Обычного жителя Хьюстона трудно чем-либо шокировать. На долю всех нас выпало куда больше афер и скандалов, чем можно было бы ожидать — преступлений, которые читаются как художественный вымысел, но при этом являются чистой правдой.
Основание города
Само основание Хьюстона в августе 1836 года зиждилось на лжи — или, по меньшей мере, на грубых преувеличениях. Два нью-йоркских земельных спекулянта, братья Огастес и Джон Аллены, приобрели около 6600 акров знойной, болотистой земли на берегу речки Баффало-Байю и разрекламировали это едва возникшее поселение как процветающий новый город с «прекрасным возвышенным рельефом» и «свежими морскими бризами».
Местоположение, по их словам, было настолько удобным, что парусные суда могли заходить из Мексиканского залива в Баффало-Байю и подходить прямо к «заднему крыльцу» Хьюстона. На самом деле — не совсем. Протока была забита древесными ветками и в своем естественном состоянии была слишком узкой для того, чтобы корабли могли в ней развернуться. Кроме того, этот крошечный, едва зародившийся городок славился драками, проституцией и насекомыми — в особенности зараженными комарами, разносившими желтую лихорадку.
Братья Аллены назвали свое новое поселение в честь государственного деятеля и военного героя Сэма Хьюстона. Но даже он, как известно, был не прочь пустить в ход кулаки. Он попал в газетные заголовки, когда избил тростью из гикори одного политика из штата Огайо. В смутные времена своей юности Хьюстон покидал мир белых людей и уходил к соседним индейцам-чероки, которых называл своей второй семьей. Коренные американцы любили его, но при этом дали ему прозвище «Большой Пьяница».
Убийтво Райса
Шли годы, и хаотичное сообщество на болотах разрасталось в геометрической прогрессии, но его репутация места, где царили беспредел и скандалы, сохранялась — словно слабый, неприятный запах.
В конце 1800-х годов бизнесмен и филантроп Уильям Марш Райс решил использовать большую часть своего состояния для создания бесплатного высшего учебного заведения в Хьюстоне. То, что сегодня является Университетом Райса, должно было появиться на свет после его смерти. Но его тщательно продуманный план чуть не был сорван коварным адвокатом и хитрым камердинером.
Что именно произошло, рассказывалось много раз с небольшими вариациями, но в целом принято считать следующее: В ночь на 23 сентября 1900 года Райс лег спать в своей нью-йоркской квартире. Как только он уснул, секретарь и камердинер Чарльз Джонс убил его, приложив к его лицу губку, смоченную хлороформом. На следующий день сообщник Джонса, Альберт Патрик, попытался обналичить крупный поддельный чек — якобы выданный ему финансистом Райсом. Нечестный адвокат также представил столь же мошенническое завещание, которое принесло выгоду ему самому, а не предполагаемому институту или даже его сообщнику Джонсу.
Внимательные банковские служащие заподозрили неладное из-за огромного чека и ошибки в написании имени Патрика. Они связались с хьюстонским адвокатом и другом Райса, капитаном Джеймсом Аддисоном Бейкером-младшим. Последовало уголовное расследование и суд.
Патрик был признан виновным в убийстве и приговорен к смертной казни. Как оказалось, он был повержен, но не сломлен. После нескольких лет в нью-йоркской исправительной колонии Синг-Синг и напряженных судебных разбирательств его смертный приговор был заменен пожизненным заключением в 1906 году, а в 1912 году он был помилован. (Предполагалось, что ему очень помогли семейные деньги и связи).
Патрик, которому тогда было 46 лет, провел большую часть последующих трех десятилетий в Оклахоме, занимаясь юридической практикой без лицензии, а также продажей автомобилей и кондиционеров. Он умер в 1940 году. Джонс — секретарь и камердинер — избежал наказания, поскольку дал показания против Патрика. В 1954 году в Бейтауне он покончил с собой.
Сек-скандал высшего общества
Если старый Хьюстон и был магнитом для преступлений, связанных с кровью и деньгами, то скандалы 1960-х и 70-х годов добавили к этому коктейлю еще один ингредиент — секс.
Вот лишь один пример: 69-летний финансист Жак Мосслер был убит — ему нанесли 39 ножевых ранений и разбили голову стеклянной чашей — одной душной июньской ночью в его квартире на Ки-Бискейне, штат Флорида. Шел 1964 год.
Главными подозреваемыми в убийстве стали его жена, Кэндис Мосслер, проживавшая в хьюстонском особняке супругов, и Мелвин Пауэрс — ее племянник с непростой репутацией, который также жил в этом доме в районе River Oaks.
