АХМАДИНЕДЖАД – О КОРОЛЯХ И КАПУСТЕ

Борис Немировский

i1Очередной раунд переговоров между делегациями Ирана и стран-членов Совета Безопасности ООН об иранской ядерной программе, состоявшийся в Стамбуле, закончился безрезультатно. Иранская сторона оборвала заседание, оказав тем самым «медвежью услугу» турецкому премьер-министру Реджепу Эрдогану, который называет Махмуда Ахмадинеджада своим другом.

Переговоры с Ираном, ведущиеся далеко не первый год, в последнее время проходят по накатанной колее: сначала Совбез ООН грозит введением новых санкций (или даже переходит от угроз к делу, вводя их), потом иранское руководство заявляет о своей готовности пойти на некоторые уступки, после чего с помощью каких-нибудь посредников, теоретически дружественно относящихся к обеим сторонам, назначается время и место для нового раунда. Он начинается, сопровождаемый полными надежд комментариями западных политиков… и заканчивается очередным разочарованием, не принеся ни малейших результатов.

Не стал исключением и нынешний раунд переговоров с Ираном, прошедший в Стамбуле. Накануне прибытия в Турцию делегаций с обеих сторон, министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу выступил с заявлением о том, что его страна возлагает немалые надежды именно на эту встречу – ведь она была организована при посредничестве турецкого руководства, чей премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган считает иранского президента Махмуда Ахмадинеджада своим близким другом. Увы, но Тегеран не оправдал надежды своих друзей из Анкары и провалил очередную попытку договориться дипломатическим способом.

Разговоры ни о чем

По сути, уже в самом начале этих переговоров иранская делегация дала понять, что она не собирается вести конкретный разговор. Первым делом шеф иранской группы Саид Джалили объявил, что не намерен общаться по поводу ограничения обогащения урана – а ведь планировалось, что именно эта тема станет основной в Стамбуле. Страны Совбеза и Германия с помощью МАГАТЭ подготовили детальный и весьма обширный план, как Иран сможет получать в свое распоряжение уран, обогащенный во Франции и в России – естественно, не до состояния так называемого «оружейного урана», но отлично пригодный для использования в ядерной энергетике. Увы, иранская делегация отказалась об этом даже упоминать: Иран по-прежнему настаивает на своем праве обогащать уран у себя дома и без всякого надзора со стороны – то есть, по сути, на праве производить оружейный уран «для мирных нужд».

Министр иностранных дел Евросоюза Кэтрин Эштон, руководившая делегацией стран «5+1» призналась, что весьма разочарована подобным исходом. «Иран не решился начать конструктивный диалог, – заявила она, – и не выказывает готовности приступить к нему в будущем. Таким образом, дальнейшие переговоры откладываются на неопределенный срок». Примерно таким же образом высказались еще два участника делегации – министры иностранных дел Великобритании и Франции. В свою очередь, руководитель иранской делегации Саид Джалили возложил вину за срыв переговоров на партнеров – по его словам, международная общественность должна признать право Ирана на обогащение урана на своей территории. Лишь в этом случае Тегеран будет готов к дальнейшим переговорам. Однако в этом случае возникают два вопроса: во-первых, почему иранское руководство вообще согласилось на встречу в Стамбуле, если знало, о чем именно с ним желают поговорить, и во-вторых, о чем же иранские официальные лица вообще готовы разговаривать?

На это дал ответ лично президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад. Выступая в Тегеране перед журналистами, он заявил, что сожалеет о срыве переговоров и надеется, что на этом диалог между его страной и странами «5+1» не будет прерван. «Если другая сторона признает необходимость соблюдать закон, право и уважение – тогда появится надежда, что будущая встреча приведет к позитивным результатам», – подчеркнул иранский руководитель. То есть, делают выводы международные комментаторы, иранский президент готов к переговорам, если разговор пойдет о чем угодно, кроме иранской ядерной программы. Как в свое время писал Льюис Кэрролл: «Пришло время потолковать о многих вещах; башмаках, о кораблях, о сургучных печатях, о капусте и о королях», но только не о том, о чем с ним собирались разговаривать.

Далеко ли до бомбы?

В свою очередь, представители группы «5+1» также не исключают возможности дальнейших переговоров. Один из высокопоставленных дипломатов в США так обрисовал ситуацию: «Мы продолжаем верить, что для дипломатии еще осталось место и время». Впрочем, в отличие от Ахмадинеджада, его партнеры по переговорам по-прежнему считают, что разговаривать следует конкретно об иранской ядерной программе, а не о мировых проблемах в целом. Как отмечают в эти дни все без исключения участники переговоров, внутри самой делегации стран ООН наблюдается серьезное сближение позиций. Это объясняется просто: даже постоянные «покровители» Ирана, Китай и Россия, вряд ли желали бы видеть тегеранский ультрарелигиозный режим, вооруженный «ядерной дубинкой», а ведь чем дальше затягивается переговорный процесс, тем реальнее становится возможность того, что Иран в самом деле построит «исламскую бомбу».

Объединение американских ученых (FAS) еще пару месяцев назад предупредило, что, по расчетам его специалистов, Иран может получить достаточно оружейного урана для производства атомной боеголовки уже в течение ближайшего года. Конечно, накопить расщепляемый материал и создать саму бомбу – это разные вещи, но даже если представить, что уже в 2012 году у Тегерана может появиться первая атомная ракета – радости подобная мысль никому не приносит.

Впрочем, в данный момент военные эксперты разных стран несколько иначе оценивают ситуацию. По их словам, оценка косвенных данных о недавних событиях в Иране вынуждает пересмотреть возможные сроки создания в этой стране атомной бомбы. Речь идет об атаке компьютерного вируса Stuxnet, которая была отмечена сразу в нескольких иранских ядерных центрах, в их числе, на атомной электростанции в Бушере и на обогатительном заводе в Натанзе. По словам аналитиков, есть сведения, что эта атака гораздо сильнее повредила иранской атомной программе, чем Тегеран в этом признается – возможно даже, что в результате стирания важнейших данных, весь проект оказался отброшен назад, как минимум, на полтора-два года. Сайт WikiLeaks со ссылкой на секретные депеши американских дипломатов утверждает, что применить «кибератаку» американцам посоветовали немецкие специалисты, принявшие участие в разработке вируса – по их мнению, подобные действия гораздо более эффективны на данном этапе, чем любая попытка военной или шпионской атаки на иранские ядерные объекты. Если это так, то, во-первых, слова американского дипломата о том, что «для переговоров есть время и место» можно трактовать таким образом, что у международного сообщества теперь есть еще некоторая толика времени, чтобы повлиять на Иран. Во-вторых, поведение Ахмадинеджада, которое, как ни крути, невозможно трактовать иначе, нежели очередную попытку затягивания переговорного процесса, также может служить косвенным подтверждением того, что Ирану требуется определенная передышка, чтобы восстановить утраченные позиции. Так что иранская бомба, судя по всему, пока еще далека от готовности. Надолго ли?