СЕМЬ БУРНЫХ НОЧЕЙ СТОКГОЛЬМА

Денис Кораблев

s5В течение целой недели предместья Стокгольма напоминали поле боя: горящие дома, перевернутые автомобили, разбитые витрины магазинов и завывающие толпы молодых хулиганов – в основном, мигрантов из стран Ближнего Востока в первом или, максимум, втором поколении… Что же произошло в спокойной, респектабельной столице самого благополучного государства Северной Европы?

Сигнал к началу стокгольмских беспорядков получился примерно таким же, какой был дан в свое время в Париже: патрульный полицейский, задерживая некоего пожилого мигранта в районе Хусбю, застрелил его. Произошло это 13 мая, и с тех самых пор в Стокгольме не утихают уличные бои: темнокожая молодежь швыряется камнями и «коктейлями Молотова» во все, что шевелится и не шевелится.

Сходство с парижскими событиями 2008 года подкрепляется слухами, которыми оброс первоначальный инцидент: напомним, что тогда, пять лет назад, поводом для бесчинств послужила смерть двух молодых наркодилеров-пакистанцев, которые, убегая от полиции, не нашли ничего лучшего, как спрятаться в будке электроподстанции – где и погибли от электрических ударов. Полицейских тут же обвинили в преступлении, совершенном на почве расизма – мол, они нарочно загнали несчастных парней в злополучную будку, выкрикивая нечто вроде «Франция – для французов!» и «Подыхайте, поганые ниггеры!». Вот и теперь стокгольмских патрульных обвинили в преднамеренном убийстве на почве расовой ненависти: они-де нарочно застрелили ни в чем не повинного 69-летнего старика-мусульманина, объявив во всеуслышание, что «всяким канакам не место в Швеции». Так это было или не так – неизвестно, а вот тот факт, что убитый пытался скрыться от задержания и при этом, будучи вооружен, открыл огонь по полицейским – этот факт подтверждается множеством свидетельских показаний.

Условия, приближенные к боевым

Впрочем, как известно, для создания casus belli (повода для объявления войны) особых доказательств никогда и никому не требовалось. Уже который день в Хусбю, районе с 12-тысячным населением, где преобладают мигранты из Пакистана, Афганистана и стран Ближнего Востока (85%), где 38% молодежи от 20 до 25 лет не имеют ни работы, ни места учебы, продолжаются беспорядки. Толпы хулиганов разносят в щепки магазины и учреждения, жгут покрышки и автомобили. И здесь им пригодился «парижский опыт»: очень часто тот или иной дом, та или иная машина поджигаются лишь затем, чтобы спровоцировать приезд пожарных и карет «Скорой помощи», после чего забросать камнями уже их. Один из пожарных даже написал в «Фейсбуке» обращение к анонимному погромщику: «Сегодня ночью ты забросал нас камнями. Когда твоему отцу нужна помощь, если он попал в автокатастрофу – я оказываюсь рядом. Когда у твоей сестры загорается кухня – я спасаю и ее, и ее дом. Если ты солнечным мартовским утром поскользнулся на талом льду – я помогаю тебе тоже. За что ты напал на меня?».

Это обращение, всколыхнувшее всю Швецию, было пропущено мимо ушей теми, кому оно предназначалось. Молодые мигранты из Хусбю уже придумали себе оправдание – почему они жгут, бьют и нападают. Они таким образом якобы желают обратить на себя внимание властей, которые их притесняют и унижают, сокращая им социальные пособия и заставляя их, молодых и сильных, унижаться – искать себе работу. Соответственно, и требования выдвигаются довольно простые: повысить уровень пособий до уровня заработной платы и снять санкции против тех, кто отказывается принять работу или место учебы, которые им отыскало агентство занятости. Иными словами – «дайте денег и не капайте на мозги, кончатся эти – придем за добавкой». А иначе – поджоги и беспорядки будут продолжаться. Впрочем, даже сам факт беспорядков многие сегодня не то чтобы отрицают, но трактуют весьма своеобразно: некоторые вполне взрослые представители различных культурных общин на полном серьезе утверждают, что во всем виноваты… журналисты. Им-де подавай сенсации, поэтому они нарочно платят местным юношам и подросткам, чтобы те поджигали авто и швыряли камни. Последние же, как люди бедные, отказаться от шального заработка ну никак не могут…

Как бы там ни было, а из района Хусбю беспорядки перекинулись на другие предместья Стокгольма, а вслед за ними – даже на другие города. По сообщениям из Швеции, столкновения с полицией, поджоги и нападения были зарегистрированы в минувшие выходные в Оребро, Уппсале и Линкёпинге. В идиллическом туристическом городке Лисекиль на западном побережье дюжина молодчиков, вооружившись канистрами с бензином и «коктейлями Молотова», сожгла несколько автомобилей, после чего напала на приехавших по вызову патрульных. В целом же, с момента начала погромов, были задержаны около 40 человек – причем, согласно мягким шведским законам, им ничего не грозит, так как абсолютное большинство из них – несовершеннолетние. Уголовное дело было до сих пор возбуждено только против одного.

