РОССИЯ: ВСЕ ЕЩЁ ОБИЛЬНА И БОГАТА?

Кирилл Потапов

r1Россия претендует на равноправное место в международных объединениях G-8 и на ведущее в G-20. Трезвые люди не подвергают сомнению членство России в «Большой двадцатке», но про «Восьмёрку» говорят, что это «Семёрка плюс один». Насколько Россия богата и обильна, чтобы стоять вровень с мировыми первоклассными державами?

Если посмотртеь на структуру ВВП, то львиная доля доходов страны – это экспорт сырья, прежде всего нефти и газа, затем чёрных и цветных металлов. Реальных размеров ВВП не знает никто: ни российское статистическое ведомство (ему подают искажённую отчётность), ни Счётная палата (она имеет дело лишь с предприятиями, в которых есть доля государства, да и то проверяет их выборочно, по плану на несколько лет вперёд), ни Министерство финансов и Центральный банк.

ВВП трудно поддаётся исчислению ещё и потому, что товары эскпортируются за валюту, ВВП исчисляется в рублях, не всё поддаётся учёту, обменный курс колеблется (иногда до 20 процентов). Не вся выручка возвращается в Россию – как официально, так и неофициально. Из-за множества причин оценка размера ВВП может колебаться на 30 процентов. А это не просто существенно – это принципиально. ВВП в 2 триллиона долларов и ВВП в триллион с небольшим – это уже два разных государства, две разных экономики. Поясним на житейском примере, понятном из советского прошлого. Выпускник института начал получать 105 рублей в месяц. Через полгода его оклад вырос до 110 рублей. Вопрос: насколько богаче он стал? Правильный ответ – в 2 раза, потому что неснижаемый физиологический минимум расходов составлял 100 рублей в месяц, и только 5 рублей могло идти на любые цели, кроме физиологического выживания. Поскольку в экономике, как и финансах, нет ничего более сложного, чем здравый смысл и арифметика, то разобраться в этих вещах посильно любому нормальному человеку. Чтобы там ни говорили о сложных моделях, о расчётах рисков и доходности – всё это арифметика, в крайнем случае, алгебра. Есть вещи, которые требуют математического аппарата, но это когда считают разновременные денежные потоки с разными ставками доходности и сложными процентами. В остальном же, как в физике: ничего из ничего не бывает, и если где-то прибыло, значит, у кого-то убыло.

Здравый взгляд на вещи подсказывает, что если 80 процентов ВВП – это продажа ресурсов, то есть вынос вещей из дома, то на собственно заработок, что сделано своими руками и мозгами, приходится всего лишь 20 процентов. И если ВВП России принять за два триллиона долларов (что чрезвычайно смело), то доля реальной экономики – 400 миллиардов долларов (что очень и очень скромно). А уж если смотреть на вещи совсем трезво, то реальный размер российской экономики – не более 300 миллиардов долларов, скорее колеблется между 200 и 250. Множество косвенных данных свидетельствуют о приближенности такой оценки к истинной, реальной. Получается, что российская экономика – не всему миру здоровяк, а так себе, провинциальный задохлик, на уровне мелкой европейской или средней африканской страны.

