НИКОЛЯ САРКОЗИ: ЭЛЕГАНТНЫЙ, КАК РУАЙЯЛЬ

Борис Альтнер

«В команде консерваторов замена: вместо Жака Ширака на поле выходит Николя Саркози» – так необычно прокомментировал финал предвыборного президентского марафона во Франции спортивный журнал «Франс Футбол». И в самом деле: как и предсказывало большинство политологов, с победой бывшего французского министра внутренних дел Елисейский дворец, где располагается резиденция президента страны, остается после 12 лет правления Ширака в руках консерваторов.

Победа Саркози оказалась бесспорной и убедительной: по предварительным данным, он смог увеличить пятипроцентный разрыв, который определился между ним и его соперницей Сеголен Руайяль после первого тура выборов (напомним, что тогда Саркози набрал около 30%, в то время как Руайяль получила примерно 25% голосов французских избирателей), и финишировал с результатом 53% (соответственно, Руайяль набрала на этот раз около 47% голосов). Его противница из Социалистической партии, не дожидаясь публикации окончательных официальных результатов выборов, признала свое поражение перед тремястами собравшимися в ее штаб-квартире сторонниками и призвала их «сохранить эту гигантскую энергию народного движения» для будущих сражений. «Оставайтесь мобилизованными, – призвала она социалистов, – я продолжаю борьбу!». Сеголен Руайяль, не сумевшая стать первой в истории Франции женщиной-главой государства, собирается продолжить битву за «обновленную демократию» в качестве лидера левой оппозиции и воодушевляет разочарованных поражением социалистов на июньские выборы в Национальное собрание.

Что касается «Сарко», то у него теперь иные заботы. В процессе своей предвыборной кампании он раздал немало обещаний французам – обещаний, которые придется каким-то образом выполнять уже хотя бы потому, что на этот раз к избирательным урнам пришло рекордное количество французских избирателей: более 85% всех, кто имеет право голосовать. Как отмечают наблюдатели, во втором туре Саркози поддержали французы, «переметнувшиеся» как из лагеря центриста Франсуа Байру, так и из стана правого националиста Жана Мари Ле Пена – последнее тем более удивительно, что ратующий за «старую добрую Францию» Саркози – сын венгерского дворянина и еврейской эмигрантки из Греции: то есть, по предположениям политологов – «не вариант» для любого правого националиста. Тем не менее, факт остается фактом: согласно статистическим выкладкам, правый фланг французских избирателей «поставил» Саркози около 3% голосов. Очевидно, свою роль сыграла его репутация «сильной руки» и лидера изоляционистов, желающих как можно более усложнить процесс попадания в страну новых мигрантов, при этом «приструнив» тех из них, кто уже находится во Франции.

Характерно, что в ожидании победной реляции из стана консерваторов, парижский комиссариат полиции поднял по тревоге три тысячи блюстителей порядка: предполагалось, что весть о победе Николя Саркози вызовет беспорядки в «буйных» столичных предместьях, где темнокожая молодежь может выразить свое недовольство привычным способом: погромами, поджогами и прочими недозволенными действиями. Это их новый президент Франции в 2005 году без обиняков назвал «отребьем и бездельниками» и пообещал вычистить их из Клиши и Сен-Дени бульдозерами. Так что не удивительно, что в «победную» ночь с воскресенья на понедельник полиция объявила в департаменте Сен – Сен-Дени комендантский час.

Что же еще, кроме бульдозерной чистки и «задраивания люков», пообещал Николя Саркози французам? Если ориентироваться на его президентскую программу, то можно сделать прогноз, что в недалеком будущем Францию ожидает снижение налогов, уменьшение государственного долга, «раскачивание» трудового законодательства и сокращение расходов на госчиновников – все, что обещала и последовательно приводит в исполнение его коллега-консерватор Ангела Меркель в Германии. Вообще, с победой Саркози позиции консервативных партий во всем Евросоюзе укрепились: известно, что элегантный француз (а Саркози дважды, в 2004 и 2005 годах, побеждал в неофициальном конкурсе на звание «самого элегантного мужчины страны») является единомышленником прагматичной немецкой руководительницы в большинстве общеевропейских экономических и политических вопросов.

Кроме того, вот уже многие годы Николя Саркози последовательно выступает за возрождение национального самосознания французов и против «интеллектуального и морального релятивизма». Что же касается вопросов внешнеполитических – в предвыборных программах, а также в дебатах обоих кандидатов они не играли решающей роли – тем не менее, для стран-соседей, как и для «дальнего зарубежья» именно эти вопросы являются, пожалуй, наиболее интересными. Наперекор сложившейся во Франции еще со времен де Голля традиции, Николя Саркози не скрывает того, что является убежденным атлантистом – а это значит, что отношения между Францией и США в ближайшее время улучшатся так же, как они улучшились в случае с ФРГ – после прихода к власти все той же Ангелы Меркель. Кроме того, Саркози симпатизирует Израилю, так что и в делах ближневосточных можно ожидать смены официального курса французской дипломатии, до сих пор направленного, скорее, на выстраивание доверительных отношений с арабскими государствами, частенько – в ущерб интересам другой стороны ближневосточного конфликта. Что же касается России, то здесь какие-либо перемены произойдут вряд ли: в отношениях с восточным соседом «Сарко» предпочитает исповедовать тот же принцип, что и его предшественник Ширак: «дружба дружбой, а табачок врозь».