В данный момент беспорядки пошли на убыль. Последний зарегистрированный пожар произошел в ночь с воскресенья на понедельник 27 мая. Загорелся детский сад, но пока что нет сведений о том – был ли это целенаправленный поджог или «обычное» возгорание. Родители буйных «добрых молодцев» собираются в патрули и ходят по улицам, перехватывая своих отпрысков и удерживая их за руки от погромов. Жители Хусбю устроили уличный праздник, на котором каждому молодому человеку, отдавшему им свой камень или бутылку с «коктейлем Молотова», взамен предлагалась только что снятая с гриля колбаска – правда, тут не обошлось без эксцессов, так как некий незадачливый шведский дедушка имел наглость одарить 20-летнего афганца, одетого в майку с надписью «Don’t panic, I’m islamic!” («Без паники, я мусульманин!») сосиской из свинины. Впрочем, все прошло мирно: «продвинутый» приверженец Аллаха не стал устраивать скандал…

Кризис жанра?

Сегодня, когда волна беспорядков схлынула и молодчики в масках больше не швыряются бутылками с бензином, требуя для себя социальных пособий на одном уровне с работающими, а также льгот и привилегий, превышающих этот уровень, пришло время для многочисленных попыток разобраться – что произошло и почему? В принципе, лежащий на поверхности вывод – это о несчастной, поставленной в тупик мигрантской молодежи из сегрегированных, как и по всей Европе, городов, где нет ни работы для родителей, ни учебы для их детей, ни надежды в целом, и где преступность является единственным выходом для молодых рук, ищущих, чем бы им заняться.

К сожалению, этот вывод слишком прост и поверхностен. Почти все, кто был в эти дни арестован полицией, обладают уже длинными «послужными списками» в виде приговоров судов и различных наказаний: речь идет, с одной стороны, об известных блюстителям порядка молодых преступниках, зачастую вообще не имеющих никаких связей с пресловутыми районами, где они устраивали свои погромы, с другой же – о хорошо организованных леворадикальных бандитах, так называемых «автономах», для которых предместья европейских столиц – давно известная и обжитая «сцена» для их политически ориентированных бесчинств. Ну и, конечно же, не следует забывать и о тех, кто в самом деле крушит и ломает все вокруг себя от безысходности существования и из-за «трудного детства».

Не стоит мешать в одну кучу мигрантов без работы и образования и тех, кто устраивает уличные драки и погромы. Свидетели того, что творилось на улицах Стокгольма, говорят о том, что многие из хулиганов отлично, без малейшего акцента, говорили по-шведски – скорее всего, родились и выросли здесь, а значит – имели равные шансы на обучение, такие же, как и «шведские шведы». Но – не воспользовались. Почему? Скорее – не потому, что им не была представлена для этого возможность, а потому что выросли они, обладая иной психологией, психологией «нам можно все, а кто не согласен – тот расист, нацист и враг». Подобная психология весьма часто встречается на сегодняшний день в кругах молодых мигрантов второго и третьего поколения. Именно из таких вот «садков» и черпают, кстати, новых рекрутов исламистские «проповедники ненависти». «Ты – лучше их, ты – мусульманин, возьми свое у неверных, возьми то, что должно принадлежать тебе по праву» – это стандартная система обработки мозгов, применяемая «ловцами душ».

Эту тикающую бомбу с часовым механизмом в Швеции, по сути, мало кто до сих пор замечал, так что нынешние беспорядки, как это ни странно звучит, возможно, сослужат шведам добрую службу – они продемонстрировали, что бомба эта есть, что она стоит на взводе и тикает, а когда взорвется – это будет похлеще нынешних событий. Швеция – страна, обладающая наиболее мягким миграционным законодательством в Европе, страна, принимающая наибольшее количество беженцев в ЕС. Их интеграция в общество – одна сплошная проблема, и чем больше их становится, тем меньше остается возможности их «переварить» и превратить, собственно, в шведов – не с точки зрения религии или цвета кожи, а с точки зрения психологии и образа жизни. То же самое с большей или меньшей долей уверенности можно сказать о любой другой «мигрантской» стране Европы – о Германии и Франции, о Бельгии и Голландии. И, кстати, ислам не играет тут особой роли: скажем, у тех же чехов не меньше проблем с местными вьетнамцами, а у бельгийцев – не меньше головной боли от африканцев-христиан.

Совсем недавно опубликованный отчет ОБСЕ констатирует, что с 1995 года ни в одной стране Европы так резко не проявлялось различие в доходах разных слоев и групп населения, как в Швеции (впрочем, на высоком уровне). Согласно статистике, мигранты более чем в половине случаев чаще оказываются безработными, чем уроженцы Швеции. Виной тому, наряду с дефицитом образования, являются весьма высокие начальные ставки заработной платы: для необученных, не знающих языка молодых людей без практики попросту не находится мест. Швеция – страна высокотехнологичного производства, без образования тут делать почти нечего. В конце концов, сколько непрестижных рабочих мест найдется в этом сравнительно небольшом государстве? А приличную работу средний беженец в Швеции находит, как правило, через семь лет после приезда в страну. Вот и получается, что молодые люди маются бездельем, хуже того – привыкают к нему, не видят причины, почему они, не работавшие ни дня, должны получать меньше, чем те, кто работает и зарабатывает. Вот эта тонкая разница между понятиями «зарабатывать» и «получать» и составляет основу социального напряжения. Она – не религия и не цвет кожи. А праздным рукам, как известно, черт дело найдет.