ЗАСЛУЖЕННАЯ НАГРАДА

Беседу вела София Гринблат

12 июня жителю Хьюстона Владимиру Ингерману на Global Petroleum Show была вручена премия за достижения в области технологий процесса контроля. Не каждый день наших соотечественников награждают подобными премиями на всемирных конференциях. И чтобы разобраться, за что же именно была она вручена, мы пригласили Владимира к нам в редакцию.

Владимир Ингерман приехал в США 1990 году по приглашения компании Халлибертон прямо из Тюмени. До этого он занимал должность вице-президента по науке и маркетингу в Тюменьнефть геофизика. Это была вторая по размеру нефтесервисная компания в Министерстве нефтяной промышленности Советского Союза. Та компания, которая помогает добывать нефть, которая говорит, где именно бурить и где перфорировать скважины. «Скважины глубокие, а продуктивные толщи сравнительно тонкие, – поясняет Владимир. – Поэтому надо точно сказать, на какой глубине сухая порода, вода, нефть и газ – вот этим и занимаются сервисные компании».

Западная Сибирь в то время давала 65% нефти и газа всего СССР. Один из близких друзей Владимира стал замминистра нефтяной промышленности в стране. Когда началась перестройка, представители Халлибертона приехали в Москву, чтобы налаживать контакты. Они просили порекомендовать им сотрудников для совместной работы. Ингерман был в то время, наверное, единственным доктором наук в Министерстве, работающим непосредственно на производство, а не науку, к тому же помог друг замминистра – его и порекомендовали. Владимир с семьей уехали в Сиэтл, совершенно не думая, что это навсегда. У него был контракт на два года.

В Сиэтле тогда располагалась компания Халлибертона, занимающаяся разработкой компьютерного обеспечения. «Мы с женой просто влюбились в этот город. Полгода думали, а потом решили задержаться», – рассказывает Владимир. – К сожалению в 1993 году все сиэтлскую компанию закрыли и всех уволили, а несколько человек, и меня в том числе, перевели в Хьюстон, но вскоре снова всех переведенных уволили».

«До увольнения моим начальником был замечательный человек, ветеран вьетнамской войны Карл Дукейт, – продолжает Владимир. – Он предложил мне открыть свою компанию. Вот мы вдвоем в 1994 году и открыли компанию АМРОС». Немногие могут сообразить, что это сокращение от слов Америка, Россия. Позднее Карл уехал рабoтать в Сингапур, а Владимир выкупил его долю и сейчас является президентом. Компания была задумана как мостик между востоком и западом, поскольку в России у него оставались очень прочные контакты. «Они, наверное, до сих пор лучше, чем здесь», – отмечает Владимир. – Мы продавали технологии, помогали американским компаниям покупать российские месторождения».
К сожалению, с Россией у Ингермана и его компании давно уже нет никаких деловых связей, остались лишь дружеские. Все эти годы АМРОС была сервисной компанией. Она работала на массу других фирм в Венесуэле, Мексике, Эквадоре, Дании и на множестве проектов здесь, с США (в Амако, Шелл и др.)

Чтобы несведущему в геофизике и геологии читателю понять, за что же все-таки была вручена премия, пришлось начинать издалека.

Существуют традиционные месторождения и нетрадиционные. По-русски один из типов нетрадиционных месторождений называется глинистыми сланцами. Основное отличие глинистых сланцев в том, что они практически непроницаемые, так уж их создал господь бог, т.е. жидкость, нефть и газ не могут двигаться. В традиционном месторождении углеводороды идут наверх, а в глинистых сланцах они готовятся, это нефтематеринская порода . Все предыдущие работающие технологии были рассчитаны на проницаемые месторождения.

Многие слышали о том, что в США активно разрабатываются сланцевые месторождения. Одно из них, Пермское. «Пермский бассейн – это подарок Бога», – считает Владимир. Сразу оговоримся, что это огромное месторождение не имеет никакого отношения к российской Перми, а расположено у нас в Техасе. Америка находится на рекордном уровне добычи нефти благодаря этому месторождению.