Но, может, народ закрывает глаза на этот позор, ему всё равно, потому что он, как в богатых арабских нефтяных монархиях, живёт припеваючи на нефтяную ренту? А вот и нет. Российское руководство поступает иначе – оно установило так называемую цену отсечения. Это значит, что если цена нефти превышает определённый уровень, то она «отсекается» от производителя и идёт в доход государства. Обычно цена отсечения колеблется в районе 27 долларов за баррель. Это значит, что нефтяная компания должна уложиться в эту сумму и ещё получить какую-то прибыль. При этом в руках государства находится транспортная монополия – компания «Транснефть»; другой «трубы» у нефтяников нет. Стоимость услуг «Транснефти» фактически произвольная, сколько надо, столько и назначает. Жаловаться некому и не на что. Но эта услуга по перекачке должна войти в те самые 27 долларов. Арифметика, примерно, следующая: себестоимость добычи около 18 долларов за баррель, перекачка с подогревом долларов шесть-восемь-десять, плюс пошлины и сборы. В результате денег не остаётся практически вовсе, с того, что удалось выкрутить, надо заплатить обычные государственные налоги (на прибыль и остальное). Но вот ещё одна проблема. Нефтяники России отнюдь не свободны в выборе контрагентов, с которыми им торговать своей нефтью. Государство посчитало, что на это сложное дело слабоумных нефтяных генералов нельзя отпускать самостоятельно, им надо помочь. Для этого придумали особых спецэкспортёров-посредников. Продавать нефть можно только через них, иначе это незаконно и подлежит преследованию. Естественно, посредник не может работать за бесплатно: хотя физически нефть бежит по трубам, а продавцы имеют дело только с бумагами, но архисложная работа с документами оплачивается процентами от выручки, которые тоже должны быть отнесены на стоимость продукта до цены отсечения. То есть с миллиардов ежегодно продаваемых баррелей российской нефти несколько процентов оседает в карманах посредников, причём, в основном, одного – Геннадия Тимченко, владельца швейцарской компании «Гунвор». Сильно ли кто-нибудь удивится, если узнает, что господин Тимченко на протяжении долгих лет был одним из самых-самых близких друзей Владимира Путина? Настолько близких, что у них чуть ли не бюджет был общим. Это даёт повод клеветникам распространять небылицы, что личное состояние российского премьера перевалило за 40 миллиардов долларов живыми деньгами, а не какими-то там акциями.

Народ ненавидит нефтяников за дорожающий бензин, но ему невдомёк, что нефтяники также низведены до положения бесправной нищей скотины, у которой отнимают даже семенной фонд: денег на геологоразведку и освоение новых месторождений просто нет. И работает русский нефтяник на вечной мерзлоте при минус 40 градусах по Цельсию за тысячу-другую долларов в месяц, то есть за деньги, которые получает нелегальный мексиканский иммигрант в Техасе за стрижку газонов.

Поэтому, когда говорят, что к коммунизму в России возврата нет, то лгут сознательно: ведь разница между капитализмом и коммунизмом не в словесной риторике, а в степени отчуждённости трудящихся от результатов своего труда. Труженник в России опять живёт в вопиющей бедности, а протесты подавляются вооружённой силой государства. Люди опять низведены до уровня скотского быдла; за протесты их калечат, сажают в тюрьмы и убивают. Уровень российской демократии показателен на следующем примере. Весь Дальний Восток России пользуется японскими авто. Люди предпочитают японскую машину с хоккайдовской помойки новой российской машине с конвейера. Власти попытались отвадить российских потребителей от японских машин, чтоб поддержать российского автопроизводителя, у которого новые машины отказываются заводиться даже в руках лично премьера Путина (чему был свидетелем весь мир). Сначала настойчиво пытались запретить праворульные машины, потом «по просьбам трудящихся и в целях обеспечения безопасности дорожного движения» предложили повысить пошлины на страрые иномарки. Народ начал протестовать. Местному отряду милиции особого назначения (ОМОНу) было велено этот народ как следует отлупить резиновыми палками. Дальневосточный ОМОН отказался – потому что им тоже надо на чём-то ездить. Властям пришлось срочно отправлять московский ОМОН, чтоб избивать своих граждан на Дальнем Востоке, а заодно и тамошний ОМОН, который переметнулся на сторону врага, то есть народа. Местный ОМОН встретил московский неласково. Чтобы отряды милиции не начали стрелять друг в друга, власти историю замяли, а народ отымели по-другому и сразу весь – подняли пошлины до заоблачного уровня, так что ввозить иностранные машины старше семи лет стало просто бессмысленным. Те бизнесмены в США, которые занимались экспортом авто в Россию, потеряли свой бизнес.

