СЛАБЫЙ ЗАПАХ «СИЛЬНОЙ РУКИ»

Виктор Лернер

wПарламентские выборы в России оказались наиболее тяжелыми и нервными, пожалуй, за последние 20 лет. Их последствия – полная потеря лица российской властью, непрекращающиеся демонстрации протеста и ужасающая неразбериха, порожденная попытками официальных органов заткнуть рты как своим, так и чужим критикам, и убедить весь мир в том, что все в порядке.

Если пытаться хоть в малой степени осмысливать всю ту противоречивую информацию, которая после выборов поступает в эфир не только из России, но и со всего мира, то в конце концов складывается ощущение, что где-то в мироздании произошел серьезный сбой и так получилось, что теперь одновременно, в одной точке пространства, существуют две параллельные реальности. Одни и те же события трактуются совершенно по-разному и вроде бы невозможно понять, какая из трактовок – верная. Давайте посмотрим все же, что творилось, и что творится.

О том, что «неладно что-то в датском королевстве», многие стали догадываться, еще до того как были опубликованы официальные предварительные результаты. Когда «Единая Россия» с грехом пополам собрала 43% голосов в восточных областях страны, многие предположили, что чем дальше подсчет голосов будет продвигаться на запад, тем серьезнее будет уменьшаться разрыв между лидирующей партией и партиями-соперницами. Не тут-то было. Наоборот, ЕР ушла в отрыв и это было совершенно необъяснимо. Ведь в европейской части России, как известно, симпатии к правящей партии не просто приугасли за последнее время, а снизились весьма серьезно и ощутимо. Tак почему же вдруг оказалось, что все – и голосующие за коммунистов пенсионеры, и питерские поклонники Миронова, не говоря уже о настоящей оппозиции, которую в России принято называть скромным термином «внесистемная», делая вид, что существует еще и «системная», заседающая в парламенте и поддакивающая властям исключительно скрепя сердце и держа фигу в кармане – так вот, почему вся эта протестная избирательная масса вдруг споро и резво стала голосовать за «Единую Россию»? Достаточно было взглянуть на мокрого, как мышь, Медведева и мрачно присутствующего на пресс-конференции в штаб-квартире ЕР, почти безмолвного Путина, и становилось ясно – на такие потери они не рассчитывали. Что-то не сработало.

Однако уже к утру все изменилось. За ночь откуда-то вдруг «нарисовались» целых семь процентов голосов, позволивших единороссам оставить за собой парламентское большинство – а если учесть еще и «карманную оппозицию» в лице «Справедливой России», то, по сути, власть по-прежнему намертво контролирует парламент. Коммунисты и ЛДПР могут расслабиться и еще пять лет рассказывать всем, как бы они все здорово устроили, да вот власть не у них… Вот вам и первый «раскол реальности»: с одной стороны, партию власти «опустили» избиратели, с другой – «подняли»… кто? «Художники» из Центризбиркома? Дружно проголосовавшие за «Единую Россию» пациенты психиатрических больниц и постояльцы «зон»? Миллионы российских граждан, живущих за рубежом и потому испытывающих невероятную любовь к Владимиру Владимировичу?

Второй раскол в восприятии наступил, когда ЦИК объявил, что официальных жалоб от международных наблюдателей, присутствовавших на выборах, не поступило. В эфире Первого канала можно было увидеть тому подтверждения: парочка этих самых наблюдателей, уверяющих налево и направо, что лично они в упор никаких нарушений не заметили, и все прошло чинно-благородно. Уверяли, кстати, по-русски – что приятно. Особенно усердствовал итальянец Джульетто Кьеза – весьма интересный человек. Увы, не могу припомнить, от кого именно он числился наблюдателем, но так получилось, что с его «трудовой биографией» я немного знаком. Джульетто Кьеза, яркий представитель так называемых европейских «левых интеллектуалов», в свое время отчаялся попасть в Европарламент, баллотируясь у себя в Италии, так что с помощью первого в истории русскоязычного евродепутата Татьяны Жданок он примкнул к ее латвийской «партии русских» под названием «За права человека» и пошел на штурм Страсбурга как латвиец. В это же время Татьяна Аркадьевна любезно познакомила его с верхушкой российской власти, после чего Джульетто Кьеза вдруг стал активно заполнять собой экраны российских центральных телеканалов, рассказывая на неплохом русском языке, как отвратительно живется в загнивающей Европе и с какой надеждой весь мир взирает на Путина. Вот и теперь, похоже, он неплохо отработал свой очередной выход на экран.