По слухам, тетя и племянник были любовниками. Сплетники и сотрудники правоохранительных органов полагали, что убийство стало для них удобным способом избавиться от Жака и завладеть его состоянием.
Это еще одна хьюстонская история, которую пересказывали снова и снова, каждый раз с немного отличающимися деталями. Но финал этой истории всегда один и тот же: в 1966 году во Флориде состоялся суд над Кэндис Мосслер и Пауэрсом по обвинению в убийстве, и они были оправданы. Сразу после оглашения оправдательного приговора Кэндис разыскала всех двенадцать присяжных в коридоре здания суда и поцеловала каждого из них.
Это была Кэндис во всей своей красе. Ей было чуть за пятьдесят, но она по-прежнему оставалась блистательной светской львицей с голосом маленькой девочки; большинство людей находили ее очаровательной, даже завораживающей. Впрочем, некоторым она внушала и страх.
Со временем Кэндис и ее племянник прекратили свои отношения — какими бы они ни были, — и в 1971 году она вышла замуж за Барнетта Гаррисона, подрядчика-электрика. Ему было 33 года. Ей к тому времени исполнилось уже 57. Однажды Гаррисон вернулся домой в River Oaks, обнаружил, что дверь заперта, и сорвался вниз, пытаясь забраться в спальню Кэндис на третьем этаже. Он выжил, но получил травмы, навсегда изменившие его жизнь.
Кэндис скончалась в 1976 году от того, что, как считалось, стало случайной передозировкой выписанных ей лекарств. Пауэрс — девелопер, чьи дела то процветали, то оказывались на грани банкротства, — умер в 2010 году.
Еще один скандал в районе River Oaks
Жители Хьюстона всё еще обсуждали громкое убийство светской львицы Жаклин Мосслер, когда при загадочных обстоятельствах погибла еще одна видная пара из престижного района River Oaks.
Джоан Робинсон Хилл — прославленная наездница и супруга пластического хирурга Джона Хилла — умерла в 1969 году от тяжелейшей инфекции. Ей было 38 лет. Ее скорбящий отец, хьюстонский нефтяной магнат Эш Робинсон, был убежден, что дочь убил ее собственный муж; судя по всему, полиция придерживалась того же мнения.
Доктору Джону Хиллу — пластическому хирургу и известному ценителю классической музыки — было предъявлено обвинение, и в 1971 году над ним начался судебный процесс. Сторона обвинения пыталась доказать, что Хилл намеренно лишил жену необходимой медицинской помощи, чтобы ускорить ее смерть.
Против Хилла дала показания Энн Фэрчайлд Курт — его вторая жена. Она заявила, что Хилл признался ей в убийстве Джоан, сказав, что сделал это «с помощью иглы». Кроме того, она сообщила, что они с Хиллом были любовниками еще при жизни Джоан и что поженились менее чем через три месяца после ее кончины.
И снова темы секса, денег и предательства оказались в центре внимания, не сходя с первых полос хьюстонских газет. Присяжным на процессе 1971 года так и не удалось вынести вердикт. Однако повторный суд над Хиллом так и не состоялся: в сентябре 1972 года он сам был убит.
В своей книге «Кровь и деньги» (Blood and Money) автор Томми Томпсон намекал, что заказное убийство было организовано отцом Джоан. Однако Эшу Робинсону так и не предъявили никаких обвинений.
Курт также написала книгу — «Убийство по рецепту» (Prescription Murder), — посвященную этому грязному скандалу. Ее книга легла в основу телевизионного фильма 1981 года «Убийство в Техасе». Она утверждала, что Хилл убил Джоан, скормив ей выпечку, в которую были введены человеческие фекальные бактерии. Курт также заявляла, что Хилл пытался убить и ее саму. Их брак продлился совсем недолго: вскоре они развелись, и Хилл переключился на свою третью жену.
Вслед за делом Хиллов последовали и другие громкие скандалы. Старожилы Хьюстона обсуждали эти дела так, словно речь шла о захватывающих спортивных состязаниях, и могли в подробностях пересказать ход событий.
Бизнес-скандалы
Однако с наступлением XXI века в новостных сводках стали преобладать скандалы иного рода. Внезапно все заговорили об энергетическом гиганте — корпорации Enron — и о Роберте Аллене Стэнфорде, идейном вдохновителе Stanford Financial Group.
Преступления, совершенные руководителями этих корпораций, были «бескровными», но, тем не менее, их виновники отправились в тюрьму — если только не успевали умереть раньше.
