МОРИЦ БЕНИОВСКИЙ, КОРОЛЬ МАДАГАСКАРА

Михаил Болотовский

bЕго любили очень красивые женщины, им восхищались самые сильные мужчины, а рассказы о его необыкновенных приключениях обрастали мифами и легендами. Мориц Бениовский – знаменитый авантюрист 18 века, польский генерал, который сбежал с Камчатки и стал королем Мадагаскара…

С места – в карьеру!

С детства Бениовский обладал фантастическим даром убеждать людей. Поговорив с ним пять минут, человек мог поверить во что угодно – даже в то, что Земля вертится вокруг звезд, или в то, что территория Польши больше, чем Англия, Франция и Россия вместе взятые. Скорей всего, Мориц владел уникальными гипнотическими способностями. Отец Бениовского был графом польской короны и одновременно генералом австрийской армии. Мать Морица отдала мальчика в духовную семинарию. Но, недолго проучившись, он возвратился домой.

– Не желаю быть священником! – заявил Мориц. – Мой отец – военный, и я тоже хочу быть военным!

Его мать страстно мечтала, чтобы сын стал священником, а военное ремесло ненавидела всей душой. Но после полуторачасового разговора с Морицем сказала:
– Конечно, что может быть лучше для мужчины, чем карьера военного!

Бениовский поступил в кадетскую императорскую школу в Вене, где пользовался огромным авторитетом среди соучеников и преподавателей – хотя не отличался физической силой, да и глубокими знаниями похвастать не мог. Сдав экзамены, он стал служить под австрийскими знаменами.

Вольному – неволя

В 1768 году в Польше началось восстание конфедератов против России. Проникшись идеей независимости, Бениовский дезертировал из австрийской армии и вступил в ряды конфедератов, которые приняли его с распростертыми объятиями. Но вскоре русские разведчики, проявив чудеса ловкости, ночью сняли всех часовых, и отряд поляков, которым командовал Бениовский, оказался в плену. Проснувшись утром, он увидел, что изба полна русскими солдатами. Бениовский выхватил шпагу и стал драться. В результате он отделался несколькими легкими ранениями, попал к генералу Прозоровскому (командир отряда, взявший Бениовского в плен, почему-то решил, что это очень важный начальник), и клятвенно пообещав генералу больше не участвовать в восстании, оказался на свободе.
Разумеется, слова он не сдержал. Воевал дерзко и отчаянно, вожди конфедератов присвоили ему звание генерала и наградили орденом. А потом он снова попал в плен, и военный суд приговорил Бениовского к ссылке в Казань. Там граф подружился с одним шведом, майором Адольфом Винбладом, который тоже участвовал в восстании поляков. Вскоре они решили бежать в Европу. Дело нехитрое: добраться до Санкт-Петербурга, сесть на какой-то корабль и уплыть восвояси.
Прибыв в Петербург, друзья нашли голландский корабль, но в день отплытия бдительная петербургская полиция перехватила беглецов. Решением судебной комиссии Сената граф Мориц Август Бениовский, двадцати восьми лет от роду, генерал армии конфедератов, кавалер ордена Белого Орла, и шведский дворянин Адольф Винблад, майор мятежников, сорока одного года, – были приговорены к вечной ссылке на Камчатку, в Большерецкий острог, куда отправляли отпетых государственных преступников.

Наука побеждать

Большерецк считался городом – там было около сорока изб, сто обывателей, большинство из которых составляли ссыльные, и гарнизон из семидесяти казаков. Винблад совсем пал духом, а Бениовский посмеивался, говоря, что этот город нравится ему ничуть не меньше Вены или Кракова. Комендант Большерецка Григорий Нилов получил приказание обращаться с вновь прибывшими как можно строже и давать работу потяжелее. Но после разговора с Бениовским наедине попросил стать учителем его сына.

Скоро Бениовский стал общим любимцем – к его мнению прислушивались и ссыльные, и местные жители – камчадалы, и казаки, и сам комендант. А осужденный тем временем придумал план нового побега: ведь под руками корабль «Святой Петр», на котором ссыльных привезли в Большерецк… Доносчик рассказал коменданту о готовящемся побеге. Нилов приказал немедленно привести к себе Бениовского, но тот уже был предупрежден – уж не сыном ли коменданта, который души не чаял в своем учителе? Когда сотник зашел в избу Бениовского, то увидел наставленный на него пистолет.

– Скажи казакам, пусть входят по одному, – спокойно приказал граф. Тот повиновался. Казаки входили, Бениовский с товарищами разоружали их и связывали руки. А к его избе уже бежали ссыльные со всего города…

12 мая 1771 года Бениовский ступил на борт «Святого Петра» и скомандовал: «Вперед!». Команда громко закричала «Ура!», а потом кто-то тихо спросил:
– А куда вперед, капитан?

Бениовский пожал плечами:
– Потом разберемся!

