НОВЫЕ СОЛДАТЫ БАРАКА ОБАМЫ

Борис Немировский

oПрезидент США сделал две важнейшие номинации в своем новом кабинете – на утверждение Сената были представлены кандидатуры министра обороны и шефа ЦРУ. Ими стали сенатор от Республиканской партии Чак Хэйгель и многолетний советник Белого дома по борьбе с терроризмом Джон Бреннан.

Оба претендента, по мнению экспертов, символизируют собой значительные перемены в американской военной доктрине. Задача Хэйгеля – окончательно разобраться с войной в Афганистане, задача Бреннана – выстраивание того вида боевых действий, который неофициально был назван «войной дронов». «Хэйгель и Бреннан, – подчеркнул Обама в понедельник 7 января в Белом доме, – являются ключевыми фигурами для моей команды специалистов по безопасности».

Вот уже во второй раз президент Обама делает выбор в пользу республиканца в Пентагоне, после того как четыре года назад оставил во главе Минобороны Роберта Гейтса. По мнению хозяина Белого дома, Хэйгель представляет собой яркий пример «надпартийности», которая в данный момент как нельзя более востребована в Вашингтоне. Что же касается Бреннана, то его главным качеством, заявил Барак Обама, является невероятная трудоспособность. «Я не уверен, спал ли он вообще хоть раз за последние четыре года», – признался президент.

Итак, этими двумя выдвижениями президент США, по большому счету, завершил перестройку своей внешнеполитической и силовой команды: Джон Керри, сенатор от Массачусетса, стал наследником уставшей от бесконечной гонки вокруг земного шара Хилари Клинтон, Чак Хэйгель идет на смену так и не привыкшему к делам военным Леону Панетте, а Джон Бреннан принимает пост от запутавшегося в своих женщинах Дэвида Петреуса. Все эти три кандидатуры отражают смену курса Обамы в американской политике безопасности: подальше от военных противостояний с большими армиями, поближе к спецвойскам, летучим диверсионным группам, кибервойнам, ударам беспилотников… и все это в обрамлении тихой, непубличной, закулисной дипломатии. Наступает время «рыцарей плаща и кинжала».

Скальпель вместо кувалды

В принципе, о том, что «времена старомодной системы эры холодной войны подходят к концу», Обама заявлял еще год назад. Вместо мощной армии Белый дом явно сделал ставку на тайные службы, на надзор и разведку, на «тихую» борьбу с терроризмом и с распространением оружия массового поражения. Трудно сказать, насколько новая система будет эффективнее, но в любом случае она дешевле, что позволяет президенту в кризисные времена, как минимум, отчитываться перед налогоплательщиком об экономии средств. А заодно, как подчеркивает Барак Обама, «новыми средствами можно будет оперировать там, куда противник старается нам закрыть вход». Со своей стороны, Джон Бреннан однажды заявил, что новая политика – это «политика использования скальпеля вместо кувалды».

Отныне широкомасштабные военные операции а-ля Джордж Буш-младший можно считать ушедшими в историю. Будущий министр обороны США Чак Хэйгель в бытность свою сенатором от штата Небраска голосовал за начало войны против Саддама Хусейна, однако критиковал образ действий тогдашнего президента: усиление американского экспедиционного корпуса в Ираке в 2007 году он называл «худшей политической ошибкой со времен Вьетнама». Еще через год, в интервью немецкому журналу «Spiegel», он объявил: «Американская политика в Ираке полностью провалилась». Сенатор-демократ Джон Керри, которому теперь предстоит возглавить Госдепартамент, также проголосовал за войну в Ираке и также превратился чуть позже в ее убежденного противника.

Следует заметить, что именно Чаку Хэйгелю, пожалуй, более других пристало сравнивать что бы то ни было с вьетнамской войной. Он станет первым в истории США министром обороны, который в молодости участвовал в этом походе простым солдатом. «У Чака до сих пор остались шрамы от ранений, в нем сидит даже осколок снаряда с той войны, – подчеркнул Обама, представляя своего протеже, – уж он-то знает, что война – это не абстракция». То же самое можно сказать и о Керри. Будущий шеф американского МИДа в свое время изрядно повоевал в Юго-Восточной Азии, был неоднократно ранен. Оба считают с тех пор войну последним средством, а Керри даже частенько к месту и не к месту склонен в этом отношении цитировать Айзека Азимова: «Война – последнее прибежище некомпетентности». Ни для одного из них война не является средством осуществления какой бы то ни было политической программы. Будучи кандидатом в президенты в 2004 году от демократической партии, Джон Керри заявлял: «Америка не имеет права объявлять войну, если она того хочет. Только, если должна». Примерно в том же духе в свое время высказывался и республиканец Хэйгель: «Я не пацифист, применение силы может быть оправдано, но только в качестве последнего средства, после того как все сядут и хорошенько подумают, нельзя ли обойтись без этого».

