МЫ МОЖЕМ ПОМОЧЬ

Елена Петухова

В 16 лет хочется влюбляться. Гулять до утра с друзьями, ходить на концерты, не слушаться родителей. А еще в 16 лет отчаянно хочется быть сильным – таким, чтоб горы сворачивать, чтоб говорили: этот может все.

Ване Лисицыну как раз 16, и он уже смог гораздо больше, чем многие его сверстники. Лучший ученик в классе, увлеченный математикой, физикой, химией, участник городских и областных олимпиад, он окончил музыкальную школу и мечтал продолжать заниматься музыкой – играть на саксофоне.

Когда два года назад, еще в Николаеве, у спортивного, рано вытянувшегося подростка после банального ушиба стало болеть бедро, никто не ожидал серьезных проблем. Боль то появлялась, то исчезала, но не проходила, усиливаясь с каждым днем, не отступая даже по ночам. Потом поднялась температура.

Полное обследование, проведенное там же, в Николаеве, показало, что у Вани рак костей, одна из самых агрессивных форм заболевания: саркома Юинга.

Диагноз – рак часто звучит, как приговор. Врачи говорят, что каждый больной и его родные проходят несколько стадий: от отрицания самой возможности болезни, до периода гнева и последующей депрессии, когда опускаются руки и хочется сдаться. И только потом наступает рациональное восприятие ситуации, когда человек уже способен принимать решения и серьезно заниматься лечением. Ванины родители, Сергей и Анастасия Лисицыны знали, что не могут себе позволить потерять ни одного дня, они завязались в тугой узел и немедленно начали делать все, что возможно, для спасения сына.

Несколько месяцев Ваню обследовали, оперировали и наблюдали в Николаеве, затем в Киеве. Друг семьи Рустам Исмаилов одновременно передавал снимки и документы в детский онкоцентр имени Димы Рогачева – родители Вани были настроены не дать страшной болезни ни единого шанса. Да и все, кто знает Ваню и его родителей, бросились на помощь: Ванина школа даже организовывала благотворительные ярмарки, собрав на лечение значительную сумму. Иван перенес операцию на костях таза, ведь при саркоме Юинга опухоль наиболее часто поражает нижние части длинных трубчатых костей, кости таза, лопатки, ребра, ключицы и позвонки. Восемь блоков мощнейшей химиотерапии, в том числе одна высокодозная с трансплантацией собственных стволовых клеток, отравили Ванин организм, но дали наконец надежду: врачи зафиксировали положительную динамику.

Но весной этого года болезнь вернулась. Рецидив с метастазами в костях скелета означал только одно: требовалось немедленно приступать к новому лечению. Однако и киевские, и московские врачи разводили руками, ведущие специалисты онко-центров Украины и России в один голос признали 16-летнего Ваню некурабельным пациентом, то есть не поддающимся излечению.
«Мы ничего не можем сделать» – самая страшная фраза, которую могут услышать родители, держа за руку своего больного ребенка. Эти слова перечеркивают жизнь, отнимают надежду. Но Иван и его родители не собирались сдаваться.

Вместе с врачами и друзьями семьи, в том числе Рустамом Исмаиловым, который смог организовать заочную консультацию в Москве, они принялись искать специалистов и программы, которые рискнут взяться за Ванин случай, и возможность была найдена: Хьюстонский медицинский центр MD Anderson, детально изучив историю болезни, предложил Ване участие в экспериментальном протоколе лечения. Экспериментальные протоколы – это исследовательские программы, тестирующие новые методы лечения и наблюдающие, как именно тот или иной препарат или схема лечения влияет на состояние больного. Часто для таких программ приглашаются пациенты из-за рубежа, но с условиям, что пациенты должны полностью соответствовать всем параметрам программы, – тогда лечение оплачивается принимающим медицинским центром. И подходит пациент или нет, решается уже на месте, когда местные врачи имеют возможность провести полноценное обследование самостоятельно.

Собрав все имеющиеся средства и получив официальное приглашение из клиники, уже летом Ваня с отцом купили билет и приехали в Хьюстон, не говоря толком по-английски, не зная ни одного человека в городе и не представляя себе, где и как они будут жить все это время. Поскольку никакого опыта лечения за границей у отца и сына Лисицыных не было, они также слабо понимали, как именно работает американская медицинская система. Знали только одно: у Вани появился шанс, а значит, риск стоит того.

Нашлось место в Ronald McDonald House – благотворительной организации, которая предоставляет кров семьям детей, находящихся на лечении. Нашелся и человек, который взял на себя общение с врачами: Григорий Нурулин сам когда-то победил рак, и спасли его именно в MD Anderson, тогда как другие центры давали неблагоприятные прогнозы. Григорий переводит с английского всю информацию для Сергея и Вани и помогает разобраться с документами, которых оказалось неожиданно много.

