САМЫЕ ЭРОТИЧНЫЕ МАГАЗИНЫ

Борис Райтшустер, www.inopress.ru

Раньше в Москве были “самые эротичные” магазины в мире. Но сейчас столица дефицита стала блестящим международным центром, несколько утратив свое специфическое обаяние.

Раньше счастье можно было потрогать. Плитку шоколада “Сказки Пушкина”, 300 граммов “советского” сыра или пачку сигарет “Космос”: когда в Кремле еще сидели генеральные секретари, а в магазинах царил дефицит, существовали мелочи, которые дарили людям радость. “Наши магазины самые эротичные в мире, – смеялись многие россияне в конце 1980-х, – все полки голые”.

Ни следа эротики

С тех пор как Ельцин приступил к своим реформам, на место дефицита пришло изобилие. Порой гости, собравшиеся в Москву, спрашивают перед поездкой, не привести ли в подарок что-то из продуктов, но, попав в первый же супермаркет, испытывают шок: магазины стали “целомудренными”, от эротики – в виде голых полок – не осталось и следа. Здесь можно купить все: от светлого баварского пива и немецкого жевательного мармелада в форме медвежат до благородного французского сыра с плесенью. Хотя нередко по заоблачным ценам.

Однако с тех пор, как даже самые редкие изыски можно обнаружить повсюду, поиски маленького счастья становятся все труднее. На пике перестройки одним из величайших наслаждений было пройтись по дюжине магазинов, обнаружить наконец где-нибудь молоко, выстояв длинную очередь, заполучить его и принести домой вожделенную белую влагу – как правило, не более трех литров в одни руки. Нелишне вспомнить, что товар в советские времена не продавали, а “давали” или “выбрасывали”, а рядовой покупатель был в глазах продавцов не уважаемым клиентом, а скорее, досадным недоразумением.

Время ожидания вместо цены

Знакомства с распорядителями дефицита вроде продавщиц были в СССР настолько же важны, как хорошая зарплата сегодня: возможность покупки зависела не от наличия денег, а от доступности товара. Иными словами, даже при полном кошельке, но без нужных связей купить что-либо было невозможно. Ценность товара определялась скорее не деньгами, а временем, которое нужно было потратить на его приобретение: дешевым, то есть доступным, но малосъедобным был салат из тихоокеанской морской капусты. Колбаса, за которой приходилось выстаивать по несколько часов, относилась, как сказали бы сегодняшние менеджеры, к средней ценовой группе, тогда как машины, “получения” которых приходилось ожидать по десять лет, входили в ценовую группу “выше высшей”.

Если я, участь в начале 90-х годов в Москве, не отощал вконец, то этому я обязан двум женщинам. Нет, вы не о том подумали, здесь не было ничего неприличного – об “этом самом” речи не было вовсе, ведь обе мои музы находились совсем в другой весовой категории, чем я.

Одна из них – Тамара, лукавая кассирша в магазине на Никольской, поблизости от Кремля, слова из которой сыпались со скоростью гильз из автомата Калашникова. У нее была прическа в виде высокой башни и халат – изначально, похоже, белый. Должно быть, мой вид, когда я стоял в очереди – характерная особенность пустых русских магазинов, – пробудил в ней материнский инстинкт. С тех пор дважды в неделю я с небольшой переплатой получал с черного хода пакеты с едой, которой было так много, что я даже умудрялся делиться ею со своими хозяевами.

Ангел-хранитель из ресторана

А еще была Валентина, ангел-хранитель из “Праги”, фешенебельного ресторана в историческом центре, прямо на Арбате. В многомиллионной Москве в конце 80-х годов существовало лишь несколько десятков ресторанов. Для простого смертного поход туда заканчивался общением со швейцаром. Его задача состояла в том, чтобы дирижировать очередью и отделываться от клиентов. После того как однажды я усмирил такого цербера, дав ему пять долларов, на входе меня встретила Валентина – черная юбка, белый фартук – скорее ангел-хранитель, чем официантка.

Это было нечто вроде любви с первого взгляда: Валентина, как выяснилось позже, пребывала в поисках зятя. А я – в поисках съестного. За 10 долларов я получил “скатерть-самобранку”, включая икру и крымское шампанское. Иногда, если я пользовался ее гостеприимством, приводя с собой какую-нибудь особу женского пола, выражение лица Валентины становилось кислым – но, как известно, путь к сердцу мужчины лежит через желудок, поэтому наши кулинарные шуры-муры никак не страдали от ее мелочной ревности.

Лишь соленые огурцы

Но тут наступил перелом. Экономические реформы Ельцина 1992 года. Магазины заполнились, а кошельки опустели – и все одним махом. Рестораны, как говорят русские, стали “расти как грибы после дождя”. Вскоре даже в “Праге” за десять долларов можно было заказать лишь соленые огурцы. И я поневоле изменил Валентине – мы с ней вдруг оказались в разных ценовых категориях.

От того, что было, в Москве уже ничего не осталось. Продукты одним кликом мышки можно купить в интернете, и их принесут тебе домой, на ужин доставят пиццу, а бытовые приборы без труда можно заказать по каталогу из Германии.

Лишь бюрократия работает не покладая рук и делает все возможное, чтобы доставить людям маленькую радость: кто не испытает счастья, получив наконец после нескольких месяцев ожидания позарез необходимый ему загранпаспорт? Кто не обрадуется, миновав через час после посадки в аэропорту таможенный и пограничный контроль, или не придет в восторг, с четвертого захода увидев в своем паспорте желанный штамп регистрации, который необходим даже простому туристу?

Королевы бензоколонок

Для ощущения контраста наличие бюрократов-аппаратчиков просто необходимо, ведь даже заправка автомобиля, которая когда-то являлась гарантированным приключением, перестала быть тем, чем она была прежде. Недаром на советско-русском языке дам с АЗС называли “королевами бензоколонки”. До начала 90-х годов там зачастую приходилось выстаивать многочасовые очереди. Бывало, я проводил ночи в машине, зимой, при работающем двигателе (иначе он, когда будет нужно, уже не заведется), в смутной надежде, что бензин не закончится именно тогда, когда от вожделенной колонки меня будет отделять всего лишь один автомобиль.

Как ни парадоксально, но дефицит бензина вел к тому, что он уходил в землю литрами: бензин стоил копейки, водители всегда заказывали у окошка максимум, 40 литров, потом бежали на глазах у нетерпеливой очереди назад к своей машине, стучали рукой или били ногой по колонке – и бензин лился столь долго, пока не начинал течь из бака на землю – функция автоматического отключения была этим колонкам так же чужда, как подушка безопасности “трабанту”.

Ощущение счастья пропало

После всех приключений на заправке люди счастливыми возвращались домой, где их встречали как героев – уже можно было не беспокоиться о следующей поездке за покупками или выезде на дачу. Сегодня все не так: заправка стала таким же банальным процессом, как на Западе, только с более гуманными ценами – от 30 до 40 центов за литр. На хороших АЗС к твоим услугам молодые люди в форменной одежде. Пока они заправляют твою машину, можно выпить чашку кофе или купить что-то из необходимого в дороге, оплатив потом все вместе по кредитной карте. Бак, багажник и желудок полны. Можно садиться за руль.

И тут ты чувствуешь, что тебе чего-то не хватает – наверное, ощущения прежнего счастья.

Борис Райтшустер,

www.inopress.ru