КТО НА ВЫБОРЫ?

БЛОГ АЛЕКСАНДРА ВОЛОДАРСКОГО

К Майе Михайловне, кроме меня с моей женой Анной, ходит патронажная сестра Нина. Нина – женщина простая и исполнительная. Уходя в пятницу, в следующий раз она приходит лишь в понедельник, поэтому звонит и передает мне дела на выходные. Так было и в прошедшую пятницу:

– Суп на два дня я сварила, второе тоже и приготовила паспорт Майи Михайловны.

– Зачем паспорт? – не понял я.

– Как зачем? В воскресенье выборы. Поведете Майю Михайловну голосовать.

Зачем Майе Михайловне, которая понятия не имеет, что творится в стране, и наверняка станет привычно искать в бюллетене кандидата от блока коммунистов и беспартийных, идти на выборы – я не знал, но обсуждать тему с Ниной не стал. А напрасно. Дело в том, что Майя Михайловна в связи со склерозом помнит хорошо только то, что вошло в давнюю, многолетнюю привычку. Когда несколько лет назад мы положили ее в больницу, туалет располагался справа от ее палаты. Но всякий раз она сперва не могла найти, где туалет, а, возвращаясь, не могла найти, где ее палата. Я не вспоминаю уже о том, как однажды Майя Михайловна по ошибке улеглась в кровать другой больной, которая в этот момент лежала на боку под одеялом. Больше та больная с головой не укрывалась…

Таким образом, Майя Михайловна доподлинно знает, что ее паспорт всегда покоится на верхней полке в двустворчатом шкафу рядом с пенсионным удостоверением. И паспорт она вынимает один раз, седьмого числа каждого текущего месяца, чтобы получить у почтальона пенсию. А тут кто-то придумал эти выборы на нашу голову…

В субботу я привычно ушел вечером играть в любимый настольный теннис. А дома тем временем раздался звонок. Трубку взяла моя супруга, которая лелеяла этим вечером надежду спокойно посмотреть какое-то заранее облюбованное кино.

– Анечка, – голос Майи Михайловны дрожал от волнения, – у меня пропал паспорт, вы с Сашей его не брали?

– Когда-то мы брали, чтобы взять в ЖЭКе «форму 3», – неосторожно сказала Аня, – но давно вернули.

– Не вернули! – уверенно сказала Майя Михайловна, – он остался у вас.

– Почему вы делаете такой вывод, Майя Михайловна?

– Потому что его нет на месте. А у меня записано – Саша взял паспорт!

– Майя Михайловна, зачем вам вообще вечером паспорт? – решила уточнить Аня.

– Как зачем? Завтра выборы! Я должна пойти и проголосовать!

И тут Аня, которая давно не ходит ни на какие выборы, допустила грубую тактическую ошибку.

– Майя Михайловна, а для чего вам вообще голосовать на этих выборах?!

– Как для чего? А вы думаете, что я уже не человек?! – Майя Михайловна чуть не плакала. – Вы меня уже за полноценного члена общества не считаете? Отдайте мой паспорт!

Дело принимало серьезный оборот. Чтобы выиграть время, Аня заверила Майю Михайловну, что не хотела ее обидеть, и пообещала поискать паспорт. То же самое – поискать паспорт у себя она предложила и Майе Михайловне. Звонок от нее, как и следовало ожидать, раздался через пять минут:

– Анечка, у меня пропал паспорт, вы с Сашей его не брали?

Естественно, что она уже нам звонила, Майя Михайловна забыла тут же, а что у нее нет паспорта – забыть не могла. Практически весь разговор повторился. Только на этот раз Ане показалось, что ей удалось успокоить Майю Михайловну. И ей, действительно, это удалось. Но не удалось успокоить гражданскую совесть Майи Михайловны, которая звала ее исполнить свой гражданский долг. И та вскоре позвонила вновь:

– Аня, завтра выборы! А я не смогу проголосовать! У меня нет паспорта.

Если бы Михаил Самуэлевич Паниковский так же переживал за свой паспорт, как Майя Михайловна, он бы давно его имел! Тут самое место сделать одно лирическое отступление. Как-то позвонили Майе Михайловне из приемной какого-то депутата и пригласили прийти и получить материальную помощь, как участнику войны. Неделю Майя Михайловна, которая крупными буквами записала эту информацию на листике у телефона, донимала меня, когда мы пойдем, и, наконец, мы выбрались. По дороге, сжимая в руках сумочку с паспортом, она несколько раз тревожно спрашивала меня: «Саша, куда мы идем?», а получив очередное объяснение, говорила, волнуясь: «Саша! Но если они меня что-то спросят, я же не смогу ответить ни на один вопрос!». «Майя Михайловна, – успокаивал ее я, – перестаньте себя недооценивать, там будет такой вопрос, что вы обязательно сможете!» И вот мы заходим в приемную, здороваемся, садимся, и секретарша вежливо спрашивает: «Как ваша фамилия?» И тут Майя Михайловна дает ей исчерпывающий ответ и, торжествующе глядя на меня, произносит: «Вы были правы, Саша – я справилась!»

Но вернемся к тому предвыборному вечеру. Естественно, Аня имела уже «то кино», и в отчаянии она решила позвонить мне. Но не тут-то было. Когда идет игра, телефоны в спортзале никто не берет. Во-первых, это неуважение к сопернику, а, во-вторых, мячик цокает об стол – не слышно звонка… Когда я пришел домой в начале двенадцатого, Аня встречала меня на пороге. Слава богу, не со скалкой, а с телефонной трубкой. На связи была… Вы угадали – Майя Михайловна.

– Где Майин паспорт?

– Откуда я знаю! – оторопело ответил я.

– Она звонит десятый раз, она хочет пойти на выборы!

– Сегодня?

– Завтра!

И тут, к счастью, я вспомнил, что мне сказала патронажная Нина… Паспорт гражданки Пивовар Майи Михайловны, 1927 года рождения, спокойно лежал сверху на серванте. С моей подачи Майя Михайловна нашарила его рукой сама.

Что вам еще сказать? На выборы Майя Михайловна не пошла. Наутро она о них благополучно забыла, а я не напоминал. Так что я сходил на выборы сам. И проголосовал мысленно и за нее, и за Аню и даже за свою дочь Асю. Несознательные они все, что с них взять…

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*