Пермское месторождение огромное, но геофизики мало чем могут помочь нефтяникам в его разработке. Они стараются сейчас бурить все, что можно, и производить гидроразрыв всего, что можно – тогда что-нибудь да выйдет. «Кстати говоря, гидроразрыв придумали в России, – замечает Владимир, – но как это обычно происходит, претворяют в жизнь в США».

«Такой геометрический подход, каким пользуются сегодня, был бы идеален, если бы вся толща месторождения была однородной, но она, к сожалению, очень неоднородна, – продолжает свое объяснение Владимир. – Неоднородность по вертикали (традиционное месторождение) – всем знакома. Как скажем , в Мексиканском заливе – там большинство месторождений традиционны. А в Пермском – все, как мозаика, там такие линзы разной ориентации, разной глубины. Кроме того, мы уже знаем, что пермский бассейн мощностью до 4000 футов, что гораздно больше, чем, например, в Западной Сибири. Мы знаем, что в 80% этой мощности углеводородов очень мало, а в остальных 20% мощности – их много, но они разбросаны, как мозаика. У нас есть технология, как по данным исследования скважин можно картографировать эти куски. Таким образом мы можем четко сказать операторам, где бурить горизонтальные скважины. Это важно, поскольку сегодня операторы бурят с закрытыми глазами, а горизонтальное бурение очень дорогое, средняя скважина стоит 6 миллионов долларов. Мы предлагаем карту для каждого конкретного бурения, с точностью до одного фута.

АМРОС – единственная компания в мире, которая может действительно оптмизировать разрабтку глинистых сланцев. Оптимизация заключается в том, что они четко говорят, где бурить и где стрелять. В настоящее время при бурении в глинистых сланцах извлекают 5% нефти, что очень мало. В традиционных резервуарах в среднем извлекают 35% нефти. Если использовать технологию АМРОС, эти 5% можно легко утроить или даже учетверить. Вот за эту технологию Владимир Ингерман и был удостоен всемирной премии.

На самом деле это не первая премия, которую получает компания, в 2016 компания была финалистом конкурса, проводимого журналом «Мировая Нефть» в категории «Идея, открывающая новые горизонты». Финал был в Хьюстоне. Всемирное шоу Global Petroleum Show в Канаде масштаба известной конференции OTC, на которую собираются компании со всего мира. За полгода объявили, что будут выявлять лучших в 8 категориях и предложили учавстовать. АМРОС решил принять участие. 12 июня состоялось гала-вечер , где объявляли победителей. Например, в категории «Технология и оборудование» победил такой гигант индустрии, как Сауди Арамко, а в категории «Технология процесса контроля» – АМРОС, где фактически работает лишь один человек, Владимир Ингерман. «У меня были ситуации, когда я нанимал контракторов. Иногда я приглашал сотрудников из России с русскими программами, которые я сам когда-то разрабатывал, но поскольку я не владелец этих программ, то приезжали с ними из России, – рассказывает Владимир. – В России много чего придумали. Массу наших геофизических приборов используют здесь».

Владимиру очень важно внедрить свою технологию. «Я бы предпочел, вместо награды, хороший проект», – замечает Ингерман. Он не продает и даже не патентует свою технологию. «Она уже существует 5 лет, а число компаний, которые используют ее, можно пересчитать по пальцам, – замечает он. – Тут много всяких трудностей. К сожалению, люди очень нелюбопытны, очень консервативны. Операторам безопаснее ничего не делать, чем делать что-то нетрадиционное. В Америке очень трудно даже выступить с докладом на конференции».

У Владимира Ингермана 48 публикаций, но глинистые сланцы – очень горячая тема, где вращаются огромные капиталы, и ведущие сервисные компании мира как Шлюмберже, Халлибертон и Бейкер Хьюз стараются глушить голоса конкурентов. Есть статистика, что новые технологии в нефтедобывающей промышленности пробивают себе дорогу, в среднем, 20 лет. Это не радует.

Пожелаем Владимиру Ингерману, чтобы его новая технология прошла этот путь гораздо быстрее.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*