ПЕНТАГОН: СИНДРОМ СТЕНЛИ МАК-КРИСТАЛЛА

Борис Немировский

pМинистр обороны США Роберт Гейтс принял решение отменить в американской армии право на свободу слова. Новый кодекс правил, вступивший в силу с этой недели, запрещает военнослужащим любые разговоры с представителями прессы, если они не будут предварительно согласованы с командованием.

Громкая и быстротечная «афера генерала Мак-Кристалла» завершена: наговоривший лишнего в интервью с «Rolling Stone Magazine», экс-командующий американским экспедиционным корпусом в Афганистане после «вызова на ковер» к президенту Бараку Обаме оказался скоропостижно отправлен в отставку. «Его пример – другим наука»: новый командующий, генерал Петреус, теперь, скорее всего, тридцать раз подумает, прежде чем вообще откроет рот в присутствии журналистов. Тем не менее, Пентагон, не надеясь на скромность своих подчиненных, все же решил подстраховаться: с этой недели в силу вступают новые правила общения военнослужащих с представителями прессы, общий смысл которых можно выразить одной фразой: «Увидел репортера – заткнись!».

На самом деле, «проболтался» журналистам не один лишь Мак-Кристалл: в нашумевшем интервью, полном критических высказываний в сторону как гражданских, так и военных чиновников США, и даже первых лиц государства – вице-президента Джо Байдена и президента Барака Обамы – приводится авторство целого ряда офицеров и солдат, как служивших в штабе опального генерала, так и тех, кто воюет непосредственно на передовой. Мак-Кристаллу эти высказывания стоили карьеры, но его подчиненные, насколько это известно, не пострадали: единогласно утвержденный сенаторами в своей новой должности командующий афганским корпусом генерал Дэвид Петреус до сих пор не сделал ни одной штабной перестановки. И все же, для острастки министр обороны Роберт Гейтс решил в приказном порядке заткнуть рты не в меру болтливым подчиненным. Газета «New York Times» опубликовала вступившую с воскресенья в силу директиву, устанавливающую в американской армии жесткие правила общения с журналистами. «Я весьма обеспокоен тем, что гражданские сотрудники министерства, а также офицеры допускают небрежность в обращении с прессой», – пишет во вступлении к этому документу шеф оборонного ведомства США. Так что «с понедельника, с утра» военнослужащие, попавшие в поле зрения репортеров, официально не имеют права разговаривать на темы, объявленные министром Гейтсом запретными (довольно длинный список этих тем прилагается), а также распространяться о предметах, которые Пентагон хотел бы скрыть от внимания общественности.

На самом деле, в подобной практике нет ничего нового или противозаконного: армия и секретность – как говорится, близнецы-братья. Мало ли, какие военные тайны в состоянии случайно разболтать тот либо иной солдат или офицер? Проблема заключается, однако, в том, что никакие темы, действительно составляющие военную тайну, в распространенный Робертом Гейтсом запретный список так и не попали – они и без того известны любому военнослужащему. Вместо них отныне запрещается критиковать начальство – от взводного командира до президента США, нельзя нелицеприятно высказываться об американской внешней политике и, Боже упаси, пожаловаться на условия службы. Восьмистраничная статья «The Runaway General», опубликованная в «Rolling Stone Magazine» и послужившая причиной падения генерала Мак-Кристалла, пестрела подобными высказываниями: солдаты и офицеры жаловались на плохое снабжение, на союзников (в частности, хорошенько прошлись по французам, по мнению американских солдат, страдающим высокомерием и отсутствием чувства боевого товарищества) и, как водится – на начальство, аж до самого Барака Обамы. Теперь подобные жалобы – под запретом.

Заодно досталось от министра обороны и самим журналистам: по его мнению, репортерам следовало бы не гоняться за «нездоровыми сенсациями», а проявить понимание текущей ситуации и не торопиться записывать слова солдат и офицеров, вздумавших вдруг покритиковать пентагоновских чиновников. Дискуссия о том, правильно или нет, с этической точки зрения, использовать в статьях откровения уставших, частенько подвыпивших солдат – достаточно стара, она ведется, пожалуй, еще со времен Крымской войны 1853 – 1856 годов. Именно тогда, по сути, в Великобритании появились и начали действовать первые настоящие военные корреспонденты и, соответственно, вышли в свет первые критические статьи, затрагивающие действия генералов и политиков. В государствах, где существует свободная пресса, этот спор до сих пор был практически неразрешим: как говорится, «на всякий роток не набросишь платок», и журналисты пишут свои материалы, исходя из собственных представлений о морали и этики, а у госчиновников на них влияния практически нет. Но теперь, похоже, министр обороны США нашел способ разрубить этот гордиев узел: если нельзя ничего запретить репортерам, – рассудил он, – то можно наложить запрет на разговоры с ними. «Слишком многие военнослужащие общаются с прессой не по официальным каналам, – считает Роберт Гейтс. – При этом они дают им попросту неверную информацию, зачастую вырванную из контекста, искаженную и не авторизованную вышестоящим командованием – это недопустимо с точки зрения выстраивания общей картины правительственных действий и целей».

Примерно таким же образом шеф Пентагона намерен выстраивать и свои отношения с прессой – тут его возможности, понятно, гораздо более ограничены, так как репортерам не заткнуть рты с помощью чиновничьей директивы. Тем не менее, можно попытаться отсортировать замеченных в излишне критичном отношении к власть имущим и попросту закрыть для них каналы доступа к информации. При этом выделив нескольких своеобразных «придворных журналистов», которым можно обеспечить «зеленую улицу». Собственно, подобная практика также давно известна и применяется в тех же США. Привечаемые Пентагоном репортеры носят даже официальное название «embedded journalists»» («привлеченные журналисты») и их без проблем берут с собой военные даже в тех случаях, когда отправляются прямо на фронт. Начальство всегда может быть уверено, что в их репортажах никакой неудобной критики не будет. Как говорилось в советское время: «Нам, товарищи, нужны подобрее Щедрины и такие Гоголи, чтобы нас не трогали». Некоторые обозреватели советуют Роберту Гейтсу в этой связи сделать следующий шаг: распространить среди подчиненных фотографии «придворных» журналистов, чтобы их можно было быстро идентифицировать. При виде остальных представителей прессы в этом случае автоматически вступает в силу максима, известная еще со времен Римской империи: «Заткни рот, служивый, и служи дальше!».