ВОЗВРАЩЕНИЕ «АНГЛИЙСКОГО ПАЦИЕНТА»

Борис Альтнер

Гарри, младший принц Уэльский, вернулся из Афганистана в Великобританию – его служба в боевых войсках Соединенного Королевства завершилась досрочно.

Суббота, 1 марта, военный терминал лондонского аэропорта Хитроу. Из далекого Афганистана возвращается группа солдат – в полевой пятнистой униформе, в тяжелых ботинках, увешанные оружием и снаряжением, они производят впечатление бывалых бойцов. На их погонах еще лежит рыжая афганская пыль, но скоро она исчезнет вместе с надоевшим цветом «хаки» – на Родине бойцы переоденутся в повседневную форму горчичного цвета, а тяжелые шлемы-сферы заменят немного смешные фуражки-«пирожки». Вполне обычная картина для воюющего государства – необычно лишь огромное количество фотографов и телеоператоров, превративших скромную группу родственников и друзей, встречающих вернувшихся с фронта солдат, в огромную толпу, ощетинившуюся съемочной аппаратурой и время от времени блистающую фотовспышками. Причина подобного пристального внимания известна: именно в этой группе прибыл из Афганистана некий лейтенант (или, как говорят британцы, «лефтенант») конной гвардии Ее Величества Генри Чарльз Альберт Дэвид Виндзор, более известный командирам и подчиненным, как лейтенант Уэльский, а всему миру – просто как принц Гарри. Подобным вниманием к своей особе он вовсе не обрадован, однако нет худа без добра: в толпе репортеров до поры до времени сумели затеряться те, кто встречают именно его – отец, принц Чарльз, и старший брат, принц Уильям. В этот день они оделись как можно незаметнее, выбрали для поездки скромный (по меркам британского королевского дома, конечно) BMW 736 неприметного темно-коричневого цвета и отказались от присутствия телохранителей – по крайней мере, явного. Все было сделано для того, чтобы подчеркнуть: ничего из ряда вон выходящего не происходит, просто семья встречает вернувшегося с войны младшего сына. Как писал поэт: «Home ist he sailor, home from the sea, And the hunter home from the hills»…

Тем не менее, конечно же, возвращение принца Гарри из Афганистана – событие примечательное, в особенности для репортеров: в конце концов, отправку его на фронт все они попросту прошляпили. После того как младший отпрыск королевской фамилии окончил одну из лучших военных академий мира, Сэндхерст, он в ультимативной форме потребовал от отца и бабушки, королевы Елизаветы II, не препятствовать его военной карьере – принц Гарри собрался на войну в Ирак. В конце концов, – заявил он, – незачем было 44 недели мучиться, продираясь сквозь одну из тяжелейших программ военного обучения, чтобы становиться штабной крысой или, еще того хуже – придворным воякой. Британия ведет войну, и лейтенант Уэльский не хуже прочих, он желает с оружием в руках защищать свою страну и демократию, как тысячи других «томми» в униформе. Королева на удивление быстро согласилась, и в Бэкингемском дворце началась бурная подготовка к отправке воина на фронт. Протекала она примерно так, как поется в песенке: «Провожала на разбой бабушка пирата: ложка здесь, чашка здесь, чистая рубашка здесь…». Нет, чашки-ложки клан Виндзоров не собирал – вместо этого был подготовлен целый взвод солдат, более-менее похожих на принца Гарри, двойников младшего принца Уэльского. Их планировалось разместить в различных боевых частях, несущих службу в Ираке, чтобы исламисты ни за что не догадались, где же именно воюет настоящий Гарри. Впрочем, Аль-Каида не смутилась: ее иракский руководитель Абу Мусаб аз-Заркауи заявил в ответ, что его люди попросту перебьют и захватят всех, кто хоть отдаленно похож на принца.

В Ирак лейтенант Уэльский так и не отправился. Оказывается, вся шумиха с его предполагаемым назначением в экспедиционный корпус Великобритании в этой стране оказалась своего рода «дымовой завесой», предназначенной для обмана не только террористов, но и журналистов: пока масс-медиа рассуждали о бедном Гарри, которого не пустили повоевать, он тихо-спокойно был откомандирован на Гиндукуш. Завеса держалась более двух месяцев: все это время репортерам скармливали одну байку за другой – принц в Африке, снимает документальный фильм (один, о тяжелой жизни детей в далеком Лесото, он и, в самом деле, успел снять пару лет назад), принц, расстроенный запретом ехать в Ирак, удалился «в деревню, в глушь» и не желает никого видеть… Все это время Гарри вел простую, бесхитростную жизнь боевого младшего командира: таскал по перевалам неподъемный ручной пулемет, спал, завернувшись в доху, на пятнадцатиградусном морозе, ходил в патрули… Никаких поблажек «на высокородность» он не получал – его боевые товарищи даже не догадывались, что рядом с ними тянет солдатскую лямку не простой лейтенант Вэйлз, а тот самый принц Уэльский. Когда обман вскрылся, командование немедленно отправило Гарри домой: его присутствие на фронте стало представлять опасность не столько для него самого, сколько для бойцов его подразделения. Талибы, тоже читающие, оказывается, британскую «желтую прессу», возрадовались, узнав, что у них есть шанс добиться того, чего не удалось сделать их «коллегам» из Аль-Каиды – убить или захватить в плен младшего внука Елизаветы II. Естественно, в таких условиях малозаметный лейтенант превратился в настоящий магнит для пуль, а с ним – и все, кто его окружали. Так что принц, хотя и донельзя расстроенный, не стал возмущаться, а исполнительно козырнул, собрал вещмешок и уехал домой. Свою долю солдатской каши он съел – пусть не досыта, но все же вполне достаточно.

О подробностях его десятинедельной боевой вылазки пока ничего не известно: британское командование надежно перекрыло репортерам доступ к его товарищам, которые могли бы за соответствующее вознаграждение рассказать о том, как воевал принц Уэльский. Да и далеко не всякий журналист рискнет сунуться туда, где он служил: с началом весны боевые действия на юге Афганистана непременно активизируются – как только перевалы освободятся от снега и на его месте появится «зеленка», а британцам на Гиндукуше, как известно, даже минувшей зимой приходилось куда как солоно. Так что любопытствующей публике придется немного подождать скандалов и увлекательных разоблачений. А пока что рейтинг принца Гарри в Великобритании вырос как никогда: бывший «трудный ребенок» королевского семейства обогнал в популярности отца и старшего брата. Родная бабушка-королева, хоть и не явилась встречать его в аэропорт собственной персоной, успела сделать заявление для прессы: по ее монаршему мнению, ее внучек – настоящий герой, потому что ухитрился не простудиться в таком жутком морозном климате. Забыты его эскапады с алкоголем и наркотиками, из-за которых Гарри был прозван даже «беглым пациентом Бедлама» (знаменитая лондонская психиатрическая клиника – прим. ред.). Прощено его появление на карнавале в нацистской форме – Британия обожает лейтенанта Виндзора, а к двум секретерам в его апартаментах, полным любовных посланий от девушек со всего мира, уже прибавился третий. По-прежнему стойко не любит младшего принца Уэльского лишь Аль-Каида: устав гоняться за ним по «горячим точкам», ее руководители пообещали пристрелить ненавистного благородного оккупанта прямо дома, на Британских островах.