РАЗМЫШЛЕНИЯ ПО ПОВОДУ ДВУХ ПУБЛИКАЦИЙ

Леонид Шур, Хьюстон

Безусловно, мысль редакции о полемике по поводу публикаций Мельце и Зуборева интересная. Хотелось бы высказаться…. Ну, если о статье Мельце, то здесь, пожалуй, все ясно. Это не исследование языка (а оно не всегда по силу и многочисленным научным центрам). Подписывать приговор языку с позиций компьютерщика – не корректно. Каждый язык вносит свой вклад в развитие культуры всего человечества, а уж такой могучий, как русский, несомненно.

В дальнейшем я буду говорить o тексте статьи Л. Зуборева, т.к. свои позиции он формирует не совсем четко, в конечном счете сводя их к тому, что процесс угасания русского языка затянется и не состоится. Объективно говоря, когда слышишь репортажи сегодняшнего русского телевидения, то порой тебя охватывает ужас, а иногда разбирает смех, когда с экрана подаются перлы, вроде «обрушения дома», но это свидетельствует не о деградации языка, а о деградации образования, составляющего один из краеугольных камней фундаментальной культуры.

А какой технической и общественный прогресс можно отделить от культуры? Я знаю об этом не понаслышке, потому что жизнь моя до Америки прошла в маленькой закавказской стране, где люди говорили на десятках языков, и каждый язык (большой или малый) вносил и продолжает вносить свой вклад в сокровищницу культуры. Прекрасен язык Шекспира и Пушкина, Низами и Сервантеса, Флобера и Данте. Все языки прекрасны! А о будущем языке Человечества хорошо сказал замечательный фантаст Е. Ефремов. Это будет не английский, не русский, не испанский. Язык будущего впитает в себя все качества многих языков. Он будет легким, мощным и гибким, то есть метаязык. Но это в далеком будущем.

Полностью согласен с Л. Зуборевым в его позиции по поводу ненужности сравнения «практичности» применения тех или иных форм языка. Каждому языку свойственны свои законы, своя легкость и свои трудности. На основании этого делать выводы о «плохом» или «хорошем» звучит бессмыслицей! Если господину Мельце видятся трудности в произношении русского слова «здравствуйте», то могу возразить из так называемой «живой практики». В квартирном комплексе, где я живу, соседи, выходцы из Шри-Ланки, Филиппин, США, Латинской Америки, узнав, что я учитель русского языка и выходец из Союза, очень быстро освоили слова «Здравствуйте! Доброе утро!» и с удовольствием и достаточно четко здороваются со мной по-русски.

Смехотворны ссылки на отсутствие русской философии и невозможности выразить «философские», «мудрые» истины на русском языке. Здесь, конечно, дело в другом. Просто философия в Советском Союзе оказалась привязанной и подчиненной идеологической системе и не могла развернуться во всю мощь. И можно достаточно быстро дополнить список русских философов ХХ века, хотя бы Бердяевым.

Ну и, наконец, неубедительны выводы о том, что Лобачевскому, Менделееву, Павлову громоздкий «русский язык» мешал совершать открытия. Вот это уже откровенная безграмотность. Для Лобачевского, перевернувшего законы геометрии, главным языком был язык математики, а для Д.И. Менделеева – язык химии. А великие французы Паскаль, Жолио-Кюри испытывали трудности, делая свои открытия на французском? А великий датчанин Бор потрясал физику своими законами не на датском языке?

Смешно и наивно звучат «утверждения» господина Мельце, что главные открытия последнего времени делаются только на английском языке, что расчеты по космической станции «Мир» делались на английском языке. Действительно, взаимопроникновения больших языков сейчас налицо, и, действительно, английский язык завоевал огромное признание во всем мире и является мощным средством общения мирового сообщества. И объясняется это, прежде всего, тем, что основные направления экономики контролируются развитыми государствами, носителями английского языка.

В заключение хочу привести известный факт из жизни великого русского поэта В.В. Маяковского. Во время его выступления в Политехническом Музее, один из слушателей, истерического вида молодой человек крикнул из зала: «Маяковский, вот Вы пишите о бессмертии Ваших стихов, а их забудут после Вас сразу!» А в ответ:« А Вы зайдите через 1000 лет, тогда и поговорим!»

Вот этими словами мне и хочется ответить г-ну Мельце на его «нострадамусские» прогнозы о близкой смерти русского языка.