесу с необычным названием «Плавильный тигель» о жизни еврейских иммигрантов в Америке. Иммигранты со своими рациональными особенностями как бы переплавлялись в этом «котле» в единую американскую нацию. Термин «The Melting Pot» употреблялся в ней впервые, а уже позднее социологи, психологи, философы взяли его на вооружение.

Писатели и драматурги в разных странах стремились как-то заглянуть в этот “плавильный котел”. Эта тема манила их и притягивала.

Москва. Идет пьеса американского драматурга Ричарда Калински “Лунное чудовище” о жизни армянских иммигрантов в США.

Минск. Поставлен спектакль кубинца Нила Круза “Анна в тропиках” – о судьбе кубинских иммигрантов в Америке.

Варшава. С театральных афиш не сходит пьеса С. Мрожека “Эмигранты”.

Разные страны, разные авторы , разные времена и одна вечная тема – иммиграция и иммигранты.

«Русские корни» американского драматурга и актера

История американского народа представляет собой историю иммиграции, отмеченную широким этническим разнообразием.

История еврейской иммиграции в США в начале прошлого века обычно accoциируется с такими местами как Элис Айленд и Нью-Йорк. Мало известно об иммиграции из царской России напрямую в знойный Техас.

В начале прошлого века бедный еврей Наскел Горелик – реальная личность – бежал из России. Бежал от погромов, от оголтелого антисемитизма. Куда? Конечно, в Америку. Бросил он якорь в сухопутном городке Хамельтон в центре Техаса. И был он, как в рассказе Короленко, “без языка” и без денег (но тут уж без кавычек).

Случай свел его с семьей техасца Милтона Перри – это тоже были реальные люди. Они подметили в иммигранте большое трудолюбие, целеустремленность, колоссальную силу воли. Милтон помогал ему во всем. Не случайно название штата Техас на языке индейцев племени каддо означает “друзья”.

Приходит время, и Наскел вызывает из России жену Лию, но не на пустое место, а в свой дом. Пусть он пока небольшой, но такой уютный. Со временем появляются на свет один за другим трое сыновей – первые техасцы из династии Гoреликов.

Началась Вторая мировая война, и трое сыновей уходят служить в американскую армию, сражаться с фашизмом. После победы вернулись в родительский дом, женились, пошли дети. Тут-то и родился Марк – первый внук, гордость деда и бабы. Это было в июне 1951 года.

Марк был талантливым мальчиком. Успешно закончил школу и поступил в университет в Техасе – мечтал стать пианистом, но победила любовь к театру, его увлекла драма. Учебу продолжал уже в Калифорнии, в Сан-Франциско. Сколько было радости, когда молодого актера пригласил к себе Денверский театр.

У Марка была мечта – написать книгу о дедушке и бабушке, о тех иммигрантах, которые на свои плечи взвалили все трудности, приняли на себя все лишения. Книгу так и назвал «Иммигрант». Как-то попалась она на глаза режиссеру Денверского театра.

– Я вижу здесь интересную пьесу. Почему бы тебе не попробовать себя в драматургии, – сказал он. – Поставим ее в нашем театре. Поручим тебе одну из главных ролей – будешь играть своего деда. Да и дедушке сделаешь приятный подарок.

Не прошло и года как на сцене шла пьеса молодого драматурга Горелика «Иммигрант», где автор играл своего деда Наскела. В Денвере спектакль встретили тепло. Вскоре её поставили в Аmerican Conservatory Theater (Сан-Франциско), The Repertory Theater (Сиэтл), Mark Taper Forum (Лос-Анджелес), Lincoln Center (Нью-Йорк), The Globe (Сан-Диего) и во многих других театрах.

Мне довелось увидеть спектакль в Репертуарном театре Сан-Хосе.

Как-то американский ученый Оскар Нанглин сказал: «Oднажды я задумал написать историю иммиграции в Америку. Но вскоре обнаружил, что иммиграция и есть история Америки».

Я вспомнил эти слова, когда на сцену вышли молодой иммигрант Наскел Горелик (актер Aдам Ричман) и местный техасский банкир, мужчина средних лет Мильтон Перри (актер Дан Хиа). Я наглядно увидел одну из страниц этой истории.

Зрители симпатизировали иммигранту-еврею, с пониманием отнеслись к тому, что ни одного слова он не знал по-английски и говорил сначала только на идиш. Они симпатизировали и техасцу Милтону, который ни слова не знал на идиш, но стремился как-то понять, вникнуть в проблемы Горелика. Под стать Милтону была и его жена (актриса Нансу Гарлин), женщина с добрым сердцем, отзывчивая и заботливая.

Особый колорит придавала спектаклю музыка. Замечательные, ушедшие в прошлое, но ни в каком случае не забытые милые еврейские мелодии органично дополняли ткань спектакля, переплелись с его образами.

Каждый из нас прошел трудными тропами иммиграции. Все мы не понаслышке знаем, что такое поменять страну, родной язык, работу, друзей. Многие зрители вспомнили трудные годы адаптации и своих добрых милтонов.

Если у вас когда-нибудь представиться возможность посмотреть этот спектакль, обязательно сделайте это. Техасец написал пьесу, равнодушным к которой не останешься при всем желании. Мне остается только добавить, что талантливый драматург написал и вторую автобиографическую пьесу – “Наследие”( The Legacy) – о жизни второго поколения Гореликов.