ЕС: ТРОЕ В ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ… ОСТАЛЬНЫХ

Виктор Лернер

На завершившемся в Брюсселе очередном саммите руководителей стран и правительств Евросоюза лидеры всех государств-членов ЕС с редким единодушием присоединились к плану борьбы с финансовым кризисом, который был накануне разработан лидерами государств еврозоны. Отныне, по общему решению, этот план становится всеевропейским. Несмотря на столь положительный сигнал, европейские биржи отреагировали на саммит очередным обвалом.

Французскому президенту Николя Саркози, который в данный момент, по совместительству, является председателем Евросовета, пожалуй, в эти дни приходится весьма трудно. К сожалению, он, по мнению многих наблюдателей, обладает одним значительным для политиков и игроков в покер недостатком: Саркози совершенно не умеет скрывать свои чувства. Все, что он переживает – воодушевление, скорбь, энтузиазм, озабоченность – обычно отражается на его лице, так что ему никогда не удается вселить в слушателей оптимизм своими речами, если сам он этого оптимизма не испытывает. Сам президент Франции, кстати, осведомлен о своей слабости: в одном из интервью он с немалой долей иронии заявил, что предпочитал бы обращаться к французам исключительно по радио. Вот и на этот раз, выступая на заключительной пресс-конференции в Брюсселе, французский лидер не смог совладать с лицом. Его речь была полна, как говорится, «чувства глубокого удовлетворения»: президент Франции отметил, что план выхода из кризисной ситуации, разработанный руководителями государств еврозоны, был единодушно принят лидерами всех стран ЕС, и что нет худа без добра – может быть, именно эти трудные времена сплотят европейцев между собой и продемонстрируют всем, что Европа – в самом деле, не на словах, едина. К сожалению, выражение его лица при этом словно бы читало собственную речь: «Плохи дела, – говорило оно собравшимся, – туго нам всем придется, и если вы думаете, что плохо сейчас – погодите и посмотрите, как будет потом!».

Может быть, европейские биржевые маклеры как раз и отреагировали на мимику Саркози, а может быть – они просто оказались куда лучше осведомлены о результатах брюссельской «встречи в верхах», однако факт остается фактом: если после принятия лидерами стран еврозоны «спасательного пакета» биржевые курсы по всей Европе (включая даже Турцию и Россию) рванулись вверх, то после саммита в Брюсселе они так же стремительно рухнули обратно «в подвал»: за вчерашний день только курс акций франкфуртской биржи (пожалуй, наиболее устойчивой в Европе) упал на 7%. Хуже всего, как обычно, пришлось лондонской бирже: здесь потери в течение дня торгов достигали даже 11%. Так же лихорадит и другие биржи Европы – специалисты говорят о так называемом «эффекте маятника», когда игроки делают ставки на краткосрочные покупки и продажи акций, стремясь выжать из кризисной ситуации как можно больше в как можно более короткие сроки. Но подобный эффект с пользой для себя может использовать лишь тот, у кого достаточно денег в депо, чтобы диверсифицировать, разнообразить направления покупки-продажи. Иначе говоря, «эффект маятника» – игрушка для богатых, а вот мелким вкладчикам здесь ловить нечего: подобные скачки вверх-вниз лишь усиливают их неуверенность и заставляют держаться подальше от биржи как таковой.

Что же так обеспокоило европейских биржевиков? Казалось бы, все замечательно, европейские лидеры в кои то веки без споров договорились меж собой, в ЕС царит мир и согласие, и даже строптивые поляки, которым никогда ничего не нравится, ухитрились ни с кем не поссориться (если не считать того, что польский президент Лех Качиньский не поделил служебный самолет с польским же премьером Дональдом Туском – но это, как писали братья Стругацкие, совсем другая история). Причина беспокойства финансовых кругов Европы довольно проста, хотя и не лежит на поверхности. Суть в том, что когда государства еврозоны объявили о своем плане помощи банковскому сектору – каждая страна, входящая в «ареал евро», назвала конкретные цифры: каких размеров пакет они намерены предоставить своим банкам. В случае же с Евросоюзом все получилось несколько иначе: лидеры государств ЕС с удовольствием согласились на то, чтобы соседи им помогли. Ни Польша, ни Болгария с Румынией, ни балтийские государства вовсе не собираются предоставлять своим банкам какие-либо деньги. Вместо этого они надеются на то, что деньги будут предоставлены «богатенькими буратинами» из еврозоны – и тут уж полностью согласны друг с другом. Что же касается двенадцати стран, использующих евро в качестве общей валюты – далеко не все из них имеют возможность, а главное – желание помогать кому-либо еще. Даже из коренной европейской «четверки» выпала Великобритания: премьер Ее Величества Гордон Браун прямо заявил, что его страна в данный момент испытывает самые большие затруднения и поэтому единственные, кому британцы могут помочь – это сами британцы. Получается, что задача спасения европейских банков ложится на плечи всего лишь трех государств Евросоюза: ФРГ, Франции и Италии. Сильвио Берлускони особых эмоций по этому поводу не проявил: ему не впервой вытаскивать из лужи то разорившееся предприятие, то разорившуюся страну – а теперь он вполне в состоянии попытаться вытащить и разорившуюся Европу. За приличные дивиденды, естественно: Берлускони – бизнесмен до мозга костей и этого не скрывает. Так же спокойна оказалась и Ангела Меркель: самая могущественная женщина мира (по рейтингу журнала Forbes) знает, что Германия так или иначе уже десятки лет является главным донором ЕС, и вложенные сейчас деньги в будущем окупятся сторицей – как прибылями, так и политическим влиянием. Саркози, как уже было сказано, расстроился: его правительству так или иначе придется влезать в долги и перспектива дополнительных расходов для него – не из радостных. Тем не менее, французский гонор не позволил «президенту Европы» остаться в стороне – и он также впрягся в неподъемный воз финансирования. Особых преимуществ для Франции он не обещает: влияние на иностранные банки французскому руководству попросту не нужно, а политическим влиянием оно обладает и без того. Таким образом, европейскую «лодку» придется снимать с финансовой мели трем «бурлакам», в то время как все остальные будут в ней сидеть и покрикивать: «Ну-ка, навались!». Так что реакция биржевиков и банкиров вполне объяснима: они не уверены, что трем правительствам, пусть даже и самым сильным в Европе, удастся это поистине неподъемное начинание.