ВСЕ ЧТО НУЖНО – РОЯЛЬ

sИнтервью с Семеном Скигиным

26 января в Хьюстоне состоялся концерт сопрано Альбины Шагимуратовой «Любовь и безумие». Побывавшим на этом блистательном выступлении повезло вдвойне благодаря пианисту Семёну Скигину, аккомпанировавшему Альбине. Концертмейстер с мировым именем, обладатель премии Grammy, Семён Скигин – автор и вдохновитель программы «Любовь и безумие», а также многих других тематических вокальных концертов, с которыми он выступает в Москве и в Европе.
Семён Борисович в беседе с нашим корреспондентом рассказал о начале своей карьеры, о своей работе с Сергеем Лейферкусом и о том, как появились его «Музыкальные абонементы».

Когда Скигин учился в Ленинградской консерватории, его однокурсниками были Борис Пергаментщиков и Миша Майский, а на 2 курса старше учились Гидон Кремер и Хершхорн. «Все они суперсолисты, с которыми играть ансамбли составляло огромную радость», – признался пианист. Сотрудничество с певцами началось позже и совершенно случайно.

Как и все советские люди, Скигин пошёл служить в армию, и как музыкант попал в ансамбль песни и пляски Ленинградского военного округа. Там собралась элитарная часть творческой молодёжи. Например, хореографом ансамбля (таким же солдатом, как и все) был Борис Эйфман. В этот же набор попал и Евгений Шапин – солист Кировского. «От нечего делать я предложил Жене подготовиться к какому-нибудь международному конкурсу, – вспоминает Семён Скигин. – Мы подготовили программу и после окончания армии попали в Бразилию, где я стал лауреатом Первой премии среди пианистов, а он – среди певцов. А потом остановиться было невозможно. Так певцы заняли главную часть моей исполнительской деятельности».

«Мне повезло, я попал на самый высокий уровень, хотя после распределения в областной филармонии, первые годы я был самым низкооплачиваемым артистом. А всё потому, что «капризничал», диктовал свои условия. К примеру, не играл, когда в концерте был заявлен балет, фокусники, когда программа не нравилась». Коллеги, конечно, с удовольствием забирали эти концерты». После получения первой премии в Рио-де-Жанейро Скигин играл только лучшие концерты, и филармония буквально «воодрузила его на своё знамя, как орден Ленина». За ним закрепилось имя пианиста, аккомпанирующего самым лучшим певцам.
Начались международные конкурсы, посыпались премии. В 1979 году после конкурса Шумана в Цвиккау к Скигину подошёл замминистра культуры и спросил, хочет ли он поехать в Германию преподавать в Дрезденской консерватории? Музыкант ответил: «С удовольствием», рассмеялся и забыл об этом, потому что был уверен, что из СССР его не выпустят ни за что. Но каково же было удивление, когда его пригласили. В течение 3-х лет Скигин был самым молодым музыкальным профессором в Германии. Там он выучил язык, завёл полезные немецкие контакты и, конечно же, получил возможность сыграть концерты с выдающимися немецкими музыкантами.

Перед конкурсом Шумана его подробно инструктировал его друг – баритон Сергей Лейферкус. «Он составил целый список того, что я должен делать, что и где купить и тому подобное, – вспоминает Скигин. – Я сказал: «Серёжа, для начала мы должны выиграть конкурс, чтоб всё купить, и потом, я же пианист, я это всё не унесу. Он помолчал и торжественно сказал: «Всё, что будет куплено – всё будет твоё. Унесёшь!» Эту его напутственную фразу я пересказываю уже почти 35 лет. Лейферкус преподал мне своеобразную школу жизни. Я его иногда в шутку называю «режиссёр-учитель» по аналогии с режиссёром Ленфильма по фамилии Учитель».

Вернувшись после 3-летнего пребывания в Германиия Скигин позвонил Лейферкусу. «Мы встретились и он предложил: «Слушай, давай работать вместе», я сказал: «С тобой – с радостью!» И вот с тех пор, с 82-го года и по сей день мы с Серёжей – не разлей вода. Мы вместе записали более 25 дисков. У нас есть 20 разных программ. Он один из самых замечательных исполнителей, который, по моему мнению, нарушает законы природы. Все певцы со временем теряют качества, а Лейферкус только приобретает. С чем это связано – для меня, как, впрочем, и для всех – загадка. Я думаю, что творческий союз с Лейферкусом – мое главное музыкальное достижение».

Семён Скигин считает свою профессию пианиста-аккомпаниатора счастливой и не подвластной времени – в отличие от профессии певцов, которые с годами теряют свой уровень и уходят со сцены. Подумать только, тех певцов, с которыми он начинал, уже нет в живых – Галина Ковалёва, Мария Биешу, Галина Карева и другие великие исполнители. Старые уходили, но на смену им приходили молодые, не менее талантливые.