К сожалению, ОБСЕ и Совет Европы, приславшие своих наблюдателей на выборы, не поддержали мнения Кьезы и российского Центризбиркома об отсутствии нарушений и официальных жалоб. Они высказались вполне четко и недвусмысленно, приведя примеры «каруселей» в пользу ЕР, административного давления, подмены бюллетеней и прочих привычных уже трюков из арсенала «практикующих политтехнологов». Увы, ничто из этого почему-то не просочилось на экраны РТР или Первого канала – вместо этого там показали фрагмент подмосковной встречи Владимира Путина с министром иностранных дел Израиля Авигдором Либерманом. Фрагмент состоял из двух частей: в первой Владимир Владимирович скупо поделился мыслями о возросшем российско-израильском товарообороте, во втором Либерману был задан прямой вопрос: «И шо вы-таки думаете за наши выборы?» Не могу судить объективно, но лично мне показалось, что шеф израильского МИДа не слишком обрадовался перспективе что-либо выразить по этому поводу, так что его ответ оказался достойным классического одесского анекдота. Под тяжелым взглядом Путина Либерман заявил, что «как раз в это время позвонил своим в Москву и они сказали, что все хорошо». Ну, раз Либерману так сказали, где там уже ваше ОБСЕ…

Впрочем, иные политические лидеры Европы и мира все-таки не разделяют мнения безвестных московских телефонных информаторов Авигдора Либермана. Министры иностранных дел Германии и США, Гвидо Вестервелле и Хилари Клинтон, выступили с заявлениями, осуждающими многочисленные фальсификации, зарегистрированные на выборах в Думу. Их российский коллега Сергей Лавров дал Клинтон решительный отпор, посоветовав ей «заботиться о выборах в Америке». Вестервелле вообще не удостоился ответа – если только не считать ответом полное игнорирование. И опять же – до официальных российских СМИ почему-то дошла лишь грозная отповедь Лаврова, а вот сами заявления иностранных лидеров по пути растворились в «белом шуме».

Впрочем, возмущаются-то не только иностранцы. Свои тоже явно недовольны. В той же Москве который день идут многочисленные демонстрации и митинги, а протесты тем временем распространяются на десятки российских городов.

Интересно высказался Михаил Сергеевич Горбачов. Он, видите ли, не в Москве в данный момент обретается, а в Берлине – во второй раз готовит в фешенебельном отеле «Адлон» вручение своих премий «Michail Gorbachev Award». И вот из уюта и комфорта берлинской супергостиницы, 80-летний прародитель перестройки с горечью заявил о том, что «российская власть потеряла лицо», и что, по его мнению, неплохо бы отменить результаты выборов и проголосовать повторно – только теперь уже честно. Кроме того, Михаил Сергеевич с грустью признал, что, по сути, никакой демократии в России за последние 20 лет не получилось, так что теперь придется начинать все сначала.

Примечательно, что это мнение разделили даже российские коммунисты, пришедшие «к финишу» вторыми, сразу после единороссов. Товарищ Зюганов заявил, что его партия намерена направить по инстанциям иск, в котором будут перечислены все нарушения избирательного законодательства. Такой же иск то ли готовится, то ли уже приготовлен ЛДПР. «Справедливая Россия», набравшая немногим большим ЛДПР, скромно помалкивает, усиливая подозрения в том, что эта партия, по сути, является «Единой Россией»-лайт. И опять же реальность трещит по швам, как пресловутая грелка в зубах у Тузика: протесты-то поданы, а вот встать и выйти из Думы ни комми, ни жириновцы не торопятся. На это обратил внимание Григорий Явлинский, предложивший «системной оппозиции» сложить свои депутатские полномочия, отказаться от мандатов и уйти – пусть, мол, там единороссы одни кукуют, чтоб каждому было понятно, кто есть ху… На это Жириновский с Зюгановым угрюмо отмалчиваются.

Что можно сказать в заключение? Только одно. Я не политик, не политолог, не политтехнолог. Глядя на происходящее вокруг, я испытываю немалый сумбур в мыслях и чувствах – и подозреваю, такой же сумбур испытывают сейчас тысячи, если не миллионы людей. Конечно, как говорил царь Соломон, все пройдет, и это тоже пройдет. Но вот что осталось – это легкое, почти неуловимое, но никуда не исчезающее чувство. Чувство, что нас всех чем-то обгадили, а отмыться не дадут. Наверное, придется с этим как-то жить.