WELCOME TO MOSCOW

Юрий Пронко

Хотя в этих зарисовках автор описывает увиденное не в отпуске, а в командировке, мы все-таки публикуем этот репортаж в рубрике «Отпуск-2007» и предлагаем вам, читатели, присылать свои репортажи о том, где вам удалось побывать этим летом.


Москва – мать городов русских. Москва – город-герой. Москва – самый красивый и дорогой город мира. Именно в Москве придумали автомобиль Москвич-412, эскимо, колбасу, ГУМ, Собор Василия Блаженного, столичную водку и Шапку Мономаха. Именно москвичи первыми начали повсюду носить с собой паспорт, читать в метро книги, и интонировать свою речь, элегантно растягивая гласные. В старину москвичи называли свой город «Третьим Римом» и гордились своим суверенным православием даже перед греками.

Россияне гордо называют свою столицу – МОСКВА, а иностранцы завистливо говорят «Москау».

Москва так хороша, что гостям столицы часто не хочется уезжать из нее. Иностранцы мечтают о том, чтобы их фирмы почаще оплачивали им командировки в этот прекрасный город. Ведь где как не здесь можно увидеть золотые купола церквей, иконы Андрея Рублева и десятки тысяч полураздетых, длинноногих красавиц, разгуливающих летом по Тверской. Но для того чтобы окунуться в эту сладкую жизнь, гостям столицы необходимо пройти серию испытаний.

Испытание №1. Архипелаг Шереметьево

Аэропорт Шереметьево похож на пересыльную тюрьму. На выходе из самолета стоят на туфельках-шпильках несколько скучающих девушек-пограничниц в коротких юбках. Бывалый пассажир сразу после выхода из самолета начинает бежать, чтобы как можно скорее успеть на паспортный контроль, расположенный в мрачной, похожей на пещеру клоаке. На отрезке пути между самолетом и границей выигранная минута бережет час. Перед паспортным контролем стоит неорганизованная, многонациональная толпа, назвать которую очередью не поворачивается язык. Стоящим в псевдоочереди есть о чем подумать. Например, о том как легко можно было бы организовать все культурно, на западный манер, с разграничительными барьерами и регулировщиком. Наконец наступает счастливый момент, когда выбеленная перекисью блондинка ставит в вашем паспорте штамп въезда в Россию. Щелк! Следующий!! Первое испытание позади, очередь за вторым.

Испытание №2. Багажный застенок

Зал выдачи багажа напоминает застенок, в котором грузчики-садисты зло издеваются над багажом. У этих служителей чемоданного культа нет ничего святого. Они швыряют рюкзаки о землю, пинают их ногами и, наконец, просто ходят по грудам саквояжей и сумок, разбросанных на гранитному полу. Кажется, что они пытаются выбить из багажа признания в каких то невиданных преступлениях, явно испытывая при этом нездоровое удовольствие. Особый цинизм просматривается во всем процессе, который как будто специально выдуман, для того чтобы еще раз унизить пассажиров. Переполненная змея транспортера ползет по залу, замысловато извивается и вновь исчезает в черной дыре стены. Из-за стены доносится матерная брань грузчиков. Мама, что означает слово №%*? – удивленно спрашивает маленький любознательный мальчик с легким иностранным акцентом. В багажном застенке путешественник чувствует себя неуютно, дискомфортно и теряет надежду когда-нибудь увидеть свои чемоданы. Но не так страшен черт, как его малюют. Наконец транспортер выплевывает избитый чемодан к усталым ногам иностранца. Американский турист доволен, он молится своим мормонским святым и заново учится радоваться малому. Ему остается только пройти сквозь толпу бандитского вида таксистов, найти встречающего водителя и поскорее отправиться в гостиницу.

Испытание №3. Такси

– Так ведь развалили страну! Порядка не стало! – раздраженно сетует пожилой таксист, уделяющий больше внимания разговорам нежели дороге. Машина летит, резко меняя полосы и подскакивая на кочках. При Леониде Ильиче такого не было. Брежнев сам жил и другим жить давал. Стабильность была, понимаешь? Водку паленую тогда не продавали повсюду! – не унимается он. Мы едва не задеваем соседнюю машину, но нервы у моего водителя крепче, и он протискивается первым. Машина летит по кольцевой, подрезая себе подобных. Жаркий, липкий воздух обволакивает меня, пыльный ветер хлещет по щекам, выхлопные газы щекочут ноздри. Афиши, проносящиеся мимо, рекламируют выступления рок-звезд мировой величины – Роллинг Стоунз, Джорджа Майкла, Токио Хоутер. Вот и гостиница. Спасибо.

Ренессанс Марриотт

Гостиниц в столице на душу населения катастрофически не хватает. «Маловато будет», – капризно сетует пластилиновый, мультипликационный турист. И это есть чистая правда. Но из того недостаточного количества гостиниц, которые имеются, встречаются довольно приличные, с высокой культурой обслуживания. Именно в одной из таких гостиниц под названием «Ренессанс Марриотт» на Олимпийском проспекте мне и пришлось остановиться. В такой гостинице вам так просто не нахамят и не пошлют куда подальше искать сермяжной правды где-нибудь в Бобруйске, а даже, наоборот, будут улыбаться, выслушивать, всячески угождать, вкусно кормить, поить, ежедневно прибирать в вашей комнате и спрашивать, как вам у них нравится. Стоит высокая культура обслуживания совсем недорого, – всего 450 евро за ночь. Кстати завтрак в стоимость номера не входит.

Некоторые особенности национального характера

В России есть много суеверий, которые я не понимаю. Например, многие люди боятся кондиционеров и уверены в том, что от них одни болезни и простуда. «Выключи ты этот чертов кондиционер! – кричит бабуля-пассажир своему внуку-водителю. – В могилу меня сведешь, ирод!»

Другие думают, что от ремней безопасности в автомобилях никакой пользы, а один вред. «Ремни только людей калечат», – уверяет меня таксист. Недавно одну молодую студентку ремень напополам перерезал. Очевидцы рассказывали, что сама сидела как живая, все при ней, а рыжая голова оторвалась, вылетела в окошко, и покатилась по шоссе. Вот что ремни то делают! В России водители надеются не столь на ремень с подушками безопасности, а на себя да на Бога. Почти у каждого, пускай даже и не верующего водителя, в машине красуется иконка с ликами святых покровителей.

Есть еще одна довольно большая группа людей, которая боится холодных напитков. Пиво у этих людей всегда теплое, водка, вода или кола употребляется вовнутрь только комнатной температуры, а их дети и внуки годами живут без мороженого. «Не пей холодную колу – горло заболит», – учит мама пятилетнего сына и отнимает у него запотевшую, прохладную и столь желанную бутылку с капиталистической газировкой. «Хо-чуууууу!!!» – кричит малыш, топоча ножками.

I Love Moscow.

После того как все квалификационные испытания пройдены, гости столицы могут начинать всеми силами любить Москву, гулять по ее широким улицам, задирать голову, глядя на ее высокие строения, оборачиваться на московских красавиц, а по вечерам и выходным дням ходить в бар, клуб, ресторан, кино, театр, балет, музей и другие увеселительные заведения. «Лепота!» – гордо говорят москвичи, глядя на панораму своего любимого города с Воробьевых Гор. «It’s so beautiful», – завистливо говорят иностранцы.