ЭММАНУИЛ БОРОК: МОИ СКРИПКИ

Начало в #491, #493

НЕ ХОТИТЕ ЛИ ПОИГРАТЬ НА НАШЕЙ СКРИПОЧКЕ?

Как-то в июле 1994 года, через девять лет со дня кражи моей Страдивари, у меня в доме раздался телефонный звонок. На линии был господин по имени Тоби Гуин. Он был известен как дизайнер стерео-колонок. Звонил он мне от имени своей жены. Оба они жили в Форт-Уэрте – бывшем центре по продаже скота и хлопка. Ныне же там находятся несколько музеев мирового значения, а также каждые четыре года проходит один из самых престижных состязаний пианистов мира – Конкурс имени великого Вана Клиберна.

Так вот, этот человек говорит: — У моей жены есть Страдивари по имени Мак-Кензи, и мы бы хотели, чтобы Вы на ней играли. Вы не возражаете? — Не возражаете?! Конечно, — сказал я. — Я эту скрипку хорошо знаю…

Она была сделана в 1685 году самим Маэстро в возрасте 41 года. Этот период считается ранним в его жизни. Он творил вплоть до 1744 года, то есть до самого конца жизни. Двое сыновей помогали ему и делали части скрипок. Но эту скрипку он сделал сам, с начала и до конца. Его сыновья тогда еще были детьми.

— Хорошо, — говорит Тоби. — Когда ее Вам привезти? Привезти? Прямо так, на дом! Ничего себе подарочек! Ну где такое бывает?!

Из 1000 скрипок, сделанных Страдивари, уцелели всего 520. Многие не пережили грозные времена войн и революций, некоторые погибли в пожарах и наводнениях. Но уцелевшие 520 стоят громадных денег, но мне вот так, просто и бесплатно, дают на одной из них играть и даже с доставкой на дом. Как я ни хотел, чтобы это сразу произошло, я должен был ехать в Италию на фестиваль на две недели. Звонок меня застал при погрузке чемоданов в машину. Самолет улетал через два часа.

«Пожалуйста, подождите пока я вернусь, — сказал я и вдруг спросил его: «А Вы вообще-то серьезно? Не передумаете?» «Нет-нет, — сказал Тоби. — Не волнуйтесь, все будет в порядке».

Всю дорогу по пути в Италию я не мог ни о чем другом думать. Одну Страдивари у меня отобрали и вот, не прошло и девяти лет, как мне дают другую скрипку! Того же Страдивари и даже еще лучше! Всю ночь в самолете я не спал. Было у меня очень четкое осознание, что моя жизнь вступает в новый период. И в то же время мне не верилось, что это этот звонок реален, мне казалось, что какое-то обстоятельство вторгнется в мое счастье и все вмиг разрушит…

Самолет приземлился в римском аэропорту, и через два часа на арендованной машине мы приехали в мой любимый город Сиену. Сиена, кстати, и в сердцах итальянцев занимает

особое местечко. Этот город обладает каким-то особым романтическим, притягательным свойством. Для широкой туристической публики там не так много «сногсшибательного». Всего в 50 километрах, во Флоренции – огромное количество феноменального искусства, вот и весь мир валит туда. В Сиену же туристы приезжают на несколько часов. Так что утром и вечером на улицах, в основном, только итальянцы.

Вот и в то утро по улицам ходили местные жители, но какие-то мрачные у них были лица. Явление, надо сказать, довольно редкое. Итальянцы — и вдруг мрачные. Мне эта тягостная атмосфера сразу передалась, и я опять стал сомневаться, что телефонный звонок, который раздался в моем доме, был на самом деле, а не во сне… Потом выяснилось, что Италия накануне проиграла Бразилии Кубок мира по футболу… Вот поэтому в стране такой «траур»!

Теперь понятно. Бегу звонить Тоби и спрашиваю, все ли в порядке, не передумали ли они?

— Нет-нет, — говорит он, — все в порядке! Наслаждайтесь Италией, когда вернетесь — скрипка будет вас ждать…

На следующий день после моего возвращения из Италии приезжают Тоби и его очаровательная жена и вручают мне изумительную скрипку. Конечно, это она – в своей ослепительной красоте, янтарно-оранжевого цвета, как и полагается скрипкам раннего периода Страдивари. Я чувствую, как будто привезли мне мою невесту – познакомиться… Как бывало в добрые старые времена. Я, конечно, сразу в нее влюбился и в следующие 17 лет с ней не расставался…

Расстался я со Страдивари в 2011 году, после того как ушел из оркестра на пенсию. Хозяева передали ее в пользование заместителю концертмейстера оркестра Форт-Уэрта, где она и проживала до нашей встречи. Так и нужно. Пусть она продолжает звучать на радость тому, кто на ней играет, и публике.

БОЛЬШОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

2008 год в моей профессиональной жизни был особо примечательным. Моей собственной скрипке Амати, которую я приобрел в Нью-Йорке в 1976 году, должно было исполниться 400 лет. Она «родилась» в городе Кремона в Италии в 1608 году. Все эти годы я на ней играл много, в основном, в поездках. Как же справить скрипке день рождения?

Наверное, самое главное – отвезти ее на родину, показать там любителям музыки и скрипичным мастерам и сыграть на ней концерт для гордых горожан Кремоны. Вдобавок нужно заказать скрипичный концерт и записать на ней пластинку. Да! Надо сделать документальный фильм о скрипке и о поездке в Кремону.

Концерт был заказан мною замечательному русскому композитору Александру Раскатову, живущему во Франции. Он попросил мои записи, чтобы ознакомиться с характером моей игры и звуком этой древней скрипки. Концерт был написан прямо к началу моей поездки

в Кремону. Он был почти полностью посвящен теме истории гонений еврейского народа и его религии.

Оркестровка была невероятно красочной, с использованием экзотических инструментов из разных стран. Содержание было навеяно трубными звуками древнего инструмента из бараньего рога – шофара, звучащего в канун главного праздника в еврейском календаре – Йом-Кипура, мелодиями еврейских молитв. Оркестр местами звучал тревожно, а порой даже устрашающе.

Договорились, что встретимся с Раскатовым во Франции, где я ему поиграю этот концерт и воспользуюсь ценнейшими указаниями по поводу того, как донести до публики скрытые за нотами чувства и переживания. Было решено, что я заеду к нему по пути в Кремону.

Он проживал в 70 километрах от Парижа в особняке 18-го века. Владельцы этого дома пригласили его у них жить, отвели ему 3 комнаты и даже устроили студию в сторожке. В этом домишке в старые времена жил сторож, в обязанности которого входило открывать ворота. Ворота в данном случае нам открыл сам Александр. И после ленча, приготовленного для нас его женой – известной певицей, мы удалились в сторожку-студию, и в этой романтической атмосфере вскоре раздались первые звуки концерта, написанного для меня и моей скрипки.

Проработали мы несколько часов, и пора было возвращаться в Париж, где мы остановились с Квином Матьюсом – кинорежиссером из Далласа, которого я пригласил снять об этой поездке фильм. Квин был мне знаком уже много лет, и выбрал я его потому, что он был большим любителем музыки и уже имел значительный опыт в этой области как режиссер. На следующий день мы отправились в Италию.

В Милане нас встретил представитель городского совета Кремоны, и на новеньком BМW помчались мы в центр города. С этого момента мы стали почетными гостями Кремоны. Мой друг, талантливый скрипичный мастер Борис Свердлик и его очаровательная жена Фаня к тому времени уже несколько лет проживали в Кремоне, где он основал мастерскую по производству замечательных скрипок. Фаня фактически и была организатором нашей поездки. Она принадлежит к той породе людей, которым невозможно отказать. Как только она узнала о моем намерении отпраздновать день рождения моей Амати, буквально не теряя ни минуты отправилась к мэру города и предложила ему идею устроить мой концерт. Нас расположили в гостинице в самом центре города и предоставили зал в Музее изобразительных искусств для концерта.

С этого момента начался сон… Репетировали мы во дворце 18-го века, который принадлежал адвокату из Рима. Он ему достался по наследству, но особенно много времени он там не проводил. Сдавал его в аренду для всяких мероприятий и свадебных церемоний. Прежде чем добраться до репетиционной комнаты, нужно было пройти через несколько залов, уставленных антикварной мебелью и украшенных росписями на потолках.

В планы моего визита в Кремону также входили встречи со скрипичными мастерами. В Ассоциации скрипичных мастеров очень тепло меня приняли и даже подарили мне изумительно оформленную книгу фотографий с видами Кремоны. Мы также посетили одну из самых старых мастерских в городе, где мастер Стефано Кониа (Stefano Konia), с восхищением осматривая мою скрипку, торжественно провозгласил: «Alta сlasse!» — Высший класс!

ВИЗИТ К ОТЦУ

Одним из самых волнительных моментов в моей жизни был визит в Музей музыкальных инструментов, расположенный в городской ратуше Кремоны. Во-первых, я хотел «познакомиться» со Страдивари, на которой играл великий австро-венгерский скрипач, композитор и педагог ХIХ века Жозеф Иоахим – один из самых важных музыкантов Европы, личный другом великих композиторов Иоханнеса Брамса и Роберта Шумана. Этот инструмент под названием Il Cremonese («Кремонец») находится в данном музее.

