ЕВРОПА: БЮРОКРАТЫ ПРАВЯТ БАЛ

Борис Альтнер

Евробюрократия размножается с катастрофической скоростью. С 2004 года Еврокомиссия основала 55 новых агентств, многие из которых, по мнению специалистов, попросту неизвестно чем занимаются. Все это – за счет европейских налогоплательщиков…

Британский экономист Сирил Норткот Паркинсон в своей знаменитой книге «Законы Паркинсона» утверждал, в частности, что «Работа заполняет весь объем, ей предоставленный». Это значит, что особенность бюрократического аппарата такова, что сколько новых учреждений ни открой – будет все мало и придется открывать еще. В качестве живого примера подобного явления Паркинсон привел работу британского Министерства по делам колоний: в 1880 году, когда еще существовала Британская империя, в которой, как утверждали англичане, «никогда не заходит солнце», в состав этого министерства входило 5 управлений, а число служащих колебалось в пределах 250 человек. В 1955 году, когда Британия вообще осталась без колоний, в состав министерства по их делам входило уже 12 управлений, в штате которых числилось более полутора тысяч служащих. К слову, такое министерство имеется в Великобритании и по сей день.

Еврокомиссия, похоже, решила также предоставить доказательство этого закона Паркинсона: с момента «Большого Взрыва», когда в ЕС вступили 10 новых стран, и по сей день, когда к Евросоюзу присоединились Болгария и Румыния, «правительство Европы» основало великое множество новых ведомств. Только во время последнего саммита руководителей стран ЕС в Брюсселе было принято решение открыть шесть новых подобных «кормушек»: полицейский колледж – в Лондоне, агентство по безопасности авиаперелетов – в Кельне, химическое агентство – в Хельсинки, агентство по морскому праву – в Лиссабоне, безопасность продуктов питания – в Парме (на право приютить у себя этого бюрократического монстра также претендовали финны, однако итальянцы отстояли эту привилегию, напомнив, что в Парме был изобретен такой кулинарный шедевр, как сыр пармезан, а вот финны разве что вяленой олениной похвастать могут) и, наконец, агентство по правам человека – в Вене. Дела все важные и нужные, спору нет, однако абсолютное большинство новооткрытых «заведений» попросту дублируют уже существующие.

Кроме того, удовольствие это – не из дешевых. За венским агентством по правам человека, к примеру, числится 100 различных штатных должностей, бюджет – 29 млн. евро в год. При этом его обязанности настолько расплывчаты, что совершенно неясно, чем именно это агентство должно заниматься. Юристы полагают, что Еврокомиссия попросту создала очередную синекуру для своих высокопоставленных бюрократов, желающих «казаться, но не быть». В конце концов Европейский суд по правам человека с его немалым штатом никто не упразднял. По замыслу организаторов, новое агентство должно собирать статистику нарушений прав человека в странах Европы (имеются в виду не только члены Евросоюза, но и все страны, хоть клочком своей территории присутствующие на европейском континенте), проводить конференции, опросы и проявлять прочую «активность» на этом славном поприще. Все это приводит к тому, что теперь никто не будет знать, кто за что отвечает и кому в самом деле надлежит разбираться с правами человека. Таким образом, сами эти права оказываются в прискорбном небрежении. Как писал когда-то М.М.Жванецкий: «При чем тут борщ, когда такие дела на кухне?».

Кроме всего прочего, этот «агентский спорт» обходится в немалую копеечку или, если точнее – в немалый евроцент, вытягиваемый из карманов налогоплательщиков. Общий годовой бюджет открытых с 2005 по 2006 годы 10 новых евроучреждений – 535 млн. евро, общее количество мест в них – 2032. Споры о евробюджете – любимое поле брани всех европейских руководителей. В последний раз Ангеле Меркель с трудом удалось помирить не желающих платить англичан и французов, причем Германии за этот компромисс пришлось раскошелиться: с 2006 года ФРГ платит в брюссельскую казну на 2 млрд. евро больше. Оказывается, эти деньги понадобились всего лишь, чтобы еще несколько сот евробюрократов почувствовали себя «очень важными персонами» (VIP).

Этот «европейский карнавал», как назвал круговерть агентств и ведомств экс-президент Германии Роман Герцог, вряд ли кто-либо в состоянии целиком обозреть. В их правлениях заседают обычно от 16 до 48 человек – все с окладами жалования выше среднего, с персональными кабинетами, автомобилями… Иногда это – евродепутаты, иногда – досиживающие до пенсии чиновники Еврокомиссии высоких рангов. Их финансовые дела обычно контролирует Счетная палата Евросоюза, однако далеко не во всех случаях. Всего, как утверждают экономисты, в данный момент насчитывается двенадцать различных видов евроучреждений, каждый из которых соответствует одному из десяти разных вариантов функционирования.

Примечательно, что парламенты многих стран, в том числе и обе палаты немецкого парламента – Бундестаг и Бундесрат – заявляли свои протесты против открытия бесполезного учреждения с непонятными функциями, однако руководители их правительств эти протесты попросту игнорировали. Ангела Меркель, «железная фрау» Европы, отлично усвоила принцип кнута и пряника: чтобы крепко держать Еврокомиссию в руках, следует не только проявлять жесткость, но и раздавать подарки «нужным людям» – евробюрократам. Кроме того, это отлично вписывается в ее концепцию «уменьшения бюрократии в Германии»: не нужно конфликтовать с чиновниками, выгоняя их из уютных кабинетов, достаточно превратить их из немецких бюрократов в бюрократов европейских – и все довольны.

Однако подобная страсть к созданию все новых и новых учреждений таит в себе грозную опасность. Заключается она в следующем: в данный момент любой европейский политик, выдумавший очередного бюрократического монстра – полезного или бесполезного, нужного или нет – и опасающийся потерять голоса избирателей у себя дома, стоит ему обнародовать свою идею, спокойно обращается через их голову в Брюссель, а Еврокомиссия с восторгом претворяет его план в жизнь. Все это лишь подрывает и без того не слишком устойчивое доверие европейских избирателей к структурам ЕС и утверждает их в мысли о том, что Евросоюз превратился в бюрократического монстра, совершенно бессмысленного, живущего на их кровные денежки.