Так началось это беспримерное плавание. Где только не побывал Бениовский со своей командой! Бросили якорь у японских островов. Потом доплыли до Китая – там Бениовский, проявив недюжинный коммерческий талант, очень удачно продал меха, которыми беглецы запаслись на Камчатке. Побывали на острове Макао, португальской колонии, где Бениовский свел дружбу с губернатором. Во время этого удивительного путешествия было всякое: и бегство от пиратов, и бунт на корабле, который Бениовский подавил железной рукой, и десятки портов разных стран…

Но ближайшие друзья Бениовского стали замечать, что он все чаще грустит и раздражается по пустякам. Однажды в разговоре с Винбладом граф разоткровенничался:
– Раньше, когда я был польским генералом, у меня была цель, – сказал он. – А теперь – куда мы плывем? Зачем? Мне все это так надоело! Хорошо было бы остановиться на каком-нибудь острове, населенном туземцами, где были бы фрукты и солнце круглый год, и жить там…

– А ты будешь королем этого острова! – отвечал ему Винблад. Бениовский оживился.
– Ну, конечно! Это потрясающе!

Однако вот незадача: найти такой остров очень нелегко. И Бениовский решил обратиться за помощью к какой-нибудь великой державе. В сентябре 1773 года «Святой Петр» вошел в порт Лориан, что во французской Бретани.

Все могут короли!

Власти Лориана приняли команду очень хорошо, а сам Бениовский отправился в Париж. К тому времени он стал настолько знаменит, что в столице его встречали корреспонденты всех ведущих газет.

В Париже Бениовский очень быстро добился аудиенции у всесильной мадам Дюбарри, любовницы Людовика 15. Она была очаровательной женщиной, а Бениовский – очень красивым мужчиной.

– Итак, чего вы хотите? – спрашивала Дюбарри, кокетливо поглядывая на Бениовского. – Может, предпочитаете стать генералом французской армии? Или советником короля? Или моим советником?

– Мадам, я уже не молод, побывал во многих переделках и устал от приключений, – отвечал Бениовский. – Я хочу завоевать для Франции какой-нибудь остров, поселиться там и управлять им. Остров на юге, чтобы круглый год было тепло.

– Завоевать остров! – восхитилась мадам Дюбарри. – Прекрасная затея! Только вот какой?

После долгих дискуссий сошлись на острове Мадагаскар.

Бениовский немедленно отправился в Лориан и сообщил своим людям радостную весть. Но многие плыть на Мадагаскар отказались. «Лучше каторга в России, чем вольная жизнь на Мадагаскаре, – говорили они. – Ведь мы все-таки русские люди, а не какие-нибудь дикари!».

С Бениовским остались только двенадцать человек, а остальные отбыли в Россию, навстречу каторге. Правда, Екатерина, тоже наслышанная о подвигах Бениовского, распорядилась освободить их от наказания: мол, они и так уже достаточно наказаны тем, что жили вдалеке от родины.

Местные власти снарядили для Бениовского фрегат, снабдили оружием, продовольствием, помогли пополнить команду.

Мадагаскар населял народ, называвший себя мальгашами. Покорить этих мирных людей, которые в глаза не видели огнестрельного оружия, не составило никакого труда. Колония, основанная Бениовским, очень скоро стала процветать, а сам он пользовался среди туземцев любовью и авторитетом. Мальгаши звали его «ампансакабе», что означало «большой король» или «любимый король». Бениовскому и самому нравилось быть королем Мадагаскара. Однако эта идиллия скоро кончилась.

Остров сокровищ

Соседним островом Иль-де-Франс управлял губернатор де Пуавр. До появления Бениовского купцы вели большую торговлю с мальгашами – причем, пользуясь наивностью туземцев, беззастенчиво обирали их. «Ампансакабе» немедленно запретил подобную торговлю. Губернатор Иль-де-Франса, лишившись огромных барышей, возненавидел Бениовского и стал посылать в Париж донос за доносом, изображая графа отъявленным негодяем, вором и врагом Франции. Если первое и второе казалось для французских властей вполне простительным недостатком, то с третьим они примириться никак не могли. Бениовского вызвали в Париж.

– Мы отправляли вас на Мадагаскар, чтобы вы присоединили этот остров к французской короне, а вы вместо этого сами стали королем. Это уже пахнет Бастилией…

В тот же день Бениовский отбыл в Англию, предложив англичанам сделать Мадагаскар английской колонией. Англичане с ответом тянули, и тогда Бениовский отправился в Америку. Самые известные банкиры дали ему денег для вербовки отряда, с помощью которого он смог бы удержать свое королевство. И вот осенью 1785 года он снова высадился на Мадагаскаре. Толпы мальгашей приветствовали возвращение своего короля…

Но вскоре губернатор Иль-де-Франса разрешил работорговлю. Бениовский немедленно сообщил де Пуавру, что если хоть один работорговец появится на Мадагаскаре, он будет немедленно предан суду. Это переполнило чашу терпения губернатора. Попросив помощи из Франции, он собрал целую армаду кораблей, взял весь свой гарнизон и поплыл на Мадагаскар. Выстрелы двух маленьких пушек форта не остановили толпы нападавших. Мальгаши воевать не умели, наемники разбежались. Бениовский сам стрелял из пушек, а когда закончились снаряды, засел в крепости. На все предложения о сдаче отвечал огнем. Солдаты губернатора де Пуавра долго не решались подступиться к крепости – ураганный огонь создавал впечатление, что там очень много противников. Наконец выстрелы прекратились. Когда солдаты ворвались в крепость, они не нашли там никаких защитников – кроме одного. На полу, раскинув руки, лежал граф Бениовский, который умер с пистолетом в руке, защищая свое свободное и счастливое королевство…