«Бери шинель, пошли домой»

Собственно, будущему шефу Пентагона как раз и придется заниматься не столько применением силы, сколько сворачиванием боевых действий. Наряду с урезанием военного бюджета, ему предстоит довести до завершения десятилетнюю военную операцию в Афганистане. До конца 2014 года, как известно, НАТО выведет свои боевые части из этой страны, однако Обама желал бы вывести американских солдат еще раньше. Сколько солдат из тех примерно 70 тысяч, что расположены сейчас на Гиндукуше, должны вернуться домой еще быстрее, чем намечалось? И кто из них должен будет остаться, чтобы затыкать прорехи в обороне даже после 2014 года? На эти вопросы придется дать ответ не Обаме, а Хэйгелю. 66-летнему республиканцу Хэйгелю, на которого, в случае чего, можно и переложить вину за возможные «неувязки».

А пока Хэйгель будет «закрывать» войну в Афганистане, Бреннан в качестве директора ЦРУ, наоборот, станет войну разворачивать – только не старую, привычную войну с дивизиями, танковыми соединениями и поддержкой авиации и флота, а войну новую – с налетами беспилотников в Пакистане, Сомали и Йемене, с «точечными» действиями спецназа, со взламыванием вражеских Интернет-серверов. Бреннан, верой и правдой служащий Белому дому в разных качествах вот уже четверть века, – далеко не новичок в этих вопросах. В конце концов, до сих пор именно в его обязанности входило подавать на стол президенту «проскрипционные списки»: в качестве советника по антитеррористической деятельности, он называл Обаме имена террористов, демонстрировал их фото и советовал, как их половчей ликвидировать. Правда, кому жить, а кому умереть, решал сам президент – судья и палач в одном лице.

Собственно, Барак Обама уже однажды пытался сделать своего 57-летнего советника директором ЦРУ, но тот вынужден был отказаться, после того как оказался вовлечен в скандал с водяными пытками арестованных по подозрению в террористической деятельности – так называемый «waterboarding». Эти обвинения, которые сам Джон Бреннан всегда отрицал, сегодня, очевидно, перестали служить препятствием к его назначению. В лице Бреннана Обама получает на посту директора ЦРУ доверенного человека, чего нельзя было утверждать в отношении Дэвида Петреуса.

Чужой среди своих

Следует также заметить, что назначение Чака Хэйгеля довольно интересно, если рассматривать его во внешнеполитическом аспекте. В любом случае, уже сейчас понятно, что Обаме предстоит выдержать в Сенате серьезную битву за его утверждение на посту шефа Пентагона – битву, в первую очередь, с однопартийцами своего протеже, республиканцами. Однако, в отличие от ситуации с его «первым выбором» на пост шефа Госдепа, Сьюзан Райс, от которой Обама был вынужден в конце концов отказаться, за Хэйгеля он готов воевать с оппозицией.

Что же случилось, почему кандидатура соратника-республиканца вызывает у его коллег такие сомнения? Дело в том, что в сравнительно недавнем прошлом Хэйгель голосовал в Сенате против антииранского пакета санкций, настаивая на том, что проблема иранской ядерной программы должна быть решена за столом переговоров. Может ли он с такими представлениями эффективно «давить» на Тегеран в качестве министра обороны? – задаются теперь вопросом сенаторы-республиканцы. Кроме того, будущий глава Пентагона в свое время запомнился жалобами на «засилье еврейского лобби» в Америке. Впрочем, в своей поддержке Израиля он никогда не давал повода сомневаться, голосуя за предоставление Иерусалиму военной помощи. Тем не менее, как заметил сенатор Линдси Грэхем, Хэйгель станет «самым антиизраильским министром обороны в истории США».

Ну и, конечно же, многие республиканцы по-прежнему обижаются на него за критику иракской операции. Что же касается демократов, то некоторым из них весьма не понравились высказывания Чака Хэйгеля образца девяностых годов прошлого века: в то время он обозвал нового американского посла в Люксембурге «явным и недвусмысленным гомиком». Позже он, правда, извинился. Тем не менее, как говорится, «слово – не воробей» и Хэйгелю, пожалуй, будет сложно набрать необходимые ему для утверждения в должности 60 голосов из 100 в Сенате. Если большинство окажется меньшим, то оппозиция получит право повторного обсуждения его кандидатуры и может попросту затеять бесконечную говорильню на эту тему (этот прием известен в американской парламентской практике, как «filibuster»). У демократов в Сенате в данный момент – 55 мест, а это значит, для утверждения Хэйгелю требуются голоса, как минимум, пяти республиканцев. Впрочем, эксперты предполагают, что голосование по его кандидатуре завершится все же благополучно.

Тем не менее, в одном аспекте Обама уже проиграл заранее – речь идет о «примере надпартийности», который Чак Хэйгель, по мнению президента, должен подать своим соратникам. Потому что республиканцы в большинстве своем уже не считают будущего шефа Пентагона «своим». В частности, газета «Washington Post» отмечает, что «Хэйгель приведет национальную команду безопасности совершенно не в политический центр. Со своими представлениями, вроде иранских, он в состоянии оказаться гораздо левее любой политики, которую Обама проводил в период своего первого президентства».