Насколько же всё ещё обильна и богата российская земля, если каждый год из неё вывозят и вывозят по триллиону долларов? Деньги эти фактически не возвращаются в страну и не вкладываются законными путями в экономики других стран. Они где-то прячутся. Министр финансов Кудрин призывает иностранных инвесторов вкладывать средства в Россию, но свою добычу находящееся у власти КГБ держит в самом надёжном месте в мире – в Казначействе США. Эти деньги чекисты называют золотовалютными резервами Российской Федерации, хотя золота там почти нет, одна валюта, более полутриллиона долларов. Внутренний российский рубль – это заменитель доллара для внутренних расчётов. Сколько есть долларов в золотовалютных резервах России, под которыми которыми понимаются казначейские облигации США, столько рублей эмитируется Центральным банком РФ по им устанавливаемому курсу. Это очередное гениальное изобретение хитроумных чекистов – привязать дохлого карлика российской экономики к экономике США, и паразитировать на ней, как муха на пашущем быке. Реальная экономика России – это статистическая погрешность в экономических показателях США, а экспортная выручка теряется в огромной массе евродолларов, то есть долларов США, находящихся в обращении вне американской экономики. Для России это означает следующее – пока жива американская экономика, будет кое-как жить и российская; что никак не мешает во всех российских бедах обвинять злокозненную администрацию США и вредного президента Обаму лично.

Но чтобы никто не догадался о масштабах экономических преступлений КГБ против своего народа, то с недавнего времени все данные о нефтяных запасах в стране засекретили. Теперь непонятно, сколько продали и сколько там ещё осталось. Объявили государственной тайной, за разглашение которой – тюрьма. Никаких логических и рациональных объяснений такому решению нет, кроме как необходимость прятать неблаговидные свои делишки и неконтролируемое разграбление недр. Как нет и необходимости прятать от народа данные по расходам на Олимпийскую стройку в Сочи.

В предыдущем номере газеты мы обещали приоткрыть завесу этой тайны. Это действительно тайна. Единственный орган в России, который имеет право проверять расходы государственных организаций – Счётная палата РФ – все финансовые показатели расходов на Олимпиаду печатает в бюллетене с грифом «Для служебного пользования». Тиражом 50 экземпляров. Это не укладывается в голове: расходуются деньги налогоплательщиков на спортивное мероприятие (не на оборону, не на госбезопасность, не на секретные космические исследования) – и все цифры засекречены. Что там прячут?

Официальный бюджет Олимпиады был заявлен сначала в 10, потом в 14 миллиардов долларов. При этом злые языки утверждают, что смета превышена уже вдвое, а к 2014 году реально будет истрачено около 50 миллиардов долларов на сооружения, красная цена которым – 5 миллиардов долларов с большим запасом. Когда архитектурная общественность увидела эти проекты (а все подготовительные работы велись несколько лет в тайне), ужаснулась и схватилась за голову, менять что-то было уже поздно. Смогли убрать лишь явные ляпы, делающие сооружения непригодными для состязаний и опасными для жизни зрителей. Строительные материалы, которые поставлялись на олимпийские объекты, не выдерживали даже критики, не то что нагрузки. Неимоверными усилиями порядочных людей, коих всё-таки в России большинство, Олимпийскую стройку удалось как-то ввести в график; но это лишь исправление чудовищных ошибок обычного головотяпства, дилетантизма и самонадеянности. Сначала наломали дров, потом позвали приличных людей исправлять непоправимое. Но во что это обходится стране, сказать стыдно, и сколько зарабатывают приближённые Путина, сказать страшно, потому и отчётность по расходам засекречена.

Когда данные будут рассекречены, то с проведением Олимпиады-2014 получится как с восстановлением разрушенной Чечни – по документам она была полностью разрушена и восстановлена пять раз. Деньги каждый раз были выделены полностью и, как это называется в России, полностью освоены. Но об этом в следующем номере.