НЕСЧАСТЬЕ В ГОРОДЕ ПЕАРЛЭНД

София Гринблат

  15 декабря местный телеканал передал, что полицейские застрелили человека, который вышел к ним с пистолетом, но никто в новостях не сообщил o подробностях происшедшего.

Наш соотечественник Марк Бернадинер приехал в США  в 1989 году. Занимался наукой в Мичиганском университете, преподавал в Нью-Йорке. До иммиграции Марк жил в Москве, окончил мехмат МГУ, защитил кандидатскую диссертацию, занимался научной работой в области нефтехимии. С такой специальностью было абсолютно логично переехать в Хьюстон, что он и сделал в 1992 году.

Юрий Товбин познакомился с Марком в 1993 г. на проекте Сахалин-2, где они вместе работали переводчиками в компании Marathon, с тех пор они стали друзьями. «У Марка был сложный характер, – рассказывает Юрий. – Он очень хорошо разбирался в своей области, но довольно болезненно относился к критике. Он был необыкновенно честным, принципиальным человеком и не шел ни на какие уступки с самим собой».  За эти годы Марк работал во многих переводчeских компаниях, в том числе в Universe Translation и в MasterWord Translation.  Накопив достаточно большой опыт, он совместно с Джорджем Чилингером, издал словарь «Practical English: Russian English Petroleum Dictionary», который и сейчас продается на Amazon.

В 1999 году Марк купил дом в новом микрорайоне в Pearland. Он был всегда дружен с соседями, любил приглашать к себе гостей. Мы с мужем неоднократно бывали у него в гостях. Муж, Евгений Гринблат, много лет составлял ему налоговые декларации. Марк очень ценил работу Русского культурного центра, особенно в последние годы, когда стал скучать по России. Несколько раз делал пожертвования Русскому центру. Последний раз мы приехали к нему в июле 2020 года вот при каких обстоятельствах.

В редакцию газеты позвонила женщина, которая нашла телефон в интернете. Представившись Кристиной, она рассказала, что их сосед совсем перестал говорить по-английски, и ей надо, чтобы кто-то помог ему перевести ее слова. Она просила узнать, хочет ли Марк жить в Хьюстоне или уехать к родственникам в Нью-Йорк. Я узнала Марка по голосу,  поняла, что с ним что-то не так, и мы сразу же поехали к нему.

В доме было чисто и очень пусто: из мебели осталось самое необходимое, книжные стеллажи стояли абсолютно пустые, но в кабинете был письменный стол с компьютером и списком имен с номерами телефонов, кому Марк иногда звонил. Были в этом списке и наш телефон, и телефон его брата и сына, живущих в Нью-Йорке.

Кристина оказалась соседкой, знавшей Марка 16 лет.  Она рассказала, что все соседи о нем заботятся, она часто зовет его к себе обедать, он, в свою очередь, дружит с соседскими детьми, угощает их сладостями. Сосед Хебаб стал настоящим близким другом Марка. Они вместе отмечали все праздники, Хебаб много помогал.

Еще 4 года назад мы заметили, что Марк стал вести себя несколько странно. Он писал жалобы в разные инстанции, но и мы, и Юрий Товбин считали это сложностями характера. В последние годы стало понятно, что Марк болен. У него началась мания преследования, ему казалось, что в банке у него со счета крадут деньги, что кто-то взламывает его компьютер и т.д. Этим летом у Марка совсем пропал английский язык, и он пытался со всеми общаться по-русски.

Было понятно, что ему трудно жить одному, мы уговаривали его продать дом и уехать к родным в Нью-Йорк. Он было согласился, но потом передумал. По телефону сказал мне, что хочет еще немного пожить в этом доме, он здесь всех знает, у него прекрасные соседи, а еще он хотел отметить в доме свое 80-летие.

Не желая больше иметь оружие, Марк еще два года назад продал два пистолета, о чем говорил и нам, и своим родным. При этом он продолжал водить машину, ездить за покупками в Русский магазин, хотя окружающим было ясно, что это опасно. Взамен проданных пистолетов, он купил bb gun и возил его с собой.

Надо заметить, что в полицейском отделении Пеарлэнда Марка уже хорошо знали. Он приходил сюда с различными жалобами, последний раз жаловался на Кристину, что она у него что-то украла, и говорил исключительно по-русски. В отделении не нашли переводчика и связались с сыном, чтобы тот помог с переводом. Полиция с согласия сына решила вызвать комиссию из организации по опеке пожилых людей  Adult Protection Services. Оттуда пришли специалисты с переводчиком и провели с Марком собеседование, после чего выдали заключение, что у него деменция в начальной стадии, и он вполне может жить один. Заключение было получено полицейским отделением.

Через неделю, 15 декабря, Марк поехал в Русский магазин на улице Hillcroft  и заблудился, подобное уже несколько раз  случалось. Остановивший его полицейский взялся помочь. Он нашел в машине Марка блокнот и позвонил по первому попавшемуся номеру. Это оказался номер Кристины.

Кристина приехала и забрала Марка домой.  Приехав домой, она позвонила брату Иосифу Бернадинеру, сообщила, что решила не отдавать Марку ключи от автомобиля, и просила все это перевести, что Иосиф и сделал. Марк был категорически не согласен. Он требовал свои ключи. Со слов Кристины, зная, что тот может пожаловаться на нее в полицию, она решила позвонить в неэкстренную полицейскую службу и предупредить их. Марк продолжал требовать свои ключи и стал грозить ей пистолетом. На той стороне провода в полиции услышали, как Марк взвел курок, и  отправили к его дому целый полицейский отряд.

Очень скоро, по словам соседа Хелаба,  к дому подъехало около 10 полицейских машин. Другой сосед, Левон, живущий в соседнем доме, рассказал следующее: «Я только закончил разговор в Зуме, как вдруг увидел на подъезде к своему дому полицейские автомобили. Дом Марка окружили и стали громко стучать и требовать, чтобы он выходил».

В это же время Марку позвонил сын, узнав от дяди, что тот заблудился. Разговаривая по телефону, Дмитрий  слышал, как рядом говорил еще кто-то, и спросил отца, кто у него в доме; тот ответил, что соседка Кристина.  «Вдруг трубка повисла, – рассказывает Дмитрий, – я подумал, что отец просто не хочет сейчас со мной говорить».

Полицейские требовали, чтобы Марк вышел на улицу. Вряд ли понимая, что они говорят, Марк вышел из двери своего дома и подошел к полицейскому, в левой руке он все еще держал злополучный пистолет, но рука была опущена. Это хорошо видно из видео, которое из своего окна снимал на телефон сосед  Левон. Полицейские кричали: «Бросай оружие», но Марк их не понимал. Когда он подошел совсем близко, полицейский 4 раза выстрели в него в упор из автоматической винтовки.

Худощавый 80-летний человек, о болезни которого хорошо знали в местном полицейском отделении, Марк Бернадинер никак не походил на вооруженного преступника, захватившего соседку в заложники.

17 декабря в полицейском отделении следователь Thomas Smith сообщил прилетевшему из Нью-Йорка сыну, что пистолет у его отца был bb gun.

 

4 комментария

  1. Я отправил полицейскому комиссару города Пеарленд послание по электронной почте, в котором я изложил свое понимание трагедии, назвав происшедшее хладнокровным расстрелом старого, больного человека, и потребовал от полицейского начальника сообщить мне результаты расследования. Если от него придет ответ, я поделюсь его содержанием.

  2. Очень жаль Марка. Я работал с ним короткое время вместе в 2004. Еще один случай в печальном списке жертв идиотизма полиции.

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*