«CТРАУС-КВО»

Анатолий Гержгорин

В мифе о мировом сообществе ничего не говорится о государстве. Наверное, потому что это самое сообщество сформировалось уже после самих государств, которые, рождаясь и погибая, ни у кого не спрашивали на то разрешения. Выжившие автоматически приобретали все права и привилегии. Теперь они определяют, кого наказывать, а кого миловать. То бишь, признать или изгнать из «дружной» семьи народов. Скажем, Арафатия имеет право на независимость, а Курдистан или Чечня – ни в коем случае. А почему, собственно? Чем они хуже Боснии или Словении? Так и хочется спросить вслед за Жан Жаком Руссо: «Если Спарта и Рим погибли, то какое государство рассчитывает существовать вечно?» Впрочем, спрашивать некого: по образному выражению Байрона, чтобы создать государство, мало тысячи лет, а чтобы оно развеялось в прах, достаточно одного часа.

Первая мировая война заметно перекроила политическую карту мира. Вторая мировая этот процесс ускорила. Третья мировая, как все чаще называют холодную войну, тоже внесла свои поправки. Никто ведь не будет отрицать, что на развалинах СССР и Югославии возникли новые независимые страны, которые без всяких проволочек тут же приняли в ООН. Не обратив внимания на то, что размер ноги не всегда совпадает с ходом мысли. Принять-то приняли, но на накопившиеся острейшие проблемы просто закрыли глаза. Дескать, у всех в прошлом было светлое будущее. Но грабли, сломанные пополам, бьют в два раза больнее. Сепаратизм, давно ставший бичом большинства стран, никуда не исчез. Можно, конечно, поставить его вне закона, только от этого ничего не изменится.

Говорят, чтобы прослыть дураком, не обязательно кем-то руководить. Не знаю, распространяется ли это сугубо личное качество на мировое сообщество в целом, но у баранов, как известно, одна забота – только бы не отстать от стада. Комиссия ООН по социальным и экономическим вопросам в Западной Азии (ESCWA) опубликовала отчет о ситуации в палестинской автономии. В нем, в частности, говорится, что около 2 миллионов человек (примерно 63% населения) живут ниже “черты бедности”, 42% семей не получают гуманитарную помощь. Официальный уровень безработицы – 26% (а в некоторых населенных пунктах сектора Газа – до 70%). Потребление продуктов питания, если верить, конечно, отчету, снизилось на 86% по отношению к “довоенному периоду”. Кто виноват? Понятное дело, Израиль, который «все чаще практикует убийства палестинцев без суда и следствия».

Можно было не обращать на это внимание. ESCWA официально считается ливанским офисом экономического департамента ООН, в котором работают в основном так называемые палестинские беженцы. Но проблема гораздо шире. Государства могут существовать либо прося милостыню, либо содержа себя. Арафатия самостоятельно прокормить себя не в состоянии. Независимо от того, вернется ли Израиль к границам 1967 года и примет ли беженцев. За 10 лет Израиль и так «переварил» миллион человек. Это все равно, что Америка или арабский мир приняли бы по 50 миллионов. Этой ноши никто бы не выдержал. Теперь Ариэль Шарон мечтает о еще одном миллионе, но не арабов, а евреев. И, как это ни поразительно, сколько бы людей туда не приезжало, всем хватает места. А так называемое палестинское государство никто не мешал создать и до 1967 года. Но ни ООН, ни Лига арабских стран на это не пошли, потому что знали: оно нежизнеспособно.

Сегодня в мире как раз и доминируют такие вот искусственные и слабые государства, официально признанные, тем не менее, международным сообществом. Не от того ли такой мощный повсеместный всплеск сепаратизма? Сам здравый смысл подсказывает: как только станешь суверенным, с тобой сразу начнут считаться. У каждой эпохи был свой status quo. Но рушились империи и вместе с ними исчезали казавшиеся вечными каноны. Никого не удивляет, что Берлин не разделяет больше стена, а корейцы все еще отделены друг от друга колючей проволокой. В принципе я не вижу большой драмы в том, что существуют две Кореи или два Китая. Хоть десять. Главное, чтобы они не доказывали свою правоту кулаками. И давали возможность людям самим определять, где они хотят жить. Ибо, как справедливо заметил один философ, государство существует не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад.

В действительности же все наоборот. В интервью газете China Daily заместитель министра по делам Тайваня (звучит-то как!) при госсовете КНР Ван Цзайси заявил, что не исключает вооруженного конфликта с островным Китаем. Отношения Пекина и Тайбэя, по его словам, будут оставаться напряженными до тех пор, пока Тайвань не согласится с принципом «одного Китая», то есть признает остров частью КНР. Обе страны провели военные маневры, готовясь к возможному вооруженному противостоянию. Президент Тайваня Чень Шуйбянь совершил экскурс в морской мир на подводной лодке, а Китай провел учебную инсценировку вторжения на остров. Если исходить из такого status quo, то завтра Пекин захочет прибрать к рукам и Сингапур – там ведь тоже китайцы живут. Тибет же прибрал, заручившись молчаливым согласием Совета безопасности ООН. Ничего не попишешь – свобода совести: кто хочет, имеет ее, а кто не хочет – нет.

Достоинство часов не в том, что они идут, а в том, что показывают точное время. Созданная после первой мировой войны Лига наций исчерпала себя перед второй, как и Организация объединенных наций после окончания холодной войны. Сейчас пришло время новой международной кооперации, которая должна подвести черту под колониальным прошлым. Без этого невозможно двигаться вперед. Все колониальные державы на одно лицо. Они умышленно оставляли после себя такой клубок проблем и противоречий, что для того, чтобы распутать его, уйдут десятилетия. За примерами ходить далеко не надо. Возьмите разорванную пополам Осетию. Одна ее нога в России, другая в Грузии. И бикфордов шнур кровавых распрей будет тлеть до тех пор, пока осетины не объединятся и не добьются суверенитета.