К сожалению, бесплатно попасть в экспериментальную программу не удалось: некоторые показатели у Вани просто не удается измерить, а без этого врачи не могут включить его в протокол. Но они предложили оставить Ивана в госпитале и провести еще одну серию химиотерапии, поскольку однажды она уже помогла. Состояние Вани пока не позволяет начать полноценный курс. Но уже то, что американские врачи взялись лечить Ваню – настоящее чудо.

Каждый день приносит Ване с папой новую надежду. «Мы ничего не можем сделать» – это не про них: отец и сын сильнее, чем все болезни в мире, потому что они есть друг у друга. Когда мы разговаривали с Иваном, я силилась подобрать правильные слова: ну как можно разговаривать с 16-летним человеком, по сути ребенком еще, о болезни, которая уже украла у него несколько лет полноценной жизни? Юношеский, уже слегка басовитый голос, спокойные, уверенные фразы: принял все как есть не сразу, но научился с этим жить. Буду бороться.

Он будет бороться. И он, и его поистине героические родители, которые нашли варианты лечения в почти безнадежной ситуации и решились на прыжок в неизвестность, они все будут бороться. За Ивана, за маленький, наполненный любовью мир своей семьи, в которой растут еще двое мальчишек – Ваниных братьев. За то, чтобы однажды вернуться к нормальной жизни, где есть школа, одноклассники, с которыми Иван продолжает общаться по скайпу, саксофон и право строить планы на будущее.

За время, проведенное в Хьюстоне, Ваня с папой пережил наводнение, освоился в американском госпитале и познакомился с самыми разными людьми – от медперсонала до других постояльцев Ronald McDonald House. Медсестра в медцентре расстроилась, узнав, что мама Вани далеко и не может его обнять. Просто обнять своего сына, который сражается за свою жизнь на другом конце земли.

А папа старается наполнить каждый Ванин день простыми радостями, о которых многие из нас даже не задумываются. Поход в зоопарк, долгожданная поездка на океан – вполне типично для любого другого 16-летнего мальчишки, живущего в Техасе. А для Вани это целое событие, которое мозаикой откладывается в копилку счастливых воспоминаний и хоть ненадолго отвлекает от больничного быта.

На сегодняшний день Иван уже прошел через тринадцать (!) курсов химиотерапии, курс радиации, не говоря уже о многочисленных биопсиях, пункциях костного мозга и ежедневных изматывающих медицинских процедурах, которые так необходимо сделать, и сделать вовремя. Впереди – химиотерапия и крошечный, но все-таки шанс попасть в экспериментальную программу. Каждый день пребывания в госпитале, каждая процедура стоят немалых денег, которых у семьи уже нет: они отдали все за то время, пока Ваню лечили в Украине. А американский госпиталь не сможет бесконечно лечить Ивана без оплаты.

Злая насмешка судьбы: дома в Николаеве Ваня в свои тогда еще 14 лет много помогал другим: участвовал в городских концертах, часто поздравлял детей из областной детской больницы, областного детского противотуберкулезного диспансера с Рождеством, Пасхой, Днем Святителя Николая вместе с православным сестричеством имени святителя Луки Крымского. А теперь помощь отчаянно нужна ему самому.

У этого мальчика есть надежда на жизнь, потому что есть врачи, которые вместе с ним стараются победить подлую болезнь. «Мы ничего не можем сделать» – не про них. Пусть это будет и не про нас с вами тоже, потому что мы можем помочь Ивану самым ценным: дать ему надежду жить.

Для дальнейшего лечения Ване и его семье нужно собрать 75 тысяч долларов. Сергей Лисицын вместе с близким другом семьи Эриком Харбертом создали благотворительный счет для сбора средств, на который каждый из нас может перевести любую сумму, которую считает нужным. Нет маленьких и больших пожертвований, есть человеческая доброта и желание помочь тем, кто в нас нуждается. Пожалуйста, помогите Ване!

https://www.gofundme.com/helpivanlisitsyn

Если вы хотите помочь, но колеблетесь, опасаясь стать жертвой мошенничества, — пожалуйста, свяжитесь с Ваниными родителями, Сергеем и Анастасией, или с представителем семьи в Москве — Рустамом Исмаиловым. Убедитесь, что это реальная история реальных людей, которые каждый день отвоевывают право на будущее.

Телефон Сергея Лисицына в Хьюстоне: (832) 720-8565

Страничка Анастасии Лисицыной на Фейсбуке: https://www.facebook.com/anastasia.lisitcyna.7

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*