О ФИЛЬМЕ «ШКОЛА СОБЛАЗНЕНИЯ»

Это кинороман с тремя героинями, которые окончили в Петербурге курсы соблазнения мужчин под саркастичным названием «Школа стерв». Здесь женщин обучают стриптизу, сексуальным позам и другим секретам обольщения.

В этой меланхоличной трагикомедии ставится столько вопросов и проблем, что каждый зритель волен вынести то, что у него наболело.

ИНТЕРВЬЮ АЛИНЫ РУДНИЦКОЙ ПАВЛУ МЕРЗЛИКИНУ

— Как вы узнали об этой «Школе соблазнения» и почему заинтересовались ей?

— Меня всегда интересовала тема самореализации женщин. Наверное, потому, что я сама женщина и мне понятны эти проблемы, — я до сих пор сама ищу способ удачно совместить семейную жизнь и работу режиссера. В том числе через свои фильмы.

Десять лет назад я заметила, что весь Петербург увешан объявлениями о различных курсах для женщин: «Как стать стервой», «Курсы обольщения», «Курсы эротической магии» и тому подобное. Я решила сделать фильм об этом и начала ходить по курсам. В конце концов нашла то, что искала, — курсы, где в небольшом помещении 50 женщин за два дня и 200 долларов пытались превратиться в новых людей. Мне захотелось зафиксировать этот переход.

 В фильме на этих курсах женщин обучают стриптизу, сексуальным позам и так далее. Как вам разрешили это снимать?

— В 2008 году феминистские движения в России только набирали обороты, поэтому «преподаватель стервологии» Владимир Раковский сам захотел, чтобы о его курсах сняли фильм. Я без проблем договорилась о съемках. Владимир объявил женщинам-ученицам, что будет сниматься документальный фильм, и кто не хочет участвовать, может уйти. Две женщины вышли, остальные радостно согласились. Для них участие в киносъемках было еще одним шагом в сторону трансформации «из гусеницы в бабочку».

 Вас саму не смутило содержание курсов? Девушек учат встречать мужей дома в эротичных образах, выбирать максимально сексуальную одежду и прочее.

— Это было 10 лет назад — тогда было ощущение, что многое меняется, и женщины, видимо, тоже хотели как-то измениться. Поэтому подобные курсы были очень популярны. Преподаватели с большим успехом ездили по городам России, собирали огромные залы и были очень успешны. И мне было интересно это. Я в принципе всегда за, когда человек хочет измениться и прилагает какие-то усилия. Мне как документалисту, интересно исследовать эти изменения людей. Тем более, что женщины воспринимали преподавателя не головой, а сердцем — как какого-то мага, который знает, как и что они должны делать. Это завораживало.

 Но ведь в этой школе транслируется идея, что главная и практически единственная задача женщины в жизни — быть привлекательной для мужчины.

— Да, быть убийственно привлекательной, чтобы потом получать от него все, что тебе нужно. «Ведите себя, как маленькие слабые девочки, и все получится», — вот основная идея Раковского. «Сконцентрируйтесь на эротической пластике и нижнем белье», — учит теоретик «стервологии». «Не давите на мужика, дайте ему самому помочь вам» — транслировал он воспитанницам. В целом — симбиоз и старого феодального [порядка] и нового капиталистического, что логично, ведь мы живем в стране с консервативными ценностями, и эти курсы — прямое следствие этого.

 С какими девушками вы встретились в этой школе?

— Там совершенно разные девушки — с разными запросами и проблемами. Кто-то был замужем и хотел улучшить отношения с мужем. Кто-то искал партнера. Кто-то просто хотел раскрепоститься и измениться.

 В ваш фильм вошли истории только трех девушек, посещавших занятия. Как вы их выбрали?

— Я выбрала девушек, которых больше понимала и чувствовала. Тех, с кем я нашла общий язык. Тех, кто как-то эффектно проявлял себя — вступал в спор с преподавателем, сомневался в обучении, относился к происходящему с юмором.

С ними я познакомилась 10 лет назад на этих курсах. Не могу сказать, что с тех пор я постоянно снимала их, но мы были в хороших отношениях. Мы договорились, что будем снимать самые важные этапы их жизни. Когда у них что-то происходило, они мне звонили, и мы снимали. Конечно, они пускали меня только туда, куда хотели пустить. Иногда они говорили в камеру «стоп, это нельзя снимать» и съемка прекращалась.

 Вы снимали их на протяжении 10 лет, а курсы соблазнения появляются только в начале истории каждой девушки. Почему?

— Изначально я сняла короткометражный фильм — просто об этих курсах. Его показывали на разных кинофестивалях, и у меня там постоянно спрашивали, что случилось с героинями. Мне самой это было очень интересно, в итоге я продолжила съемки и сделала полный метр.

 В фильме очень разные героини. Первая девушка заводит отношения с женатым мужчиной, потом сама выходит за него замуж, но, кажется, не очень довольна в браке. Вторая занимается бизнесом вместе с мужем, но потом уходит от него, потому что перестает любить. Третья сначала одна воспитывает маленького сына, потом все-таки находит мужчину, но они продолжают жить очень скромно — при этом она мечтает о богатой жизни.  Девушки сильно изменились за время съемок?

— Фильм рассказывает о том, как героини пытаются измениться. И внешне они действительно изменились. Но вот парадокс — глубинно ничего не поменялось. Какие проблемы и запросы были у них вначале, такие и остались по прошествии 10 лет. Ничего глубинно не поменялось. Полная стагнация. В этом смысле для меня эти девушки — образ современной России. Консервативная феодальная экономика не позволяет женщинам — и мужчинам — развиваться как личностям.