Но особенно в перекройке политической карты мира преуспели англичане. Большинство нынешних конфликтов и войн в Африке и Азии на их совести. О пограничном «политическом противостоянии» на линии разделения Кореи рассказано уже достаточно подробно. Солдаты «любимого руководителя» Ким Чен Ира то пропускают через мощные громкоговорители отрывки из его речей, то наращивают флагшток, чтобы «северный» флаг был выше «южного». В ответ коммунистическую пропаганду заглушают не менее громкой музыкой. Но самое масштабное шоу – с трибунами и зрителями – можно увидеть только на пограничном переходе между Индией и Пакистаном. В Кашмире, где «линию разделения» ни одна из стран не признает границей. И Афганистан отделен от Пакистана так называемой линией Дюранда, названной в честь какого-то британского чиновника, который «провел» ее в конце XIX века. Ни одно кабульское правительство так и не согласилось считать эту линию государственной границей.

Если очень захотеть, то и из таракана можно сделать изюминку. Сотни британских дюрандов пытались оставить свой след в истории. И наследили так, что до сих пор не отмыть. На днях комитет по иностранным делам Палаты общин Великобритании выступил с сенсационным сообщением о том, что Афганистан находится на грани распада – отдельные области могут выйти из подчинения Кабула. Газета Guardian увидела в этом козни стран НАТО, которые отказываются отправлять туда войска. По этому поводу один шутник написал на зеркале: «И ты не лучше!». Афганистан когда-то тоже поделили так, что таджиков, скажем, в нем гораздо больше, чем в самом Таджикистане. Такая же ситуация в соседнем Иране. Из почти 70-миллионного населения 27% приходится на долю азербайджанцев. Вот где мина замедленного действия! В Африке эти мины рвутся с ужасающей периодичностью. Сейчас в центре внимания Судан.

Вообще, если перефразировать известные строки, то действительно нелегкая это работа – из болота тащить идиота. Целую неделю Совет безопасности ООН утрясал текст резолюции по Судану. Там, в провинции Дарфур, уже больше года бесчинствуют вооруженные арабские банды. России, Китаю, Анголе, Бразилии, Алжиру, Филиппинам и Пакистану не понравился термин “санкции”. Крамольное слово было вычеркнуто. Хартуму предложено разоружить в течение месяца все незаконные вооруженные формирования. Тем не менее, и такую мягкую формулировку суданские власти встретили в штыки, но, быстро поняв, то им ничего не грозит, обещали принять к сведению. За это время перебьют еще несколько тысяч черных христиан, а на смену одним бандам придут другие. Посему пока лапша на ушах не обсохла, можно заранее объявить, что на Олимпийских играх в Афинах в забеге на марафонскую дистанцию активнее всего показали себя беженцы из Судана.

Как-то незаметно, шаг за шагом, пресловутый status quo трансформировался в «страус-кво». Мир становится неуправляемым. Авторитет ООН упал до нуля. Великие державы смотрят друг на друга с подозрением и презрением. Франция с нетерпением ждет смены власти в Белом доме и сводит на нет любые инициативы Америки. Последний демарш – отказ от программы подготовки иракских полицейских. Глядя на раздрай в стане «вершителей земных судеб», все громче заявляют о себе страны «второго дивизиона». С появлением ядерного оружия у Пакистана, мечта об «исламской бомбе» превращается в навязчивую идею. Иран, по заявлению министра иностранных дел Камаля Хрази, не намерен прекращать обогащение урана. Исламская республика установило оборудование, предназначенное для выделения гексафлорида урана – сырья для производства ядерного оружия. Переговоры в Париже, которые ведут с Тегераном Великобритания, Германия и Франция, зашли в тупик. Вашингтон требует вынести “иранское досье” на обсуждение в Совете безопасности ООН, но последнее слово всегда за теми, кто помалкивает.

Когда грозит беда, когда бывает туго, мудрец винит себя, глупец ругает друга, гласит восточная мудрость. Страусиная политика никогда не приносила успеха, но, поди ж ты, по-прежнему востребована. Германская “Ди вельт” опубликовала интервью с ведущим французским специалистом по истории и современным проблемам ислама Бернаром Леви. В нем он, в частности, отметил, что Европа к концу XXI века станет частью исламского мира. Но и в этом случае государство как совокупность отдельно взятых чиновников, придающих личной выгоде статус общественных интересов, не исчезнет. Так что Америки Леви не открыл: государства, как люди, рождаются, стареют и умирают. И далеко не всегда естественной смертью. Жириновский, к примеру, обещает до конца века две-три ядерные войны. Может вполне хватить и одной.

Но страшней всего «страус-кво» для народов, которым не досталось места под солнцем. Они обречены на геноцид и этнические чистки. И им не остается ничего другого, как браться за оружие. К арабскому терроризму добавятся сотни других разновидностей. Тогда не потребуется и никакой атомной войны. Где же выход и есть ли он вообще? В рамках сложившегося миропорядка эту проблему не решить. Подход может быть только радикальным: признать сепаратизм как форму борьбы с колониализмом. И пусть все, кто готов постоять за свою независимость, получат суверенитет. Но прежде чем стать полноценным членом элитарного клуба цивилизованных наций придется на деле доказать свою приверженность общечеловеческим демократическим ценностям. В противном случае кооперироваться с организацией «Исламская конференция» или IV Социнтернационалом. У бобра добра не ищут.

Возможно, этот вариант покажется фантастическим. Тогда будем считать, что наш «некролог» пресыщенным государствам, которые, как перезрелый плод, предрасположены к гнили, получился невеселым. В следующий раз исправимся.