ТАЙНА ДЕСЯТОЙ ПЛАНЕТЫ

Геннадий Ушеренко

nНекоторые современные теологи считают, что библейские пророчества о Страшном Суде и Конце Света должны сбыться именно в этом году.

Контакт с внеземной цивилизацией состоялся у Абрамовича в четверг 20 января, ровно в 18 часов 32 минуты. Он так точно запомнил это время, потому что ожидал начало хоккейного матча и все время поглядывал на часы.

Незнакомец стоял по другую сторону балконной двери, перебирая от холода босыми ногами, и пытался привлечь его внимание. Одет он был только в женский халат, из-под которого выглядывали мужские семейные трусы веселенькой расцветки. «Очередной любовник Надьки с 4-го этажа», – догадался Абрамович и, движимый мужской солидарностью, открыл дверь и впустил того в квартиру.

При ближайшем рассмотрении пришелец оказался мужчиной лет тридцати на вид с кожей бледно-синего цвета, которую покрывали многочисленные замысловатые татуировки.

– Что-то ты, мужик, не по сезону оделся, – Абрамович проявил сочувствие. – Давай присаживайся, сейчас что-нибудь принесу для поддержания организма.

Когда Абрамович вернулся с кухни, нагруженный подносом с едой и бутылкой водки, мужик уже сидел в кресле возле журнального столика и внимательно смотрел на экран телевизора.

– Ну, за твое спасение! – Абрамович поднял рюмку. – В следующий раз заранее изучай пути отхода.

Незнакомец выпил предложенное не поморщившись, закусил соленым огурчиком и снова уставился в телевизор. Там показывали очередную научно-познавательную программу. Группа людей ученого вида за круглым столом обсуждала какую-то проблему, поочередно тыкая указкой в карту звездного неба и что-то доказывая друг другу.

– Слышь, профессор, переключай на хоккей, сегодня «Рэйнжерс» играет, – Абрамович попытался привлечь внимание нежданного гостя. Но тот как будто не слышал его, увлеченный увиденным.

Поневоле Абрамович прислушался к происходящему на экране. Очередной выступающий с пеной у рта доказывал существование какой-то новой планеты, которую называл то Х, то просто Десятой.

– В Солнечной системе существует еще одна планета, которая появляется между Марсом и Юпитером каждые 3600 лет. Обитатели этой планеты пришли на Землю почти полмиллиона лет назад и совершили многое из того, о чем написано в Библии…

Внезапно Абрамович осознал, что незнакомец повернулся к нему, и это он, а не телевизор, обращается к нему с продолжением рассказа:

– Я посланец планеты, имя которой – Нибиру. Она приблизится к Земле в этом году, и этот пролет будет разрушительным. Нашу планету населяют разумные существа – аннунаки. Это они создали хомо сапиенса, человека разумного. Внешне мы выглядим так же, как вы. К сожалению, мы не можем спасти всех землян, поэтому мне и еще нескольким посланцам поручено отобрать самых достойных и обеспечить их перемещение на Нибиру.

Абрамович никак не мог поверить в реальность происходящего, но продолжал слушать пришельца, затаив дыхание.

– Вижу, Вы мне не верите до конца, – нибириец лихо осушил еще одну рюмку и хрустнул огурчиком, – сейчас я расскажу Вам, как погибла шумерская цивилизация.

В следующие полчаса Абрамович узнал, что одно из главнейших библейских преданий – Всемирный потоп – имеет шумерское происхождение. Именно тогда часть населения Земли была перемещена на новую планету спасателями с Нибирии, а праведник Ной получил от них непотопляемый ковчег и продолжил жизнь на родной планете.

История, рассказанная Утнапиштимом (так звали пришельца), выглядела настоящей научной фантастикой, но все сомнения Абрамовича исчезли к концу рассказа так же быстро, как и содержимое двух бутылок водки на журнальном столике.

– Абрамович! Ты меня уважаешь? – посланец полез целоваться. – Тогда ты должен мне $100, которые я положу на специальный счет, открытый для эвакуации землян. Нам нужна на расходы местная валюта.

– Я тобой горжусь, Утншшт…, – Абрамович не смог выговорить имя спасителя и чуть не повалился лицом в салат.

Утро встретило его тупой головной болью и сильной изжогой. Абрамович поискал глазами посланца, но тот, видимо, уже улетел в свою Нибирию. «Это ж надо так напиться, – с запоздалым раскаянием подумал он, – а еще говорят, что инопланетяне не пьют!»

С трудом поднявшись, Абрамович увидел остатки вчерашнего пиршества на журнальном столике, среди которых белела бумажка, исписанная непонятными буквами, не похожими ни на один известный ему язык. Тут Абрамович вспомнил, что вроде бы давал пришельцу деньги, за что взамен получил расписку. Проверив бумажник, он обнаружил недостачу как раз этой суммы.

Проклиная себя за доверчивость, Абрамович оделся и вышел во двор. Возле подъезда на лавочке сидела Надька и нервно курила. Лицо ее украшал свежий синяк.

– Вижу, хорошо погуляла подруга, – Абрамович присел на лавку рядом с соседкой.

– Какое там гулянье, – муж заявился в самый неподходящий момент.

Мне плюх накидал, еле спаслась.

– А как же хахаль-то твой? Кстати, где ты только его нашла?

– Представляешь, мужик сам в дверь позвонил. Открываю, а он стоит, в чем мать родила. «Привет, говорит, от братьев по разуму».

Ну, я ему трусы Васькины одолжила, халат свой старый дала. А он ничего мужик оказался – вежливый, обходительный. Только слишком разговорчивый. Все о какой-то то ли комете, то ли планете рассказывал. Обещался с собою забрать. А как Васька явился, я его еле успела на балкон выставить. Бедненький, замерз, наверное.

– А денег он у тебя случайно не просил?

– Хоть бы и просил, так нету. Васька последние пропил.

Абрамович еще немного посидел на лавке, слушая Надькины причитания, а затем вернулся в свою квартиру. На душе было как-то муторно и тревожно, но он посчитал это последствием похмельного синдрома, выпил бутылку пива и завалился спать.

Через два месяца после описываемых событий, поужинав, Абрамович привычно включил телевизор и, усевшись в кресло перед экраном, попытался расслабиться. Телевизионные передачи, однако, этому не способствовали. С экрана пугали ранней импотенцией, простатитом, катастрофами и финансовыми кризисами. Попутно успокаивали тем, что через двадцать лет нервные расстройства станут самой распространенной проблемой человечества. Но закаленного пропагандой Абрамовича пугали вовсе не эти страшилки. Он все больше думал о предстоящем прилете таинственной планеты Нибиры.

После визита посланца Абрамович показал оставленную им записку своему приятелю-филологу, специалисту по древним языкам. Тому не удалось установить родство текста ни с одной из известных языковых групп. Из чего он сделал вывод, что, возможно, текст написан на шумерском языке, который до сих пор продолжает оставаться загадкой для ученых всего мира. Это известие несколько подняло настроение Абрамовича и вселило некоторую надежду.

И теперь, если позволяет погода, он внимательно всматривается в звездное небо, как будто хочет разглядеть приближающийся спасательный корабль инопланетян. Вот только Надька, зараза, может помешать его планам. Ведь количество отобранных жителей Земли будет строго ограничено, а эта корова уже забеременеть успела. Дураку понятно, что не от своего пьяницы Васьки.