 Первая героиня действительно даже боится подумать о разводе, потому что считает, что без мужчины не выжить. Но, например, вторая вполне эмансипирована.

— Она пытается быть эмансипированной. Она нам показывает, что происходит, когда девушка не любит человека и хочет развестись. У этой девушки еще нет детей, и перед ней встает вопрос — как вообще жить в консервативном обществе без мужа и детей? [Она думает, что] ее заклюют родственники и близкие друзья, что она станет изгоем.

 А третья девушка?

— Она мечтает о лучшей жизни, но тоже приходит в своеобразный тупик. Она ушла от реальности в мир своих фантазий. И даже в этих фантазиях о лучшей жизни она полностью зависит от мужчины, который почему-то должен ее обеспечить, ведь сама она не может реализоваться достойно.

 То есть вы рисуете абсолютно безвыходную картину?

— Мне в целом кажется, что только либерализация экономики может дать новый шанс всем и женщинам в том числе. Сейчас слабому полу, зажатому в этих консервативных установках, очень сложно реализоваться. Особенно когда рождаются дети — мы, женщины, в этот момент полностью экономически зависим от мужчин, и о серьезной карьере приходится на время забыть.

Из-за экономической отсталости государства условий для того, чтобы женщина рожала, была хорошей матерью, но также и реализовывалась в карьере, — нет. Такое довольно редко может произойти, только если у женщины есть богатый муж или богатые родители, которые могут обеспечить и просторную квартиру в экологически чистом месте, и бебиситтера, и повариху, и уборщицу, и водителя с машиной.

 Вы говорите про изменения в экономике. Что должно измениться на практике?

— Не должно быть разницы в зарплатах между мужчинами и женщинами. Кроме того, государство должно поддерживать женщину. Например, в Дании декретный отпуск по уходу за ребенком делится пополам между отцом и матерью. Там отцы и матери в равной степени участвуют в воспитании детей. У нас же консервативная модель общества. И, как мне кажется, причины кроются именно в экономике. Государство не может ничего предложить женщине, кроме как зажать ее между ребенком и кухней.

— За 10 лет, что вы снимали фильм, ситуация в России в этом плане не изменилась?

— Она меняется. Общество хотя бы медленно, но модернизируется. Сейчас и мои героини пришли к пониманию, что строить жизнь только вокруг мужчины — это тупик. И они пытаются как-то бороться с этими стереотипами. Одна мечтает открыть свой бизнес, вторая пробует себя в кинематографе, третья написала книгу.

Девушки из более молодого поколения тоже развиваются. Но опять же — это пока не родились дети. Когда ты молодой и свободный от обязанностей, можно многого добиться. Но когда рождается ребенок, женщина оказывается одна и занимается ребенком 24 часа в сутки.

 Другие страны, наверно, тоже проходили подобные этапы развития?

— Я делала этот фильм с датскими продюсерами, и они рассказали, что Дания все это проходила 30 лет назад. Сейчас они пришли к ситуации, когда женщина чувствует себя защищенной, даже если она разойдется с мужчиной. А когда ты чувствуешь себя защищенной, просыпается уважение к себе. Ты не думаешь, что тебе негде и не на что будет жить, если тебя бросит мужчина.

 То есть ситуацию должно менять именно государство?

— Да. В той же Дании работает очень много государственных фондов, которые помогают женщинам. Например, в ситуациях, когда женщина по каким-то причинам осталась одна. У них очень много программ поддержки женщин, а у нас нет даже закона о домашнем насилии.

 Через 30 лет у нас будет, как сейчас в Дании?

— Я надеюсь. За это время сменится еще два поколения, и ситуация неизбежно поменяется. Ведь во многом все эти старые установки девушкам транслирует старшее поколение — которое и другой жизни-то не видело.

 В фильме вы часто используете образ Путина — на обложке фильма билборд с его портретом, за кадром звучат его цитаты о роли женщины в России. Почему?

— Потому что он олицетворяет состояние сегодняшней власти. Ведь все это касается не только женщин и семьи. Консервативную российскую баржу медленно, но верно несет на отсталую советскую бесперспективную мель. И что говорить капитану баржи в этой ситуации? Капитан говорит, что на мели всем будет стабильно и хорошо.

 Почему вы назвали фильм «Школа соблазнения» и выбрали ее как центральный образ, хотя большая часть фильма все-таки о повседневной жизни девушек на протяжении 10 лет, а не о занятиях в школе?

— Это такая метафора. В фильме, как и в стране, есть некий учитель, который учит женщин, как им быть счастливыми.

 То есть Россия — это такая огромная «школа соблазнения» для женщин?

— Да, у нас, как и на этих курсах пропагандируется, что женщина должна угождать мужчине. А мужчина должен быть сильным и брутальным — и спорить с ним нельзя. Нужно всегда соглашаться. В Европе такая модель поведения уже умерла.

 Фильм уже показывали на кинофестивале в Дании. Какая была реакция?

— Для Дании дико, что у нас существуют такие курсы. Им интересно было посмотреть и про школу, и про взаимоотношения мужчин и женщин у нас.

Мне кажется, они не до конца понимают этот фильм. Для них в целом уже непонятны эти установки. То есть зачем женщине обязательно быть сексуально привлекательной, ведь главное, какой она человек.

Желающие посмотреть фильм, пожалуйста, зарегистрируйтесь http://ourtx.org/events/14thannualdocumentaryshowcaseimagesofrussia/, и вы получите ссылку на просмотр и встречу с автором. 

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*