«Мне не стыдно сказать, что я работаю только со «штучным товаром». Это касается и молодых певцов, среди которых Альбина Шагимуратова, Юлия Новикова , Дмитрий Корчак, Андреас Шмидт, Олаф Бэр, Эдвин Кроссли-Мерсер. Пианист-аккомпаниатор – как хорошее вино, со временем становится лучше. Главное – не терять своих фортепианных качеств», – говорит Скигин.

У Семёна Скигина свой абонемент в московском Доме музыки. Это вокальные или вокально-поэтические композиции с различной тематикой. Идея таких концертов зародилась в 1980 году, когда пианист первый раз приехал в Германию преподавать. Был апрель, а семестр начинался в сентябре. Несмотря на то что Скигин играл в серии камерных концертов, у него было много свободного времени. Купив себе школьную тетрадку за 5 пфеннигов и засев в библиотеке, он исписал её вариантами будущих камерных программ. Тогда-то родилась «Музыкальная икебана» и множество других программ, одни из которых уже получили признание публики, а другие только ждут своего часа.

«Как ни прискорбно, камерные концерты вокальной музыки практически умирают в России, – посетовал Семён Борисович. – Если в Москве играются 2-3 хороших вокальных концерта в сезон – это чудо. Раньше все суперзвёзды считали своим долгом спеть сольный концерт: Образцова, Атлантов, Нестеренко, Архипова. Сегодня таких концертов не хватает, наверное, поэтому Дом музыки держится за мои абонементы».

Семён Скигин – автор программ, которые выходят за пределы традиционных вечеров камерной музыки. Среди них «Музыкальный вернисаж», где, например, исполняются вокальные циклы Шостаковича «Сюита на слова Микеланджело» и «Из еврейской народной поэзии» с показом литографий художников Анатолия Каплана и Хорста-Дитера Гайера, вдохновлённых этими сочинениями. Другая программа – «Литература и музыка», в рамках которой исполнялись «Прекрасная Магелона» Брамса и романсы на слова Гёте, «Чайковский – письма и романсы» – композиция была составлена специально для меццо-сопрано Ольги Бородиной.

В этом году в Москве проходят концерты абонементов «Звёзды русского зарубежья – Лейферкус, Шагимуратова, Корчак» и «103 страницы из жизни Чайковского» – все романсы композитора в исполнении певцов-учеников Дмитрия Вдовина. В следующем году грядёт «Шубертиада», где Роберт Холл будет петь цикл «Зимний путь», Даниэль Бейли – «Прекрасную мельничиху», а Эндрик Воттрих – «Лебединую песнь».

«На будущее есть уже готовый абонемент «Партнёры Пласидо Доминго» с участием Ольги Бородиной, Сергея Лейферкуса, Юлии Новиковой – теми, кто выступал с Пласидо. Возможно и сам он приедет, – рассказал Скигин. – Пока мне интересно, пока я востребован, не хочется останавливаться. В моём профессиональном лексиконе нет слов «стоп» или «нет».

«Моё сотрудничество с сопрано Альбиной Шагимуратовой началось с того, что её педагог, мой хороший друг Дмитрий Вдовин – руководитель «Молодёжной программы оперы Большого театра», сказал, что я обязательно должен сыграть с ней концерт. Оба концерта – один в Доме музыки, второй здесь, – в Хьюстоне, были мне в радость, надеюсь, и Альбине тоже. Первоначально была идея программы под названием «Музыкальная икебана», но со временем мы с Альбиной изменили её на ту, что зрители услышали в Хьюстоне и в Москве. Думаю, что все случилось к лучшему. Возможно, мы сделаем ещё одну программу, в которую войдёт «Вокализ» Рахманинова (который Альбина исполняет просто гениально) и цикл «Сольфеджио» Прокофьева. А «Икебану», скорее всего, споёт другая певица.

Нам бы хотелось, чтобы визит Семёна Скигина в Хьюстон был не последним, Семён Борисович также не против: «Приеду с удовольствием, если вы подвинитесь поближе к Европе. Но если нет, так и ладно. От Хьюстона я получил большое удовольствие, поскольку здесь удобно жить и к моим услугам всегда был рояль в Русском культурном центре. А что ещё надо?»

4 комментария

  1. Интервью надо писать легче и весомее – чтобы читаемо было и главные факты запоминались! –
    это замечание адресую корреспонденту

  2. “Легче и весомее” – это как? Два взаимоисключающих понятия в одной фразе.

    И что именно вам, NeKozlov, показалось нечитаемым в этой статье-интервью?

    По-моему, очень хорошо написано, информативно и в то же время не нудно.

  3. Текст вроде “Пианист смачно лабал музычку”, – это, NeKozlov, по-Вашему “легко и весомо”? Или как? Речь идёт о большом музыканте, как я понимаю. И главные факты – Грэмми, Лейфкркус, Шагимуратова и собственный абонемент в спиваковском Доме музыки, вроде как, изложены.

  4. Оле и ее коллегам из “НТ” – огромное спасибо за очередную интересную и просто отличную статью! Да еще о таких замечательных профессиональных музыкантах!…

    ВСЕМ – творческих удач и всего доброго! =:)))… Алекс (из Лондона).

Комментарии закрыты.