ПАМЯТИ АЛЕКСЕЯ ГЕРМАНА

gИ снова потеря в культурном мире России. 21 февраля на 75-ом году жизни в Петербурге скончался режиссер и сценарист Алексей Герман.

Алексей Герман, сын замечательного писателя Юрия Германа, родился в Ленинграде 20 июля 1938 года. Окончив в 1960 году Ленинградский институт театра, музыки и кинематографии, он в течение нескольких лет работал в театре. А с 1964 года и до конца жизни Герман работал на киностудии «Ленфильм».

Режиссерским дебютом Алексея Германа стала лента «Проверка на дорогах», снятая по повести его отца. Хотя фильм был завершен в 1971 году, публика увидела его только в 1985-ом: в те годы ленты, не отвечавшие полностью требованиям соцреализма, частенько отправлялись на полку. Герман снял немного фильмов: кроме «Проверки на дорогах», были сняты «Двадцать дней без войны», «Мой друг Иван Лапшин»; и последняя его завершенная лента – «Хрусталев, машину», вышедшая на экраны в 1998 году. Но каждая из его работ становилась событием, о них говорили и спорили. Последние 13 лет режиссер работал над фильмом «История арканарской резни» по произведению Стругацких «Трудно быть богом». Лента почти закончена, осталось записать звук. К великому сожалению, мастер не увидит свой труд на экране.

Сам Алексей Герман называл себя сумасшедшим, поскольку не мог думать ни о чем, кроме кино. По свидетельству сына, Алексея Германа-младшего, перед самым концом его отец диктовал письмо в поддержку студии «Ленфильм», где он проработал всю жизнь. Алексей Герман относился к категории людей, которых принято называть перфекционистами, он не терпел приблизительности, все его работы отличает точность деталей времени, в котором развивается действие. В одном из интервью Герман привел фразу, которая звучит в его последней работе («История арканарской резни»): «Там, где торжествует серость, там к власти приходят черные». Он очень хотел донести эту важную мысль до зрителей.

Друзья и коллеги Алексея Германа считают его «человеком-эпохой», автором шедевров российского кинематографа XX века. Павел Лунгин рассказал, что именно после просмотра фильмов Германа решил заняться режиссурой. «У каждого человека есть свой «будильник» в душе, посмотрев «Двадцать дней без войны» и, особенно, «Мой друг Иван Лапшин» я понял, что это то кино, которое я люблю и которое мне нужно», – сказал Лунгин. Глава киноконцерна «Мосфильм», режиссер Карен Шахназаров назвал Германа «одним из самых принципиальных мастеров XX века». Режиссер Владимир Меньшов отметил влияние фильмов Германа-старшего: «Он обладал большим гипнотическим влиянием на людей. Особенно это его гипнотическое влияние проявлялось в фильмах. Их немного, но они буквально «прилипали» к тебе». Режиссер Константин Лопушанский назвал Германа «эталоном нравственного отношения к искусству, и это очень редкое качество было чрезвычайно важным». По мнению режиссера Александра Позднякова, автора биографического фильма «Герман: по ту сторону камеры», Алексей Герман-старший был не просто талантливым режиссером, но выдающимся деятелем культуры, во многом определившим лицо современного кинематографа. «После выхода его картин советское кино уже не могло быть прежним. Он привнес в киноискусство правду жизни, подлинность человеческих отношений. Творчество Германа повлияло на многих российских и зарубежных авторов», – сказал Поздняков.
А вот что написал кинокритик Андрей Шемякин: «Уход Алексея Юрьевича Германа, – в принципе ожидавшийся (давно болел, на публике появлялся всё реже и реже, озвучание новой картины шло с возрастающим трудом), всё равно стал без преувеличения – как гром среди ясного неба. Это событие, хоть и трагическое, но – знаковое в русском кино, как двойной уход Бергмана и Антониони несколько лет назад в кино европейском. Но дело не только в конце прекрасной эпохи титанов авторского кинематографа, который представляли все три гения, – каждый в своей стране, и – с оговорками в отношении Германа, о которых ниже – в кино мировом. Дело в том, что именно и только Герман последовательно отвоевывал у людоедской Утопии территорию Истории – от лиц и фактур, обреченных на бесследное исчезновение, до коллизий, способных повторяться до бесконечности (о чём и должен был быть фильм “Трудно быть богом”), но всегда единственных в своей конкретности. Теперь эту во всех смыслах титаническую работу делать некому. Но власть мифа уже не тотальна и не беспредельна. Потому что был Алексей Герман и его кинематограф. Был – и есть.
Нет слов. Нет мыслей. Только чувство зияющей утраты.Что остаётся? Читать, пересматривать фильмы. Думать. Из глубины замордованной и замороченной памяти пришли стихи. Вот они»:

Думали: нищие мы, нету у нас ничего.
А как стали одно за другим терять,
Так что сделался каждый день
Поминальным днём, –
Начали песни слагать
О великой щедрости Божьей
Да о нашем бывшем богатстве.

12 апреля 1915
Петербург, Троицкий мост
Анна Ахматова.

1 комментарий

  1. А вот что написал нам Андрей Шемякин сегодня, когда номер уже вышел:

    “Уход Алексея Юрьевича Германа, – в принципе ожидавшийся (давно болел, на публике появлялся всё реже и реже, озвучание новой картины шло с возрастающим трудом), всё равно стал без преувеличения – как гром среди ясного неба. Это событие, хоть и трагическое, но – знаковое в русском кино, как двойной уход Бергмана и Антониони несколько лет назад в кино европейском. Но дело не только в конце прекрасной эпохи титанов авторского кинематографа, который представляли все три гения, – каждый в своей стране, и – с оговорками в отношении Германа, о которых ниже – в кино мировом. Дело в том, что именно и только Герман последовательно отвоевывал у людоедской Утопии территорию Истории – от лиц и фактур, обреченных на бесследное исчезновение, до коллизий, способных повторяться до бесконечности (о чём и должен был быть фильм “Трудно быть богом”), но всегда единственных в своей конкретности. Теперь эту во всех смыслах титаническую работу делать некому. Но власть мифа уже не тотальна и не беспредельна. Потому что был Алексей Герман и его кинематограф. Был – и есть”.

Комментарии закрыты.