Падение Энрона
В случае с Enron следователи и присяжные установили, что руководители компании проталкивали сомнительные сделки, манипулировали бухгалтерской отчетностью, искусственно завышали стоимость активов, а также вводили в заблуждение инвесторов и аналитиков.
Итогом стало заявление о банкротстве с суммой обязательств в 49,8 млрд долларов — на тот момент крупнейшее в истории Америки, — а также целый клубок гражданских и уголовных судебных разбирательств. В начале 2001 года акции Enron торговались на уровне около $80 за штуку, а год спустя практически полностью обесценились.
Жители Хьюстона, пожалуй, никогда не забудут фотографии уволенных сотрудников Enron — всего их насчитывалось около 4000 человек. Они выходили из своего офисного здания — элегантного небоскреба в центре города, — балансируя на руках одной-двумя коробками с личными вещами: кофейной кружкой, фотографией детей, телефонным справочником, который в то время казался таким важным.
Для этих простых жителей Хьюстона переход от статуса благополучно трудоустроенных людей к состоянию полной разоренности стал долгим и мучительным падением. Некоторые из них наблюдали, как их пенсионные накопления — в значительной степени вложенные в акции Enron — превращаются в сущие гроши.
Один из руководителей среднего звена компании Enron покончил с собой. Трое других столкнулись с огромными проблемами. Кеннет Лэй, основавший Enron в 1980-х годах, утверждал, что не знал о том, что происходило в его собственной компании. Бизнес-обозреватель издания Chronicle Лорен Стеффи назвал это «защитой дурачка».
В 2006 году федеральный суд присяжных признал Лэя и генерального директора Джеффри Скиллинга виновными по множеству пунктов обвинения в мошенничестве и преступном сговоре.
64-летний Лэй скончался всего шесть недель спустя во время отпуска в Колорадо. Поскольку приговор ему еще не был вынесен, а апелляция — не подана, суд отменил обвинительный приговор в его отношении. Юридически он умер невиновным.
Скиллинг отбыл ровно половину своего первоначального 24-летнего срока заключения. Он вышел из федеральной тюрьмы в 2019 году и с тех пор ведет жизнь, по большей части скрытую от посторонних глаз.
Эндрю Фастоу, занимавший в то время пост финансового директора Enron, пошел на сотрудничество со следствием и получил значительно более мягкое наказание: пять лет в федеральной тюрьме и один год в исправительном центре открытого типа. Сегодня, помимо прочего, он выступает в качестве публичного лектора, рассказывая об этике и добросовестности в сфере бухгалтерского учета.
Финасновая группа Стэнфорд
Стэнфорд — основатель финансовой группы, названной его собственным именем, — отбывает наказание в тюрьме во Флориде. Теперь он может лишь мечтать о том роскошном образе жизни с постоянными перелетами, которым наслаждался, обворовывая тысячи жителей Хьюстона и других людей на общую сумму не менее 7 миллиардов долларов.
Стэнфорд, уроженец города Мексия, когда-то был настоящей знаменитостью в карибском островном государстве Антигуа и Барбуда. За вклад в общественную жизнь этой страны он даже был удостоен рыцарского титула. Затем, в 2009 году, федеральные агенты провели обыски в его офисах в районе Аптаун (Хьюстон) и добились судебных ордеров на замораживание активов его компаний.
Обвинение инкриминировало Стэнфорду организацию многолетней мошеннической схемы: он обещал инвесторам высокую доходность по депозитным сертификатам, выпущенным его банком Stanford International Bank, расположенным в столице Антигуа — городе Сент-Джонс.
Федеральные следователи утверждали — и в 2012 году жюри присяжных в Хьюстоне согласилось с их доводами, — что Стэнфорд использовал деньги инвесторов для финансирования других своих предприятий, а также для приобретения предметов роскоши, включая яхту и частные самолеты. Федеральный судья приговорил его к 110 годам тюремного заключения. Апелляционные суды оставили этот приговор в силе.
Другие обвиняемые, причастные к мошенничеству, получили тюремные сроки, а банки, обвиненные в пособничестве этой схеме, урегулировали претензии регуляторов, выплатив миллионные суммы. Назначенный судом управляющий сумел вернуть часть незаконно нажитых Стэнфордом средств и по состоянию на апрель 2026 года всё еще занимался рассылкой компенсационных чеков тысячам заявителей.
Мало кому — если вообще кому-либо — удалось полностью возместить свои потери. Вряд ли их сильно утешил тот факт, что в 2009 году правительство Антигуа лишило Стэнфорда рыцарского титула.
Оставьте первый комментарий