Всем избранным гостям города дают возможность увидеть и поиграть на бесценном инструменте, не покидая музея. Незадолго до приезда в Кремону я узнал от моей знакомой американки, которая в то время училась в Кремоне мастерству изготовления скрипок, что в музее также находится скрипка Андреа Амати – отца братьев Амати, авторов моей скрипки. Это тот самый Андреа Амати, которого считают родоначальником скрипичной эры. Моя американская подруга сказала, что мало кто играл на скрипке его работы, и она не уверена насчет ее звучания, все-таки «старушке» 460 лет…

Визит этот мне устроил городской совет, опять-таки, по просьбе неотразимой Фани. Я пришел к ратуше за 15 минут до открытия музея. Куратор встретил меня у входа и привел в зал. В плексигласовых коробках были выставлены около тридцати выдающихся инструментов. Среди них находился и «Кремонец» Иоахима. Но первое, что мне бросилось в глаза, была скрипка, выставленная отдельно от всех. Она была в таком же плексигласовом контейнере, что и остальные, но в данном случае она стояла «спиной» к стене и «лицом» ко всем остальным скрипкам. Как будто королева, перед которой выстроились на прием послы из разных стран. Это и была скрипка Андреа Амати, отца двух сыновей, которые сделали мою скрипку.

По моей просьбе куратор открыл шкаф и бережно ее мне преподнес. Этикетка перед экспонатом сообщала: «Сделана для Короля Франции Карла IХ». Я наконец справился с волнением и стал на ней играть. О Боже мой, какой сладкий, благородный звук, как на ней легко играть. Какая она красавица! Лицо куратора сияло радостью. И так я продолжал играть на ней минут десять. — К сожалению, — сказал куратор, — мы должны открытъ двери для туристов через пять минут. Вы, кажется, хoтели познакомиться с «Кремонцем»? — Да, — сказал я. — Конечно!

Я сходу начал на ней играть концерт Брамса, написанный для владельца этой скрипки. На этой скрипке он, наверное, не раз играл этот гениальный концерт. Звук у нее был

огромный и густой, совершенно другой, нежели у «Карла IX». Ощущение, конечно, было впечатляющее! Великий инструмент, но меня почему-то тянуло к другой – той сладкой и очаровательно звучащей скрипке короля Франции.

Мой друг, кинооператор Квин Мэтьюз, снимавший мой визит, не мог снять мою встречу со скрипками из соображений безопасности. Однако я смог сфотографироваться с обеими скрипками (моей Амати и «Королем Франции»).

Финальным событием моего визита должен был стать концерт в городском музее. Собралось так много людей, что пришлось нескольким десяткам зрителей расположиться в соседнем зале. Стульев тоже не хватило, так что люди слушали стоя. Было жарко и душно, но никто не ушел…

Вот эпизод моего концерта. Я исполняю сонату австрийского композитора Генриха Бибера, который родился в 1640 году, через 32 года после рождения Амати. В этой сонате Бибер изображает звуки животных. Особенно примечательны лягушка, петух, курица и кошка, также там звучит Марш мушкетеров.

День рождения моей Аматьки, как ее любовно называют мои друзья, закончился. Кроме поездки в Кремону, компактного диска «Песни для одинокого сердца» («Songs for a lonely heart») и концерта Александра Раскатова, она еще получила «в подарок» документальный фильм о моей поездке в Кремону под названием «A Cremona con Amore» (В Кремону с любовью). Трудно поверить, что период, о котором я рассказал, охватывает более полувека , четыре континента, тысячи выступлений и еще больше – часов, потраченных на занятия, необходимых, чтобы овладеть мастерством игры на скрипке. Многому я, конечно, научился, но еще осталось порядочно.

Конечно, ничего этого бы не было, если бы в один день не пришла к моему отцу его кузина и не посоветовала бы отдать меня учиться музыке. Ничего этого бы не было, если бы мои родители не поддерживали меня материально и духовно. Огромную роль в моей возрастающей любви к скрипке сыграли мои близкие друзья «по оружию», постоянно увлекавшие меня своим энтузиазмом и личным примером. Некоторые из них стали всемирно известными солистами, профессорами, моими сослуживцами. Самое главное, что помимо моей незыблемой любви к скрипке, моя любовь к музыке и прочим видам искусств продолжает меня вдохновлять и духовно обогащать!

Фото из архива автора

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*