ЕС – УКРАИНА: СТАБИЛЬНОСТЬ – ПРЕЖДЕ ВСЕГО

Борис Альтнер

Если припомнить украинские события теперь уже почти двухлетней давности, то придется признать, что тогда «оранжевая революция» в Украине гораздо более взволновала умы европейцев, нежели то, что происходит сейчас. «Мирное восстание» тех времен задело чувства жителей Европы – сытых, благополучных, давно отвыкших от проявления бурных эмоций. В конце концов, революции и бессонные бдения на площадях – это для них, скорее, что-то из репертуара каких-нибудь южноамериканских «банановых республик» или Африки, но никак не Европы. И когда прямо под боком у Евросоюза произошли «оранжевые» события – европейцы почувствовали в этом самую настоящую революционную романтику, порыв с горящими глазами – тот порыв, который сами они давным-давно утратили.

Неудивительно, что Виктора Ющенко и Юлию Тимошенко в те времена встречали аплодисментами и цветами в любой европейской стране, а Еврокомиссия, как могла, поддержала Украину: пообещала вступление в Евросоюз (пусть и не сразу, а как-нибудь потом) и увеличила квоты на экспорт украинского текстиля – для сухих и расчетливых экономистов, сидящих в стенах «европравительства», подобный шаг равносилен едва ли не признанию в любви. Однако с тех пор немало воды утекло и немало произошло событий в Украине. «Новогодняя газовая война», безжалостный передел имущества и сфер влияния внутри страны, постоянные ссоры и склоки в «оранжевом» стане и монолитное, «аппаратное» давление со стороны, казалось бы, проигравших бело-голубых смели последние остатки романтического налета с глаз Европы, и теперь ее жители убеждены, что их украинские соседи – такие же расчетливые, видящие собственную выгоду и не склонные к проявлению бурных чувств люди. С одной стороны, это приблизило украинцев к Европе – в том смысле, что за эти два года лидеры страны – как «оранжевые», так и «бело-голубые» – показали, что вполне в состоянии действовать в рамках жестких европейских правил демократической борьбы. С другой же – последние события показали, что эти же самые украинские лидеры вполне в состоянии действовать и за рамками этих правил: жестких, но в то же время и цивилизованных, накладывающих на игроков определенные ограничения, как то: не отстреливать друг друга, уважать (а не подтасовывать) мнение большинства, не играть с огнем, устраивая массовые выступления и потасовки, подстрекая сторонников и науськивая их на противников… Эти правила вырабатывались в Европе десятилетиями и составляют самую суть сложившегося на Старом континенте демократического общества. Как известно, демократия – это вполне определенный в современном политологическом словаре термин. Он не подразумевает всякого рода прилагательных, вроде «народной», «суверенной» или «ограниченной» – все они превращают сам термин в пустышку. То же самое, по мнению европейцев, творится сейчас и в Украине: Европа не считает демократами «бело-голубых», однако точно так же не считает более таковыми и «оранжевых». Европейское общество, пусть и запоздало, однако начало понимать то, что ранее понимали лишь некоторые европейские политологи: противоречия, вот уже во второй раз за два года приводящие страну на грань хаоса (не дай Бог – гражданской войны, лучше не поминать это слово, чтоб не накликать) – это не противостояние между демократической и тоталитарной моделями. Это противостояние между Востоком и Западом молодой страны, между частями, которые долгое время развивались по отдельности друг от друга и попросту не успели (да и не слишком пытались) слиться воедино за тот исторически небольшой срок, который был отпущен им для совместного существования. Украинское двоевластие совершенно немыслимо ни в одной из современных стран Евросоюза: даже в Польше, известной своей исторической склонностью к анархии, в нынешних условиях подобное положение вещей попросту невозможно.

В этой ситуации не стоит удивляться той сдержанности, которую проявляет Европа по отношению к Украине. Заявления, сделанные по следам украинских событий европейскими лидерами, легко пересчитать на пальцах одной руки: соответственно, до сих пор официально по этому поводу высказались лишь уходящий через пару недель в отставку французский президент Жак Ширак, нынешняя председательница Евросовета, она же канцлер ФРГ Ангела Меркель, а также еврокомиссар иностранных дел Бенита Ферреро-Вальднер. Причем все эти заявления в той или иной мере можно свести к одному: пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Пожалуйста, сохраняйте стабильность, не раскачивайте лодку. Все остальное – ваши внутренние проблемы: пока не летят камни и не звучат выстрелы, мы готовы принять любое руководство Украины, овладевшее ситуацией мирным путем. Интересно, что в целом эти призывы отражают также официальную точку зрения российского руководства, не раз озвученную как российскими дипломатами, так и президентом Путиным. Похоже, ни Европе, ни России совершенно не выгодно вместо стабильного, целостного украинского государства получить вклинившуюся между ЕС и РФ «область Хаоса», через которую, ко всему прочему, пролегают крупнейшие газо- и нефтепроводы. Даже буйный польский президент Лех Качиньский, который был бы непрочь стяжать лавры украинского миротворца, подобно своему предшественнику Александру Квасьневскому, все же внял увещеваниям своих европейских коллег и промолчал.

Своеобразную «юридическую» помощь Украине в эти дни оказал также Европарламент: с одной стороны, он сообщил о том, что указ о роспуске Рады, подписанный президентом Украины, не является, по европейским канонам, чем-то из ряда вон выходящим. По сути, любой президент любой европейской страны имеет подобное право (даже «недействующие» президенты Италии и ФРГ им обладают); с другой же – довел до ведома президента Ющенко, что «перебежчики» из одной фракции в другую (из-за которых, по крайней мере, внешне, и начался текущий конфликт) – дело для Европы опять-таки вполне обычное. Конечно, столь демонстративный переход в стан противника, а в особенности – неприкрытое переманивание считаются у европейцев, так сказать, «пфуй» и выставляют в весьма неприглядном свете как депутатов-перебежчиков, так и тех, кто их принимает, тем не менее – совершается в рамках привычного европейцам законодательства. Скандалы по этому поводу – дело для Европы привычное: достаточно вспомнить историю с теми же братьями Качиньскими, которые уговорами и посулами пытались несколько расширить свою фракцию в Сейме. Однако нигде и никогда подобные скандалы не выливались в двоевластие, общенациональное напряжение или прямые столкновения сторонников тех или иных партий.

Конечно же, можно было бы возразить, что корни нынешнего противостояния гнездятся куда глубже и не ограничиваются переходом даже нескольких десятков депутатов из одной фракции в другую. Это верно. Однако это – предмет совершенно другого спора, спора между политологами и историками, а не между политиками и представителями власти. Так что западные соседи Украины предпочли остаться нейтральными – впрочем, так же, как и ее восточный сосед, Россия. Совсем недавно журнал Economist опубликовал результаты опроса своих читателей, большинство из которых предрекло войну Запада и России за Украину. Похоже, этот прогноз оказался первым, не выдержавшим испытания временем: никто, кроме самих украинцев, воевать не намерен. А лучше всего было бы, если бы воевать не собирался вообще никто.