ПРЕДЕЛЫ ЛЮБВИ

РЕЦЕНЗИЯ НА ФИЛЬМ «ФАВОРИТКА» ЙОРГОСА ЛАНТИМОСА

Начнём с очевидного.  Если «Фаворитку» Йоргоса Лантимоса выдвинули  на десять «Оскаровских» номинаций, это ещё не значит, что картина заработает больше трёх статуэток. Бывало и не такое. Но если получит большую часть, – значит, премия не потеряла ещё способность к развитию. Потому что трудно придумать что-либо более неголливудское на нынешнем конкурсном небосклоне, чем этот фильм.  Рецензенты определили: от авангардистских историй режиссёр перешёл к «костюмно-исторической» драме.  Следовательно, дважды два – четыре, что сказано, то и снято. Раз авторы заявили эпоху королевы Анны, которая правила в начале 18-го века в Англии, значит, и правда на экране байопик, историческое  жизнеописание, слегка  приправленное современными размышлениями на тему женщин и власти… Как бы не так. Скажем сразу, Лантимос в каком-то смысле верен себе, по-прежнему исследуя отношения людей в достаточно замкнутом пространстве. И страшная борьба в новом фильме, которая будет разворачиваться за то, кто именно станет главным законодателем, и будет устанавливать правила, –  сама ли королева Анна, или одна из двух фавориток, – «старая», леди Сара, герцогиня Мальборо, или «новая», Эбигейл Холл – это лишь фон. Хотя автор фабулу держит крепко, но в результате, по воле режиссёра, происходит  деконструкция стиля и жанра  голливудского канона исторического кино.

Давайте разбираться. Что, собственно, происходит в «Фаворитке» с историей? Возьмём для примера классическую дилогию  индийского режиссёра Шекхара Капура, давно уже работающего в Голливуде, – «Елизавета»(1998 г.) и «Золотой век»(2007 г.).  Всё здесь работает на идею верховной власти. То, что Елизавета отказалась от личной жизни, – «Я повенчана с Англией», говорит она, – по большому счёту только подчёркивает значение её судьбоносного выбора цели: превратить Англию в великое государство и расплатиться за это. Никаких фаворитов! Кейт Бланшетт так её и играет. Государство – это она. На дворе -16-й век.  «Его назовут Золотым», сообщит нам закадровый голос, и весь строй картины, – изобразительный и повествовательный, – это удостоверит.

Век спустя, в картине грека Лантимоса, происходит нечто «наоборот».  Непреклонное и поступательное движение вязнет в болоте и останавливается. Оно и понятно : теоретически в последней четверти 15-го века Елизаветой и её полководцами Непобедимая Армада Испании была разгромлена. И век спустя королева Анна вроде бы ещё участвует – с помощью герцога Мальборо, мужа леди Сары, – в войне за испанское наследство. Но все исторические события в ленте Лантимоса происходят где-то за кадром. И получается фильм о тайных пружинах власти, которые не срабатывают. Все обнажено. Никаких подтекстов. «Не желаете ли мою горничную перед отьездом»? – обычная фраза. Интриговать не надо, –  нужно идти напролом. А толку? Главная интрига разворачивается практически уже в самом конце картины. Героиня побеждает свою сначала покровительницу, потом соперницу. Но эта победа Эбигейл – пиррова. Поскольку фаворит – это тот, кто претендует на трон или на решающую долю в Парламенте, но никогда не получит ни того, ни другого. А что делает его могущественным, пока он не обнажит, иногда буквально, свои притязания? Когда мужчины воюют, женщины  обречены друг на друга. И в конце концов наступает момент, когда мужчины им становятся не нужны – на это недвусмысленно указывает сцена первой брачной ночи Абигейл и полковника Маршема, страшная и смешная. Таким образом, все интриги – ради  страстных женских объятий друг друга? Вопрос вопросов.

Кто-то из рецензентов даже решил, что фильм – просто-напросто феминистский. Не уверен, хотя и от «мужского шовинизма» режиссёр принципиально далёк. Хотя бы потому, что мир, который изображён в картине, – это мир, гниющий заживо. Как и королева Анна с леди Сарой (Эбигейл ради карьеры занимается членовредительством), как и мужчины, – члены Парламента развлекаются метанием фруктов по живой мишени, – голому мужику. Делать им нечего.

Королева Анна (её чаще зовут «миссис Молли»), – в этой роли фантастическая Оливия Колман, (вот она-то, вполне возможно, получит «Оскара») сначала восклицает: «Люби меня!» А потом отказывается  от одной своей дамы сердца, потом от другой. Но чтобы убедительно привести к такому финалу, режиссёр, как уже говорилось, сводит на нет торжественную повествовательность «костюмно-исторического» кино, хотя сама история рассказана до конца. Только это – подчеркну – ДРУГАЯ история.  В картине есть прямой на это намёк. Королеве приносят любимого лобстера, а леди Сара говорит: «Это блюдо уже устарело!» «Лобстер» – название одной из предыдущих картин Лантимоса. И так всё время по ходу пьесы. И то, как танцуют, и то, как любят, и то, как перемещаются в пространстве (фильм в основном снят широкоугольной оптикой, – это пространство Эксперимента) , и то, какая приглушённая цветовая гамма в «дворцовых» сценах , – смотря картину, мы буквально ощущаем, что всё это пахнет тленом. Так же режиссёр расправляется и с темой культурной традиции, без которой невозможно чувство истории. Есть эпизод, где леди Сара с грохотом сбрасывает с лестницы книги в поисках томика поэта Драйдена. Не может найти. И это единственное указание на то, что вообще-то, в годы правления  Анны была потрясающая литература английского классицизма, и уже начинался великий роман Дефо, Свифта и других просветителей. Но в «Фаворитке», в отличие от «Орландо»(1988 г.) Салли Поттер, им места нет.

Зачем  же в ТАКОМ, распадающемся мире к чему-то стремиться, делать карьеру таким вот способом? И что происходит с любовью, точнее, её пределами? Всё равно победит желание Анны «быть королевой». А значит,  остаться одной с 17 кроликами, то есть, как она вообразила, своими умершими сыновьями. В последних кадрах кролики эти заполнят экран, – отдельная пластическая и сюжетная тема, – эрзац живого, больше похожие в этот момент на крыс. И это –  возможный будущий «Оскар», – один, другой, третий?! Почему бы и нет. Как известно, англичане не очень любят американцев.

Андрей Шемякин

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*