НЕВЫДУМАННАЯ ИСТОРИЯ

Анна Школьникова, Даллас

Рассказ на конкурс

Это было в 1942 году. Шла Великая Отечественная война… Я жила в Баку. Война не коснулась его своим смертельным крылом, несмотря на то, что Гитлер рвался на Кавказ, к бакинской нефти. Но мы, бакинцы, знали, что такое голод, смерть близких, похоронки… Мне было тогда 11 лет, и я училась в 5 ом классе. Помню, зашла в класс наша классная руководительница и сказала: «Девочки, в наш город проездом в Среднюю Азию прибыло очень много беженцев с Украины и Белоруссии. Они по нескольку дней сидят на пристани в ожидании парохода. Они бежали от фашистов и потеряли все: у них нет ни еды, ни одежды, ни денег. Многие потеряли своих родных и близких. Им очень трудно, мы должны им помочь!» Нужно ли говорить, что мы, дети, тут же откликнулись на этот призыв. Мы тащили из дома все, что могли: одежду, еду, игрушки. Отдавали наши ежедневные школьные завтраки и относили все это туда, на пристань, где на скамьях, на полу, на грязных узлах сидели, лежали люди, которых называли страшным словом – «беженцы».

И вот однажды в нашей школе появилась очаровательная девочка-подросток, черноволосая, с огромными черными, как вишни, глазами. Такой я запомнила ее, свою первую пионервожатую, «товарищ Нелли»… В нашу школу ее привела учительница, увидев её там, на пристани, в толпе беженцев. Девочка стояла совсем одна и с тоской оглядывалась вокруг. Она рассказала, что родом с Украины, из Киева, что во-время бомбежки она потеряла мать и осталась совсем одна. «Пойдем со мной, – сказала Полина Георгиевна, – будешь жить со мной и моей внучкой. Как-нибудь проживем втроем, а там посмотрим…» П. Г. привела Нелли (так звали девочку) в нашу школу, ее взяли на должность старшей пионервожатой…

Надо ли говорить, что мы, девочки, просто обожали ее! А когда узнали ее историю, то не отходили от нее ни на шаг. И она полюбила нас, возилась с нами часами, разучивала с нами военные и пионерские песни, устраивала концерты для раненых, водила на экскурсии, рассказывала о том, что пережила, когда немцы бомбили ее родной город и когда узнала о гибели матери. Да, наша «товарищ Нелли» стала для нас, девчонок, настоящим кумиром!

И вот наступил день 8 марта, мы решили всем классом, да что там – всей школой – одарить нашу любимицу. Накануне этого дня я подошла к маме. «Мамочка, я хочу завтра сделать подарок нашей «товарищ Нелли». Как ты думаешь, что я могу ей подарить?» «Не знаю, доченька, – сказала мама. – У нас нет ничего такого, что подошло бы для подарка. Нет ни духов, ни мыла, ни конфет…» И тут меня осенило. Я открыла дверцу шкафа, где уже много лет лежала красивая синяя коробка с пустым, но очень красивым флаконом от французских духов «Лореган Коти» – подарок маме от моего отца. Запах духов я помню до сих пор. Нет, я не собиралась подарить Нелле эту коробку с пустым флаконом! Но рядом с ним в мягком гнездышке лежала благоухающая шелковая хризантема ярко-розового цвета. «Мамочка, – дрожащим голосом произнесла я. – Можно я подарю эту хризантему «товарищ Нелли?» Мама с укоризной посмотрела на меня: «Ну как ты можешь просить меня об этом? Ведь это подарок папы!» – «Мамочка, ну, пожалуйста. Я умоляю тебя, разреши мне. Папа не будет на тебя сердиться, когда узнает, кому мы ее подарили. Ведь у нее никого нет! Ей будет так приятно получить такой подарок!» «Ладно, – вздохнула мама. – Бери цветок, пусть девочка порадуется».

Окрыленная, я взяла свой подарок и помчалась в школу, где такие же девчонки, как я, радостно прижимали к груди свои сокровища, принесенные любимой пионервожатой! Все эти «сокровища» мы внесли в пионерскую комнату и положили на стол нашей любимицы…. «Товарищ Нелли! Поздравляем вас с днем 8 марта!» – заорали мы, увидев Нелли. Мы бросились к ней, она нас обнимала, целовала и плакала. Мы тоже.

Такой я запомнила ее на всю жизнь, мою первую пионервожатую. На этом можно было бы и закончить эту нехитрую историю. Но…А вот, послушайте!

Прошли годы… Меня перевели в другую школу, потом был институт, потом педагогическая деятельность. Я знала, что т. Нелли тоже закончила университет и работает педагогом, но наши пути не пересекались.

Спустя много лет я эмигрировала в Америку. Недавно я побывала в Нью-Йорке на встрече со своими бывшими учениками и коллегами, живущими в Америке, а также с друзьями–бакинцами. Беседуя с ними, я услышала фамилию и имя Нелли Сальникер. Я прислушалась. Пожилая женщина рассказывала о том, как они, эмигранты, проводят свой досуг, посещают еврейский культурный центр. Она сказала, что у них очень хороший волонтер из Баку – Нелли Сальникер, которая организовала клуб любителей книги. Я поняла: это моя т. Нелли, моя первая пионервожатая! Взяв ее адрес и домашний телефон, я позвонила: «Здравствуйте, т. Нелли!» Сначала я услышала прерывистое дыхание, а потом взволнованный голос: «Кто вы? Почему вы меня так называете?» «Я – ваша пионерка из школы № 150. Вспомнили? Война, 1942 год. Баку» – «Боже мой! Ну, конечно, помню! Как я могу это забыть?! Где вы? Приходите ко мне, пожалуйста!»

И вот я у дверей Нелличкиной квартиры. Дрожащей рукой нажимаю на кнопку звонка. Моя т. Нелли почти не изменилась: такая же высокая с чудесными черными глазами. Лицо молодое, почти без морщин… За чаем мы стали вспоминать прошлое: школу, учителей, друзей, знакомых. Нелли достала альбом со старыми фотографиями. К моей огромной радости, у нее сохранились фотографии тех лет, когда она была пионервожатой. Вот она среди учениц школы 150 в темной юбке и белой кофточке; вот она шагает впереди пионерского отряда на параде на площади им. Ленина. А вот она в красивом платье рядом с молодым человеком. Но что это?

У меня бешено заколотилось сердце… На платье у ворота я увидела… что бы вы думали?! Да, да! Я увидела свою хризантему! «Нелличка, что это?» – прошептала я, указывая на фотографию»

– А это я с моим покойным мужем в день нашей регистрации.

– Нет, нет, я вот об этом! – и я указала на белое пятно, сбоку от выреза платья

– О, это самый ценный подарок в моей жизни! Мне подарила этот цветок одна девочка, моя пионерка. Я не знаю ее имени. Она подарила мне его в день 8 марта тогда, в 1943 году…

– Это была ярко- розовая хризантема в красивой синей коробочке, и она чудесно пахла духами, – прошептала я.

И тут Нелли подняла глаза, осеклась и воскликнула: «Не может быть!? Боже, неужели это вы, это ваш цветок?!

И мы еще раз обнялись и уже не скрывали своих слез… Мы еще долго перебирали старые фотографии, вспоминая это далекое, по-своему прекрасное время.

Вот такая история…