ПУТЕШЕСТВИЕ С МАСТЕРАМИ БАЛЕТА

Ирина Берман. Фото из архива Merrill Ashley

b0Она была из одной из последних балерин, с которыми Джордж Баланчин работал лично, и первой исполнительницей балетов Джерома Роббинса и Питера Мартинса. Сильная, волевая танцовщица, отличавшаяся динамичностью, четкостью исполнения и редкой музыкальностью, она великолепно исполняла технически сложные ведущие партии. Сегодня выдающаяся «баланчинская» балерина Меррилл Эшли (Merrill Ashley) репетирует «Балле империал» («Ballet Imperial») Баланчина с танцорами Хьюстонского балета.

Она посвятила труппе Баланчина New York City Ballet рекордное количество лет – 31 год и прошла путь от кордебалета до примы-балерины. Специально для Меррилл Эшли Баланчин поставил балеты «Бал королевы» и «Баллада». В её репертуаре были ведущие партии в балетах Баланчина «Концерто барокко», «Жар-птица», «Щелкунчик», «Блудный сын»,«Серенада», «Четыре темперамента», «Сквер-данс», «Дивертисмент № 15», «Драгоценности» и других. В 1984 г. из печати вышла автобиографическая книга Меррилл Эшли «Танцуя для Баланчина» (P. Dutton Inc. New York).

Бытует анекдот о том, как Баланчин никак не хотел писать завещание, а когда всё-таки написал, то оставил брату в Грузии пару золотых часов, а все свои балеты (425 постановок!) раздарил восемнадцати любимым женщинам. Трудно сказать, как эти дамы ими распорядились, но то, что главные носители наследия мэтра – это бывшие танцоры его труппы, ясно как божий день.

Одна из активных последователей мэтра и есть Меррилл Эшли – представитель Фонда Баланчина, отвечающая за грамотное воспроизведение его балетов, одним словом, хранительница стиля. Балерина ведёт обширную просветительскую работу, читает лекции по технике Баланчина, даёт мастер-классы для артистов ведущих балетных трупп мира (Парижской национальной оперы, Королевского Датского балета, к примеру), возобновляет балеты Баланчина в США и за пределами. Госпожа Эшли неоднократно приезжала в Большой и Мариинский театры репетировать балет «Драгоценности». В этом сезоне повезло Хьюстонскому балету «заманить» знаменитую танцовщицу в качестве педагога-репетитора одного из баланчинских шедевров.

b2Гений Баланчина возвратил на балетную сцену чистый танец, оттеснив на второй план сюжетные балеты, и привнёс в балет ХХ века аромат куртуазных танцев, украшавших императорские дворы. В балетном мире существует культ Баланчина – великого хореографа, танцевать творения которого в силу невероятной сложности трудно, но необходимо.

Houston Ballet выбрал одноактный спектакль «Балле Империал», который задумывался Баланчиным как дань уважения Чайковскому и написан на музыку его 2-го фортепианного концерта. Этот спектакль – воспоминание Баланчина о Петербурге и об ушедших навеки ритуалах: русском императорском балете, придворных балах и кавалерийских парадах. Этот балет отличается очень сложным рисунком и воссоздаёт стиль хореографии Петипа (несвойственный самому Баланчину, но любимый им), её классическую регламентированность и приподнятое, торжественное настроение. Меррилл Эшли в интервью нашему корреспонденту сказала, что по конструкции и по динамике развития этот балет ей напоминает «Спящую красавицу» Чайковского. «Солисты здесь должны походить на холодноватых царствующих особ, а кордебалет – на почтительных придворных», – говорит госпожа Эшли. Для балерины этот спектакль, наряду с «Аполлоном Мусагетом», «Балом», «Серенадой» и «Драгоценностями» – один из любимейших.

Программа Хьюстонского балета «Путешествия с мастерами» состоит из трёх одноактных балетов. Следующими «остановками» в этом увлекательном путешествии будут «Симфониетта» Иржи Килиана и «Концерт» Джерома Роббинса.

Один из живых классиков современного балета Иржи Килиан почитаем во всём мире, как и его соотечественники-чехи: Милош Форман в кино и Милан Кундера в литературе. Килиан создал свой собственный, ни на кого не похожий, с первой сцены узнаваемый стиль. Умелец красиво повесничать, Иржи Килиан «приперчивает» свои балеты славянской мягкостью и знаменитым на весь мир чешским чувством юмора. «Симфониетта» – балет, принесший хореографу международную известность в 1978 году на фестивале Сполето. Это романтический балет, вдохновленный музыкой чешского композитора Леоша Яначека. Свой музыкальный выбор Иржи Килиан иллюстрирует желанием делать из хореографии оду о свободе, о красоте и о радости жизни. Эта одна из наиболее известных постановок хореографа.

Джером Роббинс (1918 – 1998) – основоположник американского стиля танца, обладатель 2-х премий Оскар, 5-ти премий Тони, Национальной медали за вклад в искусство и французского ордена Почетного легиона.

Несмотря на мировую славу, балетные постановки Джерома Роббинса известны куда меньше, чем творчество Джорджа Баланчина – его коллеги по New York City Ballet. Но зато ему повезло на Бродвее, где хореограф поставил свои лучшие спектакли: «Питер Пэн», «Вестсайдская история», «Смешная девчонка» и «Скрипач на крыше».

Балет Роббинса «Концерт» на музыку Ф.Шопена, который исполнит Houston Ballet, называют одноактным шаржем на тему балетного спектакля. Сам хореограф дал балету подзаголовок «Опасность для всех» («The Perils of Everybody»). За «Концертом» закрепилась слава одного из лучших комедийных балетов ХХ века.

b11Типажи зрителей концерта, которые показывает Роббинс, узнаваемы на сто процентов: эстет-брюзга, цыкающий на болтушек в соседнем ряду, студент-ботаник, активная дамочка-меломанка и её муж-подкаблучник, мадам-Синий чулок. Прошёлся Роббинс и по балетным замашкам. Балерины в кордебалете, комично путающие руки, ноги и позы, строго следят лишь за тем, чтобы, не дай бог, ни одна не выбилась в солистки. В финале все пришедшие на концерт превращаются в стаю бабочек. Вакханалия выводит из себя даже невозмутимого пианиста: сорвавшись из-за рояля, он бросается с сачком на разбушевавшихся насекомых.

В «Путешествии с мастерами» и с Хьюстонским балетом будет всё, что нужно туристу-балетоману. До встречи в театре.

1 комментарий

  1. Dear Ms. Berman,

    I liked your article: it had something new and interesting, that I didn’t know before about our famous choreographer. The only thing, that bothered me, is the spelling of his name: in Russian language his name is spelled and pronounced as Georgey Balanshine (truly soft). Unfortunately, I do not have the Russian keyboard, but I hope, you understand my meaning.

    In another instance you call him “maitre” for Master, I suppose, because maitre can mean some other things, too. I think, it would be wise to stay with master: it’s clear, easy to understand and gives respect to our genius.

    I hop, I have not hurt your feelings: it just that when we came here, I understood clearer than ever: the word is everything we have in this world, and I try to treasure it as much as I personally can, either-Russian or English, latter being much less favorite of mine.

    Let us try and write in one language in our “OUR TEXAS” paper-either in-Russian or in-English. Unless, of course, it’s the American name we’re trying to translate.

    I appreciate your article very much, again, and thank you for listening to my “complaints” about our Great Russian Language ! I do not think, there is anything else as rich and beautiful as it.

    Elaine from Dallas

Комментарии закрыты.