ПРАЗДНИК – С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА И ДО ПОСЛЕДНЕГО ГЛОТКА

Джулия Джонссон

«Чем больше его пьешь,
тем жена кажется красивее,
друзья – вернее, будущее – надежнее,
а все вокруг- терпимее».
Габриэль Шевалье

Каждый третий четверг ноября мир откупоривает бутылки вина последнего урожая главной винодельческой страны мира, чествуя далеко не самое лучшее по качеству, но самое юное, самое дерзкое, самое доступное и, безусловно, самое известное на планете французское вино.

По иронии судьбы наиболее знаменитым красным вином Франции стали не элитные напитки старинных шато, божественный пыльный винтаж и благородная авторская «гаражная» продукция, а молодое и, как верно подобрали слово американцы, uncomplicated вино «эконом-класса». Делается оно из винограда со странным названием Gamay Noir à Jus Blanc – чёрный гамэ с белым соком. Удивительный виноград растет на не очень плодородной почве долины реки Соны в южной Бургундии и совершенно не подходит для создания классических французских вин. Вырубить лозы «виноградной Золушки» покушался ещё герцог Филипп Храбрый в 13-каком-то- году.

Абсолютно всё в его истории не так, как у всех: созревает раньше всех, плотность высадки высочайшая в мире (до 13 тыс. кустов на гектар), собирают его руками (в наше время во Франции в промышленных масштабах ручной сбор винограда практикуется только для настоящего шампанского и молодого Божоле). Продавать незатейливый напиток из этого самого гамэ начинают сразу после ферментации, всего 6 (!) недель спустя после сбора урожая (кто не понимает в виноделии, подсказочка: в этом месте надо ахнуть).

Вино из него производят особенным способом: спелые грозди, не прессуя, укладывают в бродильные чаны на 4-5 дней, и сок бродит внутри целых ягодок. И тут начинает проявляться дерзкий нрав будущего вина – счет идет на часы и минуты. Задержат вино всего на пару часов, оно потеряет веселость, станет терпким и мутным, поспешат, останется слабым и блеклым. В нужный день и час капризный новорожденный напиток переливают в бутылки. И – вуаля! «Воспитывается» он в путешествии. Французы шутят, что у Божоле такой легкий жизнерадостный характер потому, что оно путешествует по миру, а не страдает, как утонченные, полные породистой красоты вина, в темных подвалах с холодными стенами.

Подготовка и транспортировка вина в Лион подводами и баржами занимала около месяца, в дороге оно и созревало. Сегодня его везут по разным дорогам разное количество времени. К примеру, в Россию, в Санкт- Петербург, оно путешествует на паллетах в фурах всего одну-две недели.

Праздник начала продажи молодого вина, один из самых любимых народных праздников Франции и ставший модным в мире, известен как «День Божоле нуво». Старт, конечно, даёт его родная Бургундия, где проходят гигантские банкеты на полторы тысячи пьющих персон, по улицам торжественно шествуют виноделы с зажженными факелами из виноградной лозы, катят бочки, звучит музыка. Можно сказать, испанская фиеста с французским изыском.

Ровно в полночь после двенадцатого удара колокола церкви Св. Николая в городке Божо из винных бочек выбиваются затычки и хмельные струи начинают своё очередное ежегодное триумфальное странствие по планете.

Независимо от часового пояса, дегустация всегда начинается в третий четверг ноября, поэтому за несколько дней до него из деревень и городков этого региона миллионы бутылок отправляются в Лион, по Франции и далее.

Почему я упомянула Лион? История праздника неразрывно связана с этим городом, где дешевое народное вино пили под жареные каштаны во время осенней ярмарки лошадей в квартале Круа-Русс (Croix-Rousse). В стародавние времена вино разливали в специальные литровые бутылки – «лионские по» (Pot Lyonnais).

В середине 19 века объём «по» уменьшили до нынешнего традиционного 46 cl, что привело к страшному неудовольствию местных «по»-потребителей, посчитавших себя обойденными и недополучившими праздника. Выход, ко всеобщей радости, был найден – новые бутылки стали выставлять на стойку бара и продавать «пометражно». В 1 метре насчитывалось 12 бутылок, 13-я давалась «бонусом», за счет заведения. Как же симпатична реплика тех времен: «А месье-то крепок, два метра Божоле выпивает»!

Легендарная традиция прервалась на время Второй мировой войны, но после её окончания возобновилась. В 1985 г. власти приняли решение об установлении единого дня празднования – тот самый третий четверг ноября.

Возможно, именно с этого момента начинается история Божоле нуво как мирового бренда и праздника, который обходит действительно всю планету! Всё-таки французы, с их чувством изящества и стиля, – маркетологи от Бога. «Оно запрыгает по вашему нёбу, как белка. Оно заиграет, заискрится и запоёт. Стоит чуть-чуть подержать его в ложбинке языка, и вот вы уже чувствуете, как вкус этого вина проникает в самое сердце».

«Проникнув в самое сердце» жителей франкоговорящих частей Бельгии, Швейцарии, Канады и бывших колоний Франции на полуострове Индокитай, вино помчалось по миру, чтобы «петь и искриться» в Австралии, Великобритании, США, Германии, Японии, Таиланде, России. Один из показателей ежегодного мирового ажиотажа зафиксирован в Книге рекордов Гиннесса – в 1993 г. за первый бокал Божоле нуво в английской пивной была выложена сумма, эквивалентная 1450 долларов США. Недавно к «стильному празднику» присоединилась Латинская Америка. «Estilo De Vida: Costa Rica Celebró El Beaujolais Nouveau» – объявили газеты.

Причины такой сумасшедшей популярности кажутся мистическими (и, конечно, стоит снять шляпу перед маркетологами, подсадившими мир на нуво). Просто какой-то языческий ритуал и универсальный праздник-приспособленец, вливающийся в любую культуру! Итальянцы стали производить своё Божоле нуво, дав ему имя Novello. Японцы купаются в вине… в прямом смысле слова – наполняя им бассейны (обычно гейши отдельно, самураи отдельно, но бывает и «совместное воспитание полов», как говорил великий Остап Б.).

Американцы в большинстве своём вкус Божоле критикуют, тем не менее многие заявляют: «BN is kind of a big deal».

Что уже говорить о ресторанах и бистро Франции, с их конкурсами на «лучший кувшин» и «золотую бутылку», с подробными путеводителями «По бистро за Божоле» и повсеместно развешанными плакатами с всемирно известным: «Божоле нуво прибыло!»

Интересно узнать историю возникновения этих слов? В середине прошлого века за рынок сбыта Божоле шла настоящая война. Дата «выхода в свет» молодого вина была приурочена не к первой продаже, а к его выносу из подвала. Это приводило к тому, что ровно в полночь грузовики с вином срывались со старта, стремясь раньше конкурентов доставить товар в точки сбыта. В борьбе за оптового покупателя все средства были хороши, и среди виноторговцев шла настоящая «сантабарбара» – коварство интриг, обманы, козни, авантюризм, аварии. Водитель, который первым успевал домчать товар до владельца ресторана или магазина, торжественно выкрикивал: «Le Beaujolais Nouveau est arrivé!»

Между производителями и сегодня происходит негласное соревнование – кто первым доставит свое вино в ту или иную часть света любым транспортным средством (поезда, самолеты, включая реактивные, мотоциклы, вертолеты, велорикши, слоны).

На американском рынке с 2005 г. вместо «Le Beaujolais Nouveau est arrivé!» стал применяться рекламный слоган «It’s Beaujolais Nouveau Time!».

Одновременно с этим началась и компания «Boycott Beaujolais Nouveau – drink local wine!». «We are not drinking poison of Paris!». Критика – непременный атрибут и яркий показатель успеха.

В Париже официально и организованно Божоле нуво впервые появилось в ноябре 1951 г., когда специальное постановление признало раннюю продажу молодого вина законной. И сегодня завсегдатаи бистро и в этот день (некоторые еще и несколько дней после) обходят питейные точки – немного, ведь «дерзкое вино», как называют Божоле французы, развязывает языки, но связывает ноги. После «первого метра» ходить уже не получается, остается только сидеть за столом, вести беседы и благодушно смеяться. Говорят, именно поэтому в этот вечер по стране наблюдается резкий спад преступности, несмотря на всеобщее состояние опьянения разной степени тяжести.

Конечно, парижане не были бы парижанами, перестав критиковать мир в целом, а Божоле в частности. «Нет, Божоле, конечно, пить можно…К примеру, когда хочется сэкономить в баре, или кончилось бургундское премьер гран крю, а душа просит. Но ведь не нуво же! Это же вообще не вино, а… (тут парижанин часто говорит нефеншуйное слово)».

Не стоит закатывать глаза, осуждая парижан. Потому что, если разобраться, вино это на самом деле состоит из сплошных недостатков – слишком простой букет (который европейцы называют «лёгко-фруктовым», а американские сомелье определили как «bananas and bubblegum»), довольно резкий и кислый вкус (пара французских монархов даже запретила подавать «отвратительно кислое питьё» к монаршему столу), далеко ему до «благородства», что «с годами всё лучше и лучше» – оно совсем не выдерживает хранения, максимум месяца три (сделайте себе пометочку – успеть выпить до марта). В нем практически отсутствуют танины, те самые, «придающие красному вину полезность, терпкость и сложность» (среди высокотанинных Бароло, Каберне Совиньон, Мальбек и прочая славная полнотелость). Цвет тоже не впечатляет, а ведь это показатель, связанный с нашими защитниками-антиоксидантами. Продвинутый потребитель знает – чем более глубоким, темным цветом обладает вино, тем больше в нем антиоксидантов (то самое «видит Бог, не пью я, а лечусь»). Лёгкое, блестящее и живое Божоле нуво не обладает таким уж красивым и ярким красным цветом – оно прозрачно. Кто-то из специалистов даже «отличал на свет голубоватый оттенок», но это ж сколько надо выпить того Божоле…

Далее. Как пишет великая Джулия Чайлд, «всегда есть гениальные сочетания еды и вина». Так вот, к Божоле закуску толком и не подобрать. В первых упоминаниях о вине нового урожая в летописях 4 века о еде не было ни слова. Позднее его стали употреблять в День св. Мартина, 11 ноября, под серьезное блюдо – жареного гуся. В конце 20 века было модно щедро запивать молодым вином горячее мясо (читайте «мелодрамный детектив» Т.Устиновой «Третий четверг ноября»). Сегодня его рекомендуют под холодную мясную нарезку и «плато» французских сыров, но и тут всё неоднозначно. Большинство сомелье соглашаются, что с бокалом нуво хорошо сочетается сливочный, мягкий сыр (Brillat-Savarin, Saint-Marcellin, свежий козий). Подходит к молодому вину и молодой твердый Comté.

Главное, как обычно, гармония (молодое к молодому, ветреное к дерзкому, унылое к нудному, томность во взгляде к плавности в жестах). Главное – не выбирать ничего слишком сильного-пахучего-яркого-с самостоятельным характером. Так, милая сырная тарелка, с сезонными фруктами и орехами.

Если кого-то заинтересует моё непросвещенное мнение, то оно таково. Божоле нуво – самое демократичное вино в мире, поэтому, согласно здравому смыслу, оно не должно требовать изысканных или строго определенных закусок. Лично мне кажется (проверено эмпирическим путем), что оно отлично подходит, собственно, и под жареные колбаски (брызнуть на них вином и посыпать ароматными травами), и под обычную мясную или сырную тарелку, и под блюда деревенской (в саркастических кавычках и без) кухни. Помню, как однажды с Божоле нуво прекрасно ужились неожиданно возникшие на столе чебуреки с мясом – человек 20 самых разных национальностей мгновенно впали в блаженную эйфорию и полную гастрономическую зависимость.

Как известно, факт нейтрален и это мы делаем его позитивным или негативным. Нашлись люди, превратившие недостатки Божоле в достоинства.

Нам, любителям праздника, повезло, что во Франции есть такое семейство Дюбёф, которое занимается производством вина с 15 века. Занимается и занимается, пережив войны и революции, встретив эпоху Возрождения и расцвет технической цивилизации. Юный винодел Жорж Дюбёф, в душе художник и поэт, как, собственно, все французы, при этом всегда был отличником производства. Достойный продолжатель дела предков, он старательно учился у лучших виноделов Франции, включая человека-легенду Нандрона, в чьих винных погребах Жоржу открылась истина. Парень увидел шампанское Dom Perignon, разлитое в стильные бутылки оригинальной формы, и понял, что внешний вид может сделать и товар, и прибыль от его продаж по-настоящему запоминающимися. Сегодня вина компании Les Vins Georges Duboeuf разливаются в элегантные овальные бутылки с веселыми фирменными этикетками.

У этих этикеток своя история. Озарение случилось в лондонской гостинице, где попавшиеся на глаза букеты полевых цветов на обоях и в вазах восхитили француза своей эффектной простотой. Колокольчики, маки и ромашки выглядели изящно и свежо – именно то, что надо. Сегодня этикетки Божоле Дюбёф узнаваемы на любом континенте. Позднее на них стали появляться танцоры, узоры, радостные лица и прочие атрибуты праздника.

Первые бутылки своего молодого вина будущий «Король Божоле» продавал соседям, объезжая их на велосипеде, за неимением автомобиля. Умный Жорж был среди первых, кто начал устраивать шумные презентации с доставкой Божоле к определенному времени в разные точки мира пароходами-самолетами-воздушными шарами, даже «Конкордом». На церемонию открытия первой бутылки он стал приглашать кинозвезд, первый бокал продавать с аукциона, разыгрывать призы и устраивать конкурсы. Его идея состояла в том, чтобы, используя момент преемственности (время проведения Дня Божоле нуво примерно совпадает со старинным французским праздником молодого вина), научить Францию, а потом, не скромничая, остальной мир прочно ассоциировать этот день с весельем. И это отлично удалось – праздник приобрел титул национального символа и международного феномена, его стали называть встречей Нового винного года, а удачно придуманная традиция стала модной и популярной (а также и хорошей прививкой от махрового снобизма, но об этом позднее).

Рекламно-маркетинговый ход обернулся беспрецедентным успехом. Бренд был раскручен молниеносно. В 60 г.г. производство Божоле составляло тысячу гектолитров, через 10 лет цифра возросла в 100 раз и ежегодно увеличивается гигантскими темпами. Сегодня 400000 гигалитров (а это столько нулей, что без двух метров Божоле мне даже и не представить, не только не выговорить) импортируются в 200 стран мира. Там с воодушевлением откупоривается и выпивается несчетное количество бутылок «не вина», как говорят парижане. Несчетное – это, пожалуй, красное словцо, на самом деле счетное – 55 млн, половина производства французского виноделия. 30 млн из них ежегодно выпускает уважаемая компания Les Vins Georges Duboeuf.

Юный Жорж давно вырос, стал поставщиком вин фирменного меню Елисейского Дворца и «Конкорда», получил новое почтительное прозвище «Папа Божоле» и статусные мишленовские рестораны Франции редко обходятся без Божоле от Дюбёф.

Совсем скоро, 16 ноября, многие из нас отправятся за юным Божоле последнего урожая в Лион или куда-нибудь поближе. Мы вновь прикоснемся к тайне, в очередной раз раскрыв для себя простой секрет напитка, чья жизнь коротка и прекрасна. Он в том, что к Божоле нуво надо подходить без снобизма и консервативности, не как к элегантному вину и красивому фону для эстетически приятного спокойного общения… и вообще не как к вину, а как к источнику радости и веселого настроения, близкому по духу среднестатистическому жителю мира.
Проще, проще надо быть (раз в год в ноябре). Это совсем не тот случай – «чем дороже коньяк в буфете, тем опернее театр». Давайте нетребовательно и весело праздновать жизнь, легко пить компанейское вино, подходящее для шумных вечеринок и дружеских посиделок, прославлять умных виноделов, обернувших недостатки своего дешевого продукта во благо всем. Дело вкуса – пить нуво метрами из чего придется или подавать его так, как положено в дорогих ресторанах – в тонких бокалах формы тюльпана и немного охлажденным (на мой взгляд, это единственное обязательное условие «при любой погоде»). Кстати, о погоде. «Непредсказуемое вино», как его часто называют, на самом деле непредсказуемо – каждый год у него разный вкус и это влияние погодных условий. Поэтому, наверное, его стоит пробовать, а уже потом рассуждать, стоит